В субботу он опять соврал Маринке, что хочет переночевать у друга, что в тот раз ему очень понравилось. Пашка даже смог объяснить, зачем ему нужен спальный мешок. Якобы у друга только старая раскладушка и спать лучше в мешке. Пашка прослонялся по набережной до одиннадцати, а потом пошел к памятнику. На улице мороз, Пашка оделся в трое штанов, трое кофт, да еще прихватил пару бензиновых грелок, с которыми отец ходил на зимнюю рыбалку.
Ночь снова выдалась безоблачная, в морозном воздухе звезды сияли даже ярче. Лед еще не встал, но море, словно чувствуя приближение зимы, замедлилось. Волны плескались и переливались, словно глицерин. Маяк высвечивал из тьмы корабли, но фигуры Кузьмича в его окнах мальчик не увидел. Пашка вспомнил строчки стиха, прочитанные на памятнике. Опять подсказка, но кто их оставляет? Пашка всё больше сомневался, что это Шелковый Человек. Но кто?
С этими тревожными мыслями Пашка уснул, свернувшись клубком и прижимая грелки поближе к телу. Сон пришел быстро. Последнее, что Пашка слышал в Мире — как всегда, ветер, сопровождавший его в путешествиях.
Очнулся Пашка на том же месте, что и в прошлый раз. Опять непроглядная тьма и гулкое звучание бурлящей жизни из Шума. Правда, сейчас Пашка знал, что делать и как себя вести. Он прошел к границе города и как только вступил на металлические плиты, перед ним возникло окно.
— Добро пожаловать в Шум, странник, — сказал знакомый голос робота. — Назови свое имя, добрый гость.
— Карл, я уже здесь бывал.
Как только Пашка назвал себя, в окне пропал робот и появился большой вопросительный знак. Пашка пока знал только, как пользоваться ботинками с магнитной подошвой (они, кстати, появились на ногах), но как вызвать флаер?
— Хочу вызвать такси, — сказал мальчик. Этого оказалось достаточно.
Перед ним появился очередной робот, раскрашенный в желтый цвет, и осведомился:
— Приветствую вас, Карл. Вы уже пользовались услугами нашего флаербана, если вы дадите подтверждение, такси прибудет за вами очень скоро.
— Даю, — сказал Пашка и окно пропало.
Зато очень скоро прилетело то самое такси, что везло его в прошлый раз. Дверь распахнулась, грубоватый голос осведомился, чего это он не залазит. Пашка влез в такси и сказал, чтобы его отвезли к Подлунному Университету. Таксист опять спросил, какую модель поведения Пашка хочет, мальчик выбрал «вежливое молчание». Потом спохватился — он не предупредил Тима о прибытии.
— А от вас можно позвонить? — спросил он у робота.
— Позвонить можно из любого места в Шуме, милостивый государь, — ответил таксист. — Достаточно всего лишь воспользоваться командой «звонок».
Сказав это, таксист вежливо умолк, а Пашка произнес:
— Команда «звонок».
Перед ним появилось окно с вопросительным знаком. Пашка сказал, что хочет позвонить Тиму, профессору Подлунного Университета. На окне возникла трубка телефона и, уже спустя секунду, морда его пса.
— Карл! Слава Ветру, ты жив! — сказал Тим. Он улыбался, на морде явственно проступило облегчение. — Как твое путешествие?
— Не хотелось бы по телефону, или по окну… Давай встретимся. Ты где?
— Я как раз иду с лекции домой. Подъезжай.
Спустя полчаса, мальчик сидел в гостиной квартиры Тима и рассказывал свое приключение в котельной. Когда он окончил, пес нахмурился и сказал:
— Да, история становится все запутанней.
— А кто это были?
— Я думаю, джинны. Хотя я и не уверен, но слышал, они могут попасть таким вот образом в Мир. Через Сон пролезть в тело сновидца и находиться в нём, пока он не проснется.
— Понятно… но что мне теперь делать? Как попасть в Огненное Царство? Ведь они говорили о Никодиме, значит, он вполне может быть у них в плену!
Тим вздохнул и налил себе чаю из красивого фарфорового чайника.
— Я уже говорил тебе, это опасно и глупо. Если Никодим действительно в Огненном Царстве, значит, он в Вабаре. А попасть в Вабар трудно. И еще ты не понимаешь, что такое Огненное Царство и кто такие джинны. Они страшные и ужасные. Их невозможно убить, только посадить в лампу. И они очень сильны. Но даже чтобы туда просто добраться, нужны деньги. Точнее кредиты. А их у меня пока недостаточно, чтобы в Дневное попасть, хотя оно и неподалеку.
— А если попросить султана Ахры?
— Я не знаю, может, и получится. Хотя вряд ли. Царь серебреных драконов еще мог бы тебя довезти, и в Ночном Царстве можно достать надежный флаер, но в Дневном Царстве, да еще и в Ахре. Не думаю. Насколько я знаю, султана Ахры беспокоит только дела Ахры.
Пашка поднялся и принялся расхаживать по комнате. Он видел решение проблемы. Видел, но оно ему не нравилось.
— А что если я попрошу помощи у Шелкового Человека? — наконец выдал мальчик. Глаза Тима полезли на лоб, но потом он закрыл их и покачал головой.
— Возможно, Шелковый Человек, единственный, кто сможет провести тебя в Вабар. Но связываться с ним! Это очень неразумно, Паша, очень…
— Но по твоим же словам получается, что другого выхода нет! Султан Ахры мне не поможет, потому что его интересуют только дела Ахры. Царя серебряных драконов мне не найти. Можно, конечно, обратиться к Императору Цветных Царств, но в том, что он поможет, сомневаюсь уже я. И что прикажешь делать?!
Тим опустил голову, Пашке стало стыдно. Мальчик понял, только что он наорал на своего пса за просто так.
— Прости, Тим, я не хотел тебя обидеть, — сказал Пашка и положил руку на его плечо. — Но я действительно не знаю, что делать, и мне надо попасть в Вабар.
— Ты меня не обидел. — Поднял голову Тим. — Мне очень жаль, что я не могу тебе помочь. И жаль, что ты не хочешь меня слушать. Но если ты действительно решил обратиться за помощью к Шелковому Человеку, что ж, я не стану тебя отговаривать.
— Ну и отлично! — приободрился Пашка. Хотя ему было совсем не так весело, как он хотел показать. — Теперь, правда, другая проблема. Как его найти?
— Это-то не проблема. Шелковый Человек живет как раз в Ночном Царстве. В Стране Четырех Ветров, в Городе Пустых Бутылок…
Хотя времени, по многочисленным заявлениям жителей Азиль-до-Абара, в Алям-аль-Метале нет, Пашка ориентировался по своим внутренним часам. По его подсчетам прошло часа четыре с тех пор, как он заснул в катере, теперь они летели на флаере Тима над черным грунтом Ночного Царства. На все расспросы Пашки, куда они летят, Тим отвечал только сухое: «Сам увидишь». Пес сделался мрачнее тучи, мрачнее самого Ночного Царства. Ему явно не нравилась вся эта затея, и Пашка постепенно соглашался с ним. Он уже подумывал сказать, что все-таки лучше попытается раскрутить султана Ахры, но тут Тим сказал, они прилетели в Страну Четырех Ветров. Впрочем, это Пашка понял и сам.
Они летели на флаере, больше всего похожим на запорожец без верха. Он постоянно пыхтел, бренчал и летел очень неровно, но такое короткое расстояние преодолеть смог. А когда они перелетели невидимую границу, Пашке в лицо ударил ветер. Он повернулся, но ветер продолжал дуть в лицо. Пашка повернулся в другую сторону, потом вообще развернулся, но результат остался прежним — отовсюду дует ветер. Теперь он понял, почему это место называется Страной Четырех Ветров.
— Нам еще повезло, что Шум сейчас в этом районе, — сказал Тим, стараясь перекричать звук двигателя и завывание ветра. — В прошлом цикле он стоял на окраине Предрассветного Царства, дотуда мой флаер не долетел бы.
— А Шум не стоит на одном месте? — проорал в ответ Пашка.
— Нет. Иногда он снимается и улетает на другое.
На этом тему закрыли — ни Тиму, ни Пашке не хотелось орать. Вскоре на горизонте что-то заблестело. На небе висела огромная желтая луна, прямо под ней их цель. Город Пустых Бутылок. Ветер усилился, Тим повел флаер на посадку. Они сели на черную землю — до города, как минимум, километра три. Тим заглушил мотор и сказал:
— Дальше лететь нельзя. Шелковый Человек запрещает все перелеты над своим городом.