Решив твердо вернутся, забросив свою диссертацию на самую верхнюю полку пыльной антресоли, Саша ударился в оккультные науки, параллельные миры и НЛО. Друзья смотрели на него, как на свихнувшегося. Мать укоризненно качала головой, но молчала, а он ночами напролет пропадал в библиотеке, пытаясь найти хоть что-то, хоть какую-то крупицу информации, дающую ему возможность вернуться.
Он перерыл кучу книг. Взахлеб читал фантастов и фэнтезистов, вплоть до Толкиена и прочих, но нигде не было указано, как попасть в параллельный мир. Герои, прочитанных им книг, по воле обстоятельств оказывались там, куда забрасывала их судьба, не пытаясь разобраться, как это происходит.
Потом у Суворова настал период магов и экстрасенсов. Он продал машину, чтобы оплатить все сеансы магии и ясновидения, которые посещал за эти пять с половиной лет, но результата никакого не было. Маги и экстрасенсы всех мастей пожимали удивленно плечами, когда слышали просьбу провести его в будущее, которое еще не наступило и не наступит несколько тысячелетий. При этом в прошлое — всегда пожалуйста, а вот будущее…
Отчаявшись, к концу своих изысканий, Суворов впал в свойственную всем депрессию. Руки у него опустились, и он часами валялся на диване в своей комнате, тоннами макулатуры продолжая, как-то по инерции, глотать разномастное фэнтези. Пользы это приносило мало, но иначе было никак…
В тот вечер ему попалась относительно скучная книжка с претензией на научную фантастику одного малоизвестного автора. Он вяло листал страницу за страницей, пока сон не сморил его. И тут-то началось самое интересное.
За шесть лет Виктория ему не снилась никогда! Только теперь она вдруг пришла к нему во сне в длинном изумрудном платье до пять, с распущенными волосами, волной спадающих по стройной спине… Она улыбалась. Суворов помимо воли дернулся ей навстречу, но силы покинули его. Оторваться от дивана он не смог.
— Любимая… — прошептал он, будто сломав какую-то преграду между мирами. Звук тонул в клубах тумана, и Саша вообще был не уверен слышит ли его королева. Оказалось слышит. Ее мелодичный голос разливался звонкими ручейками, заполняя пространство вокруг.
— Да, дорогой, я пришла! Нам с твоим сыном нужна помощь…
— Значит сын? — Суворов снова предпринял попытку отрваться от своего места, но разом отяжелевшее тело не давало ему сдвинуться со своего места.
— Сын — прекрасный мальчишка с твоими глазами. У нас мало времени, любимый… Рур в опасности, а судьба моя и нашего сына неразрывно связана с судьбой Рура.
— Но…
— Не говори ничего, — Виктория приложила палец к губам и улыбнулась, — скоро ты сам все поймешь и разберешься во всем. Спаси нас.
— Как? — Суворов резко дернулся вперед всем телом, стремясь скинуть себя невидимый вес.
— Спаси нас, — образ королевы Виктории начал расплываться, удаляясь в клубах дыма, уходя куда-то в заоблачные дали. — Я люблю тебя!
— Нее. ет! — заорал Суворов и резко подался вперед. Неожиданно сила, которая его держала отступила. Он потерял равновесие и ориентацию в пространстве. Голова закружилась, и он провалился в непроглядную тьму.
Саша не знал сколько это продолжалось. Помнил только, что он долго блуждал по светонепроницаемым коридорам Вселенной. Ему уже было неясно, сон ли это? Или явь? Очнулся он только когда вдруг ощутил из темноты удар по носу. Голова откинулась назад, и он проснулся. Суворов был в своей комнате, на своем диване. И все, казалось, было как обычно. Только вместо противоположной стены его квартиры расплывалось туманное пятно сероватого оттенка. В облаках этого тумана стояла чья-то смутно узнаваемая фигура. Саша присмотрелся и наконец узнал Алкасара.
Он встряхнул головой, стремясь отогнать наваждение, но видение не пропадало. Лишь с каждой секундой становилось все не ясней и не ясней.
— Иди за мной! — почти заорал колдун, но его голос увяз в клубах временного тумана.
Не долго думая, Суворов вскочил с дивана, прихватил с собой лежавший под головой теплый вязаный свитер и бросился вперед вслед за Алкасаром, искренне надеясь, что это не сон, и он сейчас с размаху не врежется фейсом в противоположную стену. Однако, тело с легкостью вошло внутрь, немного тряхнуло, завертело, но Суворов лишь только крепче сжал ладонь колдуна. Их бросало из стороны в стороны в какой-то необычной воронке. Мимо пролетали люди, города, события разных времен, превращающиеся вместе с набором скорости в одно цветное пятно. Наконец, когда воронка времени набрала достаточную скорость, их обоих выплюнуло куда-то вперед, чуть не перемолов кости обоим. С ударом о земляной пол, Саше пришло осознание, что его мечта последних шести лет исполнилась, и он снова в Руре.
Саша попытался повернуться на бок, но спина отозвалась глухой болью. С трудом он разлепил глаза. По правую сторону от него лежал колдун Алкасар. На всякий случай, а вдруг приснилось, Суворов коснулся обшлага его камзола. Тот еле заметно улыбнулся и промолвил, тяжело дыша:
— Надо же… Получилось…
Кряхтя, он осторожно поднялся и отряхнулся вслед за Сашей, который оглядывался по сторонам с осторожным любопытством.
— Алкасар, где это мы?
— В Полесье… — колдун вздохнул и с тоской посмотрел на потухший очаг. — Не поверишь! Первый раз такое проделывал. Всю траву на тебя извел.
Он бесцельно начал прибирать на столе, тщательно скрывая взгляд от Суворова, который потерянно стоял посреди комнаты, не зная о чем спросить в первый момент. Мысли роились в голове опережая одна другую.
— Рур в опасности, Саша, — колдун так и остался стоять спиной к Суворову, избегая смотреть ему в глаза. Сейчас он почему-то особенно остро почувствовал перед пришельцем из прошлого себя виноватым.
— Меня мало интересует Рур, где Виктория? Почему ее нет здесь. Она мне снилась, просила о помощи прямо перед твоим… ээ… явлением.
— Значит помощь ей действительно нужна. Присядь, — Алкасар сам уселся на колченогий табурет, освободив место рядом с собой для Суворова.
— Ты не ответил, Алкасар, где Виктория?
— Ну не хочешь, как хочешь… — колдун вытер пот со лба и уселся поудобнее. — Я не знаю, где Виктория. Последний раз я ее видел, когда она провожала меня на Тагар, подавлять восстание, которого не было, а сама собиралась в храм Кремь на праздник весеннего равноденствия. Больше я ее не видел…
— Провожала… — задумчиво проговорил Саша, и тут до него вдруг все начало доходить. Сердце сжалось от боли. Перед глазами поплыли разноцветные круги. Он тяжело опустился рядом с колдуном. — Значит вы…
— Да, Саша, она моя законная жена, — Алкасар так и не поглядел в сторону Суворова, смотря куда-то вперед.
— Отлично… А ребенок?
Колдун кивнул.
— У тебя сын. Прекрасный мальчуган.
— Да, только папой он называет тебя…
— Саша…
— Брось, — Суворов встряхнул головой, будто отгоняя наваждение, — сам виноват! Расскажи мне лучше, что случилось в Руре. Почему ты снова в Полесье? Где Виктория? И вообще какие у нас планы?
Слишком активной деятельностью, Суворов пытался сгладить первый и самый сложный разговор с Алкасаром. Ему было больно, невыносимо больно. Только наряду с этим, он прекрасно понимал сам, что виноват лишь он один в том, что случилось. Умом понимал, а вот сердце разрывалось на части и отказывалось повиноваться.
— Если кратко, то кто-то снова решил прибрать Рур к своим рукам. Этот неизвестный затеял в дальней провинции провокацию — восстание, которое я во главе центурии Стражей короны отправился подавлять. Восстание как такового не было. Деревушка оказалась довольно мирная. Только на пути из Тагара нас уже ждала центурия Стражей короны с приказом меня арестовать или уничтожить, как предателя короны. Мне еле удалось вырваться. Спрятался я в Полесье, решил вызвать тебя, чтобы во всем разобраться.
— А ты не виноват?
— Саш…
— Да я понимаю, прости. Просто организовать на тебя травлю мог лишь только человек облеченный властью…