Поезд приехал, он помог слепому еврею донести чемоданы. Свой тоже захватил, но собирался выкинуть, когда останется один. Аарон поблагодарил и пошел по перрону, пристукивая тросточкой. От дальнейшей помощи он отказался. Если бы мысли, что делать, не преследовали Дениса в вагоне, он, быть может, никогда не смог найти путеводную нить. Но они его беспокоили, и только оказавшись на перроне, в одиночестве, Денис понял… что хочет в туалет. По-крупному и нестерпимо сильно. Но раньше он в Киеве не бывал, где здесь санузел не знал, а когда нашел, там еще была очередь. Едва он донес продукт жизнедеятельности до фарфоровой станции, с души упал камень. Один из сотни камней, наваливших в душе гору. Но, сорвавшись, повлек за собой еще несколько — гора уменьшилась. Будто, облегчив желудок, облегчил и мозг.
Вышел Денис уже бодрее, так сказать, жизнерадостнее… и почти сразу забежал за угол. Потом он думал, что сделал глупость, ибо никто из них, не мог бы его увидеть, но не подозревал, насколько попал в точку. Если бы просто таращился на четырех слепцов, кто-нибудь из них обязательно почувствовал его. Узнал, по индивидуальному стуку сердца.
Четыре слепых мужчины, вроде ничего примечательного, там и бывший сосед по купе — Аарон. Может, это его друзья? Но нет. Когда Денис вышел из туалета, слепой в длинном плаще пригладил волосы рукой. Даже большие темные очки не скрывали, что он азиат, а когда рука пошла вверх, обнажились дорогущие золотые часы (что само по себе непонятно — зачем они слепому?) и краешек татуировки прямо за браслетом. В голове Дениса сошлось. Азиаты, тату, слежка, потом…. Потом знакомство с Демьяном и смерть…
Получается, за ним следили. Правда, как и почему слепые? Может, эти и не следили, а, допустим, подслушивали, или просто руководители. И пока остальные ищут его в Москве, их отправили в Киев за ненадобностью. Демьян отцепился и двинул в свое убежище, а слепые ехали в поезде, как обычные пассажиры.
Денис смотрел на них, украдкой выглядывая из-за угла. Четыре мужчины о чём-то разговаривают, однако, понять о чём, с такого расстояния нельзя, а подходить ближе Денис боялся — вдруг услышат. И совершенно верно боялