— Растёт! — довольно проурчал Элидар.
— Молодец. Согласен. По бабам бы ещё не бегал, так вообще цены бы ему не было.
— Ты себя вспомни в его возрасте!
— Помню. По чужим жёнам не шастал. Я тогда вообще ещё девственником был.
— Где бы их набрать… незамужних.
— Оправдываешь, что ли?
— Нет.
— Я когда с ним в Еловую приехал, мужики всех особ женского пола старше десяти лет под замок посадили. Представляешь, какая о нём слава идёт? Женил бы ты его, что ли…
— Можно подумать, он гулять перестанет. Ты за своими, кстати, когда собираешься?
— Завтра в Прибрежную. Потом в Еловую.
Элидара я с собой не звал, поскольку его супруге не совсем пошёл северный климат — последние две луны Альяна простывала каждый вдох. Именно по этой причине он её и в Еловую не отпустил. Последнее время Эль подозревал, что дело не в климате…
Моя, тоже пыталась остаться. Еле убедил, что детям в тёплом деревенском доме будет проще окрепнуть. Детям, потому как племянник Элидара — Элидар Младший, был также отправлен в Еловую. Если быть совсем искренним, то направил я их туда не для улучшения жилищных условий, а боялся нападения орков. Деревенские насчёт этого более мобильны — сбегут если что.
Теперь об Альяне… не одной ей было дурно от пребывания в крепости… Я уже давно заметил, что спустя год после нахождения тут многие начинают болеть. Опять же… иные, наоборот крепнут…
— Пойду я. Шар запустим.
— В третий раз, — усмехнулся я.
— В четвёртый! — подошла благоверная Эля.
Девчушка, приставленная к ней, судорожно пыталась хоть как-то помочь Альяне, приподнимая полог шубы волочившейся за одной из главных девиц нашего королевства… Но эта гордая особа… Ладно бы просто гордая. Ещё и язва та ещё, повернувшись, прервала поползновения девчонки угодить. Тон её был не гордым, но довольно сердитым.
— А кто будет возмущаться, первым на шар посажу, — отреагировал, не поворачиваясь, Эль.
— Не удивлена! Последнее время вы всякими путями, маг Элидар, пытаетесь избавиться от меня. Мне пищу на яды уже стоит проверять? Маг Элидар, если вы и в дальнейшем будете столь настойчивы в обрыве наших с вами общений (Эль ночью вместе с Толикамом «колдовал» вокруг шара), то я буду вынуждена податься в корабельные. Там хоть половину года можно будет побыть человеком, которому уделяют толику внимания.
— Там вы сама быстрее превратитесь в шар, госпожа Альяна.
— Или половина команды лишится своих шариков… Взлетит?
— Должен.
— Я прошу, сам не поднимайся… — смягчила тон вторая леди государства.
— Как скажет моя королева.
— Я не королева! — мельком бросила на меня взгляд Альяна, и тут же стушевалась.
— А хочешь?… — не удержался я — последнее время между нами установились довольно тёплые отношения.
— Очень. Муж не пускает.
— А мы его на виселицу…
— Он живучий. Сама уж трижды отравить пыталась.
— Я вот думаю… — подключился Эль, — а не свершить ли мне переворот?
— Тебе приказали шар поднимать? — гордо произнёс я.
— Как скажете, локот, — скабрезно склонил голову Эль.
— Легче? — спросил я Альяну, когда её муж удалился.
— Уже не так в жар бросает, — ответила она. — Можно я с тобой в Еловую?
— Конечно. Твой муж, если между нами, тоже подозревает, что ты так реагируешь на Шахматную.
— И что он предпринял?
— Сама спросишь.
По сути, это было разглашение военной тайны. Эль сам не очень-то был в восторге от пещеры под крепостью и поэтому, сопоставляя факты, связанные с его супругой, решил луну назад переехать летом в Прибрежную, где уже началось строительство его нового дома. На самом экзотическом месте, кстати — на Уступе девы. Местные очень хмуро смотрели на это дело. Легенды, мол, с ним связаны. В общем, на небольшом плато, свисающем над городком, ранее, по преданиям, оканчивали свою жизнь девицы, не согласные с выбором родителями жениха. По факту селяне таковых назвать не могли. А вот Эль воспринял это место как благодатное. Я пытался переубедить его, поскольку домик находился в прямой видимости вражеских кораблей, если что… Но… Твердолобый он. Как и я. Единственное что он пообещал выбить в скалах ступени для отхода (За свой счёт!).
После боевого выступления чёрной сотни, настало время джигитовки. Тоже довольно интересно. Однако, были и отличия от данного действа в нашем мире. Здесь это не выглядело столь воздушно… Тяжёлые клинки, давали о себе знать. А иные… А иных пока не было! Да и сами выступления имели собой практические упражнения, а не показательные. Более силовые, что ли… Только одно сбивание при помощи клинка «противника» — мешок кротоки, посаженный на импровизированную «лошадь» — бревно, и закреплённое на нём, чего стоило. Каждый пытался выбить из «седла врага». Но даже не у всех Драконов это получалось. А вот среди тех кто не смог, оказались даже с травмами — два вывиха…
Последними вышли «малышня». Я даже несколько пожалел о решении прекратить набор детей… Настолько самозабвенны! Старательны! Серьёзны!.. Что очень умиляло. Умиляло, до тех пока две девчушки (Да, да! Девчушки!) в юбках до пола, выхватив неизвестно откуда короткие клинки (вообще длинные кинжалы, но для них короткие клинки), резво снесли поставленные перед ними шесты… С руку толщиной! Семилетние девочки, похожие больше на приведений, чем на что-то способное принести смерть!
Я наблюдал пару раз, как Лафот тренировал детей… И именно к этим двум девочкам (кстати говоря, они единственные из особ женского пола прошли его «кастинг») он предъявлял более жёсткие требования. Если парням, скажем, достаточно было просто перерубить прутик, то от девчонок он требовал ровный срез. Если нет… то заставлял работать клинком только левой рукой, дабы исправить постановку удара. Разумеется, я спросил почему такое отношение? Как, собственно, и зачем? Зачем девчонки? Грешным делом я подумал о педофилии… Дурак. Потом уже понял. Просто кто же знает особенности чужой культуры. В данном случае лафотской. Возможно, у них там принято ублажать учителя?
— Многие хорошие воины погибают из-за недооценки противника. Эти не смогут на равных выйти в бой с мужчиной. Но… могут убивать. Женщин никто не считает противником. В этом их преимущество. Они внезапны… А требую, потому что силой они взять не могут. Значит, должны привыкать к точности.
И девчонки привыкали…
Но до конца, к сожалению, досмотреть представление не удалось, поскольку кто-то заметил верх шара, показавшийся над Шахматной. Народ, галдя, стал обсуждать «чудо». Минут через двадцать шар довольно бодро стал набирать высоту. Когда из-за стены показалась корзина с машущими из неё руками Толикама и Элидара, народ восторженно загудел. Кто-то свистел, кто-то кричал, задрав голову и прикрывая рукой глаза от солнца, стараясь рассмотреть шар, Альяна трёхэтажно сматерилась…
Серое полотнище, на небольшой высоте, сначала стало грозно надвигаться на нас, погружая в тень, и вдруг, подхваченное очередным порывом ветра, устремилось вверх — из крепости стали стравливать верёвку, которой удерживался летательный аппарат. Из ворот крепости подпрыгивая и восторженно крича, выбежала инициативная группа строителей воздушного судна во главе с Юланом. Ну, вот и первый технический прорыв… Если всё удачно сложится, то будем сбрасывать с него горшки с порошком Алтырского стража на головы врагам. Ну и морально противника подавим.
Завершиться всё должно было ещё одной новинкой — парусником на лыжах. Ветер подвёл. Парусник после того как его слегка подталкивали, катился метров пять, а потом вставал. Практического значения данное изделие не несло никакого. Просто полёт мысли. Ну и в случае провала с подъёмным шаром, это должно было хоть как-то поддержать дух «конструкторского бюро». Вышло совершенно наоборот. В смысле шар полетел, а парусник не поехал.
Глава 17
Жизнь очень непредсказуемая штука. Причём, благодаря многолетним личным наблюдениям, слово «штука» производное от «задница». В почти прямом смысле — гадость иногда выдаёт знатную. Готовиться к эфемерной битве и знать, что на тебя идёт охота, несколько разные вещи. Короче… как только сошёл лёд, как к нашему пирсу причалил незнакомый корабль…