Эдвард открыл глаза, с трудом поднялся, пошатываясь. Рядом лежала Орлинка. Глаза ее были закрыты, но грудь вздымалась ровно, в такт дыханию. Видимо, не выдержала перегрузок и уснула. В солнечном свете пробивающемся сквозь неплотно сбитые доски сарая, в который их занесло воронкой времени, с растрепавшимимся по плечам золотистым локонам, она была настолько прекрасна, что Суворов невольно залюбовался ею.
Надо было выяснить, где они находятся. Эдвард сделал шаг в сторону двери, половица предательски скрипнула под ногой. Орлинка зашевелилась. Открыла глаза и спросила:
— Где это мы?
— Пока не понимаю. Что-то не похоже на Москву, — Суворов снял через голову теплый свитер, так как солнце начало ощутимо припекать. Навскидку было градусов тридцать пять на улице.
Девушка встала, отряхнулась, попыталась пригладить непослушные волосы рукой. Женщина остается женщиной всегда, даже если она неизвестно где и неизвестно, что с ней будет. Она с интересом огляделась вокруг.
Скорее всего они попали в какой-то рыбацкий сарай, где хранились снасти для ловли рыбы. На стенах висели разобранные сети и бредни. В углу кулем валялся пучок, еще не разобранных или порванных, с места, где они сидели было довольно трудно рассмотреть точнее. В другом углу валяляась перевернутая лодка с рассохшимся днищем. А по центру небольшая пирамида из деревянных бочек. Жутко пахло протухшей рыбой и морем.
— Мы у берега моря, — с уверенностью заявил Эдвард, осмотрев все это хозяйство.
— Тебе бы сыщиком работать, — съязвила Орлинка, поднимаясь со своего места. Болела спина и сбитые локти. Приземлилась из воронки времени она явно не очень удачно, — а поточнее нельзя?
Суворов пожал плчеами и аккуратно приоктрыл дверь. Сквозь щелку рассматривая то, что происходит на улице.
— Мы в каком-то порту! — рассказал он, стоящей рядом Орлинке, сгорающей от любопытства.
— Чего ты так решил? — зашептала она над ухом. Эдвард ощутил ее нежное дыхание и почувствовал, как тепло разливается по всему телу.
— Тут очень много кораблей. Все пришвартованы. Только…
— Что?
— Корбали какие-то странные… — расстерянно пробормотал Суворов. — Мачты, паруса, как из сказки и все сплошь деревянные. Штук пять крупных и поменьше лоханок с десяток. На рейде болтаются три… Ближний к нам … Сейчас название прочитаю, «Счастливчик», кажется. Очень много народа на улице. Все странно одетые. Вместо одежды замотанны в какое-то тряпье вокруг пояса. Они загорелые как негры, видать, грузчики. Этого «Счастливчика» разгружают. Носят товары в соседний склад. На пирсе стоит мужик. Лет сорок. Оргомное пузо, борода, одет богато в какой-то золоченный халат, на голове шапка. И не жарко ему? — удивился Суворов, чувствуя как по лицу и по спине у него текут мелкие ручейки пота. В сарае было душно и жарко. Морской бриз еле пробивается сквозь неширокие щели.
— Еще что видишь? — нетерпеливо заерзал рядом Орлинка.
— Да обзор у нас не очень из этой лачуги! — возмутился Суворов. — Надо бы на разведку сходить…
Девушка на секунду задумалась и согласилась. Нужно было точно определиться с их местоположением. Иначе это сделать было невозможно. Приходилось рисковать. Но как же не хотелось отпускать Эдварда одного!
— Ладно! Иди, — наконец решила она, — только разденься по пояс, чтобы не так отличаться от остальных своими свитерами и футболками, о которых, есть у меня подозрения, здесь слыхать не слыхивали.
Эдвард моментально сбросил ненужную одежду, оставшись в одних трусах. Орлинка смущеннно покраснела и отвернулась.
— Ну как? Пойдет? — спросил он, та кивнула, не поворачиваясь.
— Возвращайся быстрее.
