— Если ты уважаемый Эмир помнишь все обычаи своего народа, то должен и знать о том, что мое право легко проверить…
Рядом возбужденно зашептались. Толпа требовала зрелища. Толпа требовала крови. Все было как всегда…
— Я требую пройти проверку на горюч-камне! — объявил Суворов, поднявшись на помост, неожиданно заметил, как тот незнакомый мужчина в шляпе со страусиным пером зло поджал губы и отвернулся, стрательно пряча лицо.
— Это… — расстерялся Шах. — Он находится во дворце… долго ждать…
— Я готов ждать! — Эд упер руки в бока и взглянул на правителя Аквилании, который явно был расстерян.
Неожиданно Тейшер вышел вперед и почтительно поклонился народу. Потом заговорил тихо, но жадно внимающий народ слышал каждое его слово.
— Я Ришат хан. Все вы меня знаете… Я второй человек после Эмир Шаха и я говорю, что ждать горюч-камень нет необходимости. По чистой случайности он у меня с собой, — Ришат хан или Тейшер, расстерянный Эд не знал, как его называть, поднял над головой черный ребристый опал, блеснувший своими гранями на палящем солнце Магдабада. Толпа взвизгнула и подалась вперед, стремясь поближе рассмотреть реликвию правителей Аквилании.
— Предатель! Собака! — закричал Шах и попытался ударить Ришат Хана по лицу, который стоял перед ним абсолютно беззащитным в каких-то грязных обносках. Тот не стал уклоняться. Только маленький Илия — его сын встал на пути Эмира.
— Хочешь биться? — спросил он звонким детским голоском. — Бейся с равным тебе! Истинным Наследником Короны. Пророчество сбывается…
— Это мы еще посмотрим, — прорычал Эмир Шах, но руку опустил, — вшивые собаки, доставайте горюч-камень, пускай докажет для начала, что он истинный! — с этими словами правитель Магдабада сел на свой трон и с ехидной улыбкой стал наблюдать за происходящим.
Ришат передал камень в руки Суворову. Сначала, кроме неприятного холодко он ничего не ощущал. Камень как камень, холодный очень и хорошо ограненный. Такой, верно, украсит любую сокровищницу любого повелителя. А потом, камень начал теплеть, сквозь черные отполированные грани стало пробиваться тепло и золотистый свет. В толпе зашушукались. Кто-то испуганно крикнул:
— Колдовство!
Но свет уже плавно перетек на руки Суворова и вдруг взорвался непередаваемым ярким сиянием, вспышкой ярче солнечного света, так и остался в руках Эда. Он поднял его над головой, будто пойманную в ладошку звезду, а люди отчаянно захлопали от радости.
— Как видишь, Эмир, — Ришат хан повернулся к Шаху, — Эдвард истинный наследник короны! Ты будешь с ним драться? Или тебе придется неизложить за трусость? — насмешливая улыбка появилась на лице визиря.
— Я убью его, а потом тебя… — процедил сквозь зубы правитель Аквилании.
— Ты будешь в праве! — Ришат Хан поклонился и отошел в сторону, освобождая соперникам место для схватки.
Эд краем глаза заметил, как человек в шляпе отошел в тень, а потом медленно спустился с помоста, стремясь оказаться незамеченным, он ушел в толпу. Странно, подумал Суворов, а потом думать стало некогда. Ему под ноги полетел тяжеленный двуручный меч, а сам Эмир Шах вытащил из-за пояса свой. Он был огромен и полон сил, в отличии от Эдварда, но тому надо биться не только за себя, но и за Орлинку.
— Я уничтожу тебя, щенок! Растопчу, как гусенницу, шакал! — Эмир Шах топнул ногой и бросился вперед, намериваясь одним ударом развалить туловище Суворова напополам. Каким-то чудом Эд успел отскочить. Меч был неподъемный, тяжленный, мысленно Эдвард удивился как вообще им можно наносить удары, но, сжав зубы, терпел. Еще удар, еще один… Эмир Шах не знал усталости и гонял молодого Эда по помосту, как зайца. Тот уклонялся, но дыхание сбилось. Ему было все тяжелее отражать удары сильного здорового мужчины.
— Хватит уже бегать, — прошептал про себя Суворов. Бросился вперед подныривая под руку Эмир Шаха. Проскочил под ней и нанес удар в плечо. Будь удар нацеленным, то Эд отрубил Шаху руку, но меч скользнул по халату с металлическим стуком и резко ушел вниз. Эмир оказался одетым в кольчугу! Сил на защиту уже не было. Суворов вложил в этот бросок последние силы. Получил удар плашмя по спине и рухнул на помост. Во рту появился противный металлический привкус крови. Он попытался подняться, но сильный удар ногой в бок свалил его снова.
— Я же говорил, что прирежу тебя, шакал! — взревел обрадованно Эмир Шах, занося меч над упавшим Эдвардом. Суворов прикрыл глаза, понимая, что это конец. Перед глазами Орлинка, которая шепчет, вставай, но сил нет, как и нет надежды… Ожидая смертельного удара в любой момент, он задержал дыхание и зажмурился посильнее, но неожиданно раздался рядом вздох и гулкий удар о помост. Все неожиданно стихло так, что Эд слышал свое тяжелое дыхание, а потом толпа обрадованно взревела. Эдвард вскочил на ноги, забыв про оружие. У его ног лежал абсолютно мертвый Эмир Шах. Изо рта у него вытекала белая струйка пены, глаза бессмысленно уставились в ярко-голубое небо Магдабада. Он был мертв!
— Ты победил! — радостно объявил Ришат Хан, поднося ему с глубоким поклоном корону эмира Аквилании, украшенную алмазами. — Теперь ты повелитель Аквилании и столицы ее Магдабада!
— Что с ним? — Суворов не обратил внимания на корону, присел рядом с трупом Шаха и оглядел его.
— Вероятно отравление каким-то ядом. У нас во дворце гостил посланник Рура и требовал вашей выдачи, — пояснил Ришат Хан, — если бы ты знал скольких мне трудов стоило уговарить Эмира ему отказать…
— Где он сейчас? — быстро спросил Суворов, не поднимаясь все еще с помоста.
— Да вот…. — визирь повернулся, но человека в камзоле и в шляпе со страусиным пером уже и след простыл. — Только что был здесь!
— Не трудись, Ришат Хан. Скорее всего он уже на пути в порт. Надо организовать погоню, — Суворов поднялся и отряхнул колени, потер ушибленную скулу. — Почему ты мне ничего не сказал?
— А ты стал бы говорить с хитрым визирем из дворца Эмир Шаха? — хитро прищурившись, спросил Ришат Хан. — Вот-вот… Моего деда звали Тейшер, так что я не сильно тебе и наврал.
— А Илия?
— Илия мой личный телохранитель, — пояснил Ришат Хан, — не смотри на возраст. Он идеальная машина для убийства.
— Понятно…
— Ты примешь корону правителя Аквилании? — Ришат Хан кивнул головой на сокровище, которое все еще держал в руках.
— Да, — вздохнул Суворов, — видимо, это моя судьба…
— Это пророчество! — радостно провозгласил Ришат Хан и водрузил ему на голову тяжеленный обруч. — От него невозможно уйти… Только исполнить.
Толпа радостно взревела и захлопала в ладоши. Впервые в жизни Суворов видел столько счастливых людей. Видно, несладко им всем жилось при Эмир Шахе. Он привественно помахал рукой народу, который теперь по праву мог считать своим. Улыбнулся.
— Вижу, — зашептал на ухо Ришат, — мысли не о ярмарочной недели, а о Ее Величестве, которая еще томится в подвалах замка. Беги к ней, Илия тебя проводит. Только открой ярмарку, люди год ее ждали…
— Боюсь, долго они ее не забудут, — улыбнулся одними глазами Эдвард, — Да будет открыта ярмарочная неделя! — провозгласил он с помоста и бросился вниз, вслед за Илией, который уже успел переодеться из рванья в легкую кольчужку, ладненькие сапоги и повесить на пояс короткий меч.
Маркус бежал, не было времени… Яд начал действовать очень скоро. Кто же мог подумать, что он своими руками приведет Эдварда к престолу Аквилании. Надо было уносить ноги из этой страны! Скорее на пирс. Корабль готов. Команда на судне и ждет только его. Тепер война неизбежна. Эдвард захочет отомстить. Ах, как некрасиво получилось… А какой был план! Теперь все летит к чертям!
Алхимик и не заметил, как промчался по узким мощенным улицам Магдабада к причалу, у которого мерно покачивалась лодка с двенадцатью гребцами. Он прыгнул в нее и кортко приказал отплывать. Волна ласково качнула лодку и приняла ее в себя. Корабль ответил залпом из пушки. Все пока шло по плану, кроме непредвиденно быстрой смерти Эмир Шаха.