Читать весь текст я не стал. Вначале было что-то о принципах перемещений… Я решил прочитать отклики. И увлёкся. Большинство посетивших разражалось длинными тирадами об идиотах, способных читать и писать такие блоги. Были оптимисты, выражавшие готовность поверить автору или короткими репликами показывавшие своё приятие материала: «Неужели это возможно?», «Я в восторге…», «Расскажи, как такое достать!». А ник Симон заявил: «Я верю тому, что здесь написано. Однозначно! Но не верю, что это осталось без внимания верхних сил. Напиши об этом.».
А утром Лику и меня, примостившегося рядом, разбудил мой китайский смартфон. Я пожалел, что не выключил его вчера. Мне звонил Андрей Григорьевич, мой потенциальный работодатель. И я, схватив трубу, торопливо отозвался.
— Валера! Вы почему до сих пор не пришли. Я вас жду уже несколько дней. Приходите сегодня. Подпишем договор, и я уже приготовил вам аванс. Только обязательно придите. Что-то моя старушка опять барахлит…
— Тебя куда-то зовут? — сонным голосом спросила Лика, когда я вернул китайца на стол.
— Работу интересную предлагают. — вздохнул я.
— Не ходи никуда! — сладко потянулась моя маленькая Лика. — Я тебя так люблю!
Я взглянул на часы. Проснуться надо было несколько раньше. Хорошо, что Андрей Григорьевич так рано позвонил. И я, стараясь смягчить, произнёс:
— Не хочется это говорить, но тебе сегодня в школу. Это, как стук сердца, отменить невозможно! А я и так сегодня слишком многое допустил… Не хватает, чтобы ты ко всему ещё и в школу опоздала! Я себе этого не прощу…
Завтрак с полным холодильником готовить было проще простого! Я почувствовал в себе неожиданно проснувшийся талант повара. И через десять минут, когда Лика с полотенцем на голове вышла из душа, мы сидели на кухне и уминали горячие тосты с красной икрой, украшенные огурцами и кинзой. И запивали неожиданно нашедшимся в холодильнике ледяным морковным соком.
В школу Лика уже немножко опаздывала. Автобус её привёз бы только к середине первого урока. Пришлось просить Олега об одолжении. И он, конечно, не отказал. И Лика, я надеялся, в школу не опоздала.
А я, обработав свои, так и не посветлевшие, за предыдущие сутки синяки волшебной мазью Светланы Леонидовны и наскоро побрившись, отправился в центр города к Андрею Григорьевичу. Денег у меня почти не осталось и дело, связанное с какими-то финансами, должно быть прежде всего!
Когда я вышел из автобуса, неожиданно вспомнил, что забыл отдать Лике второй ключ от своей квартиры. Чтобы она могла приходить ко мне в любое время. Это меня немного расстроило.
Но день сегодня был на удивление солнечным и ветра почти не было. В городе заметно потеплело. Я разомлел. Дело всё-таки двигалось к лету. Офис Андрея Григорьевича располагался в старом центре города на улице Афанасия Никитина, 4. Современное пятиэтажное здание из стекла и сайдинга. Без намёка на то, что его строить начали сразу после войны, в дохрущёвские ещё времена. Реставраторы кирпичный остов сохранили, а наружность фасада приукрасили. Я с Андреем Григорьевичем созвонился, подходя к офису и он лично спустился, чтобы встретить меня. Составление договора не заняло больше десяти минут. Юрист был толковым, а у меня никаких замечаний не возникло. Потом, на основании договора в кассе мне выплатили, довольно порядочную для простого аванса, сумму, и мы с работодателем спустились во двор к его автомобилю.
Белый хетчбэк, с вьющимися узкими зелёными полосками по борту, на стоянке был огорожен столбиками с цепью. Сразу было видно, кто здесь самый главный!
— Надеюсь, она бегать стала лучше? — на всякий случай спросил я.
— Да, с этим всё в порядке! Только вчера не меньше шестидесяти на спидометре накрутил, и сегодня ещё не заряжал.
— Теплее стало, и ёмкость аккумуляторов больше сохраняется.
— И это тоже, конечно. — согласился со мной Андрей Григорьевич. — А вот с фарами… В прошлом году также было, пришла весна и посыпались! И вот!.. Утром сегодня левая фара сдохла… Возможно, это оттого, что я стукаюсь часто… Вертеть головой как, когда был молодым, тощим, уже не могу. Вот и въезжаю во всё подряд. То высокий бордюр крылом зацепишь, то бампером в ворота упрёшься…
— Но это легко можно исправить видеонаблюдением. И дополнительными зеркальцами на боковых зеркалах заднего вида.
И я пообещал посмотреть сегодня, что могу сделать. А пока я полез под капот и заменил сгоревшую лампочку накаливания. Вот и весь ремонт! Моя работа в «Факеле» оценивалась в десятки раз ниже, поэтому, когда я вернулся домой, сразу занялся поиском требуемого и заказами. По цене это вышло в несколько раз дешевле, но по срокам немного напрягло. Когда я был ещё там, у него в офисе, Андрей Григорьевич хотел, чтобы я взял его автомобиль и покатался по автомагазинам, посмотрел, что можно купить здесь и сейчас. Ему не терпелось снова видеть свою машину игрушкой. Я сразу успокоил его, что то, что мне требуется, в магазинах у нас не найдёшь. И сказал, что найду и поставлю всё в течение месяца из Китая.
После обеда пошёл в «Факел». Максим в этот раз, что я пришёл не вовремя, ничего говорить не стал. Потому, что в ремонт уже пригнали две машины с проблемами в двигателе. У одной, вазовской шестёрки, вообще заклинило движок намертво. Это была работа на несколько дней. Со второй, Audi, разобрался быстро. Промыл картер, заменил свечи и подстроил выхлоп. Звук почти не ощущается и с окисью углерода — порядок. Даже Толика Моржова не пришлось беспокоить. Сделал всё сам.
Правда, потом вместе с Толиком мы сняли с шестёрки движок и до конца смены бодро раскидали. Завтра будет много работы.
Пока шёл пешком домой, говорил по телефону с Ликой. Потом оказалось, что она ждала меня у двери моей квартиры… Тут мне пришлось проявить настойчивость. Уговоры не помогали, и я вызвал такси и отвёз непослушную девчонку домой. С тяжёлым сердцем. Она плакала…
Утром от сегодняшнего сна осталось только неприятное ощущение чего-то скверного. То ли видел во сне, что кто-то заболел, то ли опять снилась какая-то авария… Проснулся уже с ощущением чего-то случившегося и непоправимого. И почему-то подумал про Печникова. Других несчастных на моём горизонте пока не было. Но я отказался рассматривать сон, как какое-то предупреждение, у меня теперь была работа. Позавтракал и отправился трудиться. Время позволяло — пошёл пешком. По дороге подумал, что не заглядывал вчера на УэллсПлачет… И тут же вспомнил про мою Лику… В действительности только она сейчас была единственным больным пунктом у меня. И мой сон, наверняка, напоминал о ней… И вновь я был виноват!
Народ в «Факеле» на мои синяки на лице реагировал по-разному. Моржов сочувствовал. Максим с Никитой вчера откровенно смеялись. А остальные старались этого не замечать.
Вазовский шестёркин двигатель Толик уже начал промывать. Масляный насос был изношен до предела и восстановлению не подлежал. Отсюда и заклинивание. Я созвонился с заказчиком работ и уговорил его срочно приехать. К тому же цилиндры нуждались в расточке и нужны были новые поршни. Заказчик был совсем молодым, лет 18. И стал уговаривать меня не делать расточки. Денег у него совсем мало осталось. Мне тогда пришлось прибегнуть сперва к «прянику»:
— После расточки ваш двигатель станет мощнее…
Я, правда не сказал насколько. Но это срабатывало почти всегда. И мой заказчик заметно просел. Я объяснил, что после расточки потребуются новые поршни и кольца. И прокладки. А также необходимо будет приобрести новый масляный насос и фильтр. А без этой расточки вся его машина была ни на что не годным металлическим хламом. В общем, парень обещал к завтрашнему дню всё для ремонта принести.
И я тоже к завтрашнему дню уложился. Сделал расточку и до зеркального блеска отшлифовал цилиндры. Теперь бы только с клапанами всё было в порядке…
Когда шёл домой, позвонил Лике. Но Лика отвечать не захотела. Я думал, она опять ждёт меня на лестнице. И домой почти бежал. Но у двери никого не было… Обиделась моя Лика. И снова я пожалел, что не отдал ей в тот раз второй ключ. Почему я всё время опаздываю?