Сквозь щель оглядевшись по сторонам, выждав, когда народа на пирсе станет поменьше, Суворов выскользнул из сарая. Тот оказался одним из многих длинных складов, которые тянулись вдоль моря, куда хватало глаз в одну сторону, заканчиваясь метров через двадцать в другую. Решив, что бродить вдоль складов опасно, Эдвард двинулся вверх по улице, стараясь держаться тени. Через пять метров ему удалось забраться на крышу соседнего склада и он стал двигаться перебежками уже поверху, оставаясь незамеченным. Позицию он занял просто идеальную. Никто его наверху заметить не мог, а вот ему было видно все просто отлично.
Причал с кораблями заканчивался напротив склада, на крыше которого Эдвард и лежал. Склады обрывались резко, упираясь в огромную площадь, на которой брызгая разноцветными струями переливался огромный фонтан. Все трубки в нем заканчивались фигурами каких-то зверей. Тут были и медведь, стоящий на задних лапах, и павлин с длинным хвостом из потока воды. Это было настолько ярко и красиво, что Эдвард невольно засмотрелся. К тому же, только сейчас он понял, что очень хочет пить. Облизав пересохшие губы, Суворов продолжил наблюдение.
По площади туда-сюда сновали люди в ярких и пестрых халатах, другие ходили в расшитых золотах камзолах. Все выглядело так, как будто Эдвард смотрел фильм о далеком Средневековье в какой-то восточной стране. Он заметил, что большинство прохожих заходили в огромное двухэтажное здание с мраморным портиком из коллон, стоявшее сразу за фонтаном. У входа в портик стояла два стража, одетые в кирасы и шлемы. В руке стражники держали алебарды, которые не показались Суворову бутафорскими. На поясе у них висели мечи. В здание пропускали только по предъявлению какой-то бумаги. Без не никто туда не совался.
Сбоку здания с портиком строение чуть поменьше. На улице под крытым навесом из парусины десяток столиков, стоящих на помосте на необычно коротких ножках. На помосте вокруг столов были раскиданы цветные подушки, а на них лежали посетители кафе, как для себя назвал это здание Суворов. В самом здании двигаются люди. Их очень хорошо видно сквозь не застекленные окна. Из трубы над крышей вьется легкий дымок.
Эдвард перевел взгляд еще левее, но больше ничего значимого ему рассмотреть не удалось. Дальше взгляд упирался в лабиринт сплошных узких улиц, мощенных крупным булыжником. Решив, что для первого раза достаточно, Эдвард так же аккуратно двинулся назад к Орлинке. И не найти ему именно тот склад, если бы «Счастливчик» уже разгрузился, но, видимо, грузчики решили устроить себе перерыв, спрятавшись от палящего солнца в прохладном трюме. Там же скорее всего скрылся и пузатый начальник в халате.
Суворов спустился без приключений вниз и проскользнул невидимой тенью в сарай. Его встретила встревоженная Орлинка, которая сразу накинулась на него с распросами. Эдвард постарался рассказать ей в подробностях обо всем, что увидел, а когда закончил, то увидел, как опечалилась девушка.
— Что случилось? — недоуменно спросил он, еще не зная, куда забросила их судьба. — Ты узнаешь эти места? — догадка пришла сама собой. Орлинка кивнула в ответ и рассказал:
— Это самая южная провинция Рура — родина князя Валтасара, граница с Аквиланией — островным государством, ее у нас называют Асанж…
— Где у нас?
— Ну не в Москве же! — разозлилась девушка, отходя к бочкам, присев на них. — Там все как ты описал и порт, и площадь, но самое главное Зверинный фонтан. Он один такой во всем Руре. Его построили в честь могущества Рура и победы над князем Валтасара по приказу твоей матери королевы Виктории.
— А князь?
— Да, это родной брат Алкасара — человека, которого ты долго считал своим отцом.
— Значит мы в Руре? — глаза Суворова округлились. Он никак не мог ожидать такого поворота событий. Да, умом он понимал, что такое может когда-то случится, но… Но сейчас это было очень некстати.
— А то где же, Ваше Высочество! — с улыбкой проговорила Орлинка, а Эдварда даже передернуло. Он давно отвык, что его так называют.
— Какой я тебе Высочество? Королевич без королевства…
— Интересно, прошло десять лет. Катрина с Редгордом до сих пор правят здесь? — Девушка с любопытством посмотрела в щелку, где грузчики под предводительством мужика в халате снова начали погрузку.
— Мне не интересно… — коротко бросил Эдвард и отошел к противоположной стене, делая вид, что рассматривает снасти.