— Ты можешь потерять много драгоценного времени, — заметил я.
— Резонно, — сказал Виктор. — Твои предложения?
У меня таковых не оказалось. Я прикурил сигаретку (бросать надо, вяло шевельнулось в голове; в Обществе вроде не принято курить), посмотрел в сторону активно общающихся между собой гопников, и произнес негромко:
— Может, есть смысл отъехать?
— Может, есть смысл дождаться? — спросил Виктор.
Мы, похоже, «дождались». Гопники поднялись с корточек и двинулись в сторону моей «Тойоты». Черт возьми, как это все предсказуемо! Сейчас они попросят закурить, потом им не понравятся мои сигареты, придется отбиваться… Вон, кстати, палка неплохая, можно показать мастер-класс по боккэну… Виктор, надо отдать ему должное, вылез из кабины, увидев, что обстановка слегка обостряется. Гопники подошли ближе, оценивающе оглядели нас (не знаю, произвел ли на них соответствующее впечатление одетый в белоснежную рубашку и отутюженные брюки Виктор, который был, как я уже говорил, мужчиной крепким), но закурить они с ходу не стали спрашивать. К тому же первым вопрос задал Виктор:
— Рому Лабаза знаете?
Гопники переглянулись. Похоже, они знали, о ком речь.
— А чё? — спросил один из них.
— Ничё. Базар нужен.
Гопники, похоже, инстинктивно поняли, что тут не так все просто. По крайней мере, традиционный кураж отменяется.
— Какой именно? — спросил все тот же, который выглядел постарше и попотасканней, одетый в белую с красным тенниску и темно-синие «треники» с трилистником и тремя полосками лампаса.
— Тут живет один чудило, — спокойно произнес Виктор. — Который неправильно поступает. Мы до него, если чё.
— Мы тут всех знаем, если чё, — ввернул второй, помоложе, чернявый тип, одетый тоже в штаны «Адидас» и полосатую, как тельняшка, маечку на бретельках. Такие в моде были еще при социализме, если не ошибаюсь.
— Самойлов из шестнадцатой квартиры нужен.
— А! Этот… Да не, Антоха ровным пацаном держится, только вот выглядит как чмо…
— У него дела далеки от наших, — добавил второй гопник. — Он жеж образованный, женился вон недавно…
— На Ольге с Затона, вроде бы? — спросил Виктор.
— Не! Не знаю такую. На Светке Белоусовой, дочке дяди Гоши — она тоже образованная… Сыну уже три года.
— Три? В садик ходит?
— Ага, от завода «Промконструкция». Жена его там работает. Ровный пацан. Не пересекаемся.
— Он не в том месте ровный, — сказал Виктор.
— А чё?
— Да ничё. Косяк за ним один имеется. Вот и приехали, чтоб помочь ему разрулиться.
— А… Ну перетирайте тогда сами тут с ним…
— А может, вызвать его поможете? Нам тут не климатит его ждать неизвестно сколько.
Гопники переглянулись опять.
— Серьезно накосячил?
— Очень, — коротко и веско ответил Виктор. Мастер, что уж там говорить… То ли он умел работать интонацией, то ли подбирал правильную комбинацию слов, но если бы я был на месте этих ребят, то вряд ли отказал бы нам в помощи.
— Он же не знает твою машину? — спросил Виктор меня, когда парни, снабженные инструкцией, скрылись в подъезде.
— Нет, не видел ее никогда.
— Отлично… — И Виктор в нескольких словах сказал, что мы будем делать в ближайшие несколько минут…
Мне бы опять стоило подумать об Уголовном кодексе, но не в первый раз я вступаю с ним в противоречие… И, видимо, не в последний. Я молча запустил двигатель и подвел машину как можно ближе к подъезду
…Медленно текли минуты. Одна Две…
— Не купился, — скептически произнес я, обернувшись к Виктору, который сидел в салоне. Он молча пожал плечами. В этот момент и появился Самойлов. Он вышел из подъезда с озабоченным выражением на лице, а рядом с ним подпрыгивали оба гопника. По имеющейся договоренности они провели хакера почти вплотную с бортом «Тойоты» и, когда он поравнялся с приоткрытой дверью, изнутри вынырнул Виктор. Он плавным движением упер в бок Антону пистолет, весьма напоминающий «макарова» и спокойно произнес:
— В машину. Быстро. Иначе получишь пулю в живот. Я не шучу, Сколопендра.
Мне почему-то показалось, что мастер действительно не шутит. Кажется, Сколопендра это понял тоже. Его лицо залила поистине мертвенная бледность. Он посмотрел на лицо Виктора, скрытое большими солнцезащитными очками, его тяжелый подбородок…
— Мне повторить? — тем же тоном произнес Виктор. — Ты же хочешь вернуться домой и увидеть Светлану?
Кажется, и тут мастер не ошибся. Самойлов, придерживаясь заметно вздрагивающими руками за края дверного проема, неуклюже влез в салон. Следом забрался Виктор и сказал мне:
— Поехали. Через триста метров остановись.
Я так и сделал. Когда начал маневрировать, был вынужден вертеть головой, глядя в зеркала, и Самойлов меня узнал. Он так и дернулся:
— Я же тебе все сделал! Ты, гнида криворукая! — завизжал он.
— Сидеть! — рявкнул Виктор. — Сейчас будешь сам все делать, и если не сделаешь как надо, твоя Света снова выйдет замуж. Ты понял?!
Антон притих. Я вывернул на корявое уличное покрытие и, глядя в зеркала назад, увидел обоих гопников, внимательно глядящих нам вслед. Мне эта история, конечно, очень не нравилась. Эти типы запомнили и меня, и Виктора, и мой микробус, так что в случае чего неприятностями я огребусь по полной программе… Я съехал с обочины и, как было оговорено, вышел из кабины и перебрался в салон. Сколопендра зло смотрел на меня.
— Так, — сказал Виктор, обращаясь к нам обоим. — Поскольку вы оба ребята криминальные, то знаете понятия. Когда один не выполняет условия соглашения, другой забивает стрелку, и не выполнивший держит ответ. В этом мире ничего не меняется. Раз ты, господин Сколопендра, изволишь шифроваться, то на разборки тебя пришлось вытащить принудительно, сказав про неприятности с ребенком…
— Ничего себе «неприятности», — проскрежетал Антон. — У вас-то у самих дети есть, чтоб такое выдумывать?
— По крайней мере, с твоим сыном ничего плохого не случится. Насчет тебя — решай сам. Вот планшет… Андрей, дай его сюда… Войди в почту Гены Ратаева, чтобы можно было копировать его письма из ящика, и — свободен.
— Делов-то, — пробормотал Сколопендра. — Давай сюда…
Он бодро вбил символы в поле почтовой программы и замешкался…
— Хм… — сказал он только.
— Только не говори, что опять пароль сменился, — сказал я. — Не поверю.
— А почему бы нет? — резонно ответил Антон. — Пароль можно менять хоть каждые десять минут, если человек боится, что его взломают… Но нет, здесь что-то не то…
Хакер переключился в другую программу и напечатал какие-то символы в командной строке.
— Вот и ответ вам, — сказал он особенно скрипучим тоном. — Ратаев не просто пароль сменил. Он вообще удалил свой аккаунт, свою учетную запись. Уничтожил почтовый ящик полностью, вместе с письмами, если они там были. Вы могли бы и сами все это проверить, вместо того, чтобы терять время и пугать меня. Тупо можно зайти через веб-страницу, там даже по-русски бы все открылось… Нате, вон, читайте!
Сколопендра показал планшет, повернув его экраном к нам поочередно. Сначала — Виктору, потом — мне. Просек субординацию, вирус компьютерный…
Это все действительно походило на правду. Если Геннадий действительно побаивался тех, кто его ищет, то вполне мог таким образом перестраховаться. Ничего в этом сложного нет — удалить один ящик, тут же создать новый… Проще, чем сменить номер мобильника… Стоп. Это идея.
— Я думаю, ему можно верить, — сказал я Виктору. (Тот сделал неопределенное движение головой). Потом обратился к Антону: — Теперь вот какая вещь. Это будет посложнее. Номер мобильного телефона. Каким-нибудь образом ты мог найти его нам, «пробив» по базам? Ну, а потом, естественно, список входящих и исходящих…
— Это нереально, — сказал Антон. — Сейчас все эти базы «на улицу» не попадают. Менты сами говорят, что кто у них с этими базами работает, на том компе ни сети нету, ни дисководов. И разъемы отключены, куда можно было бы флешку воткнуть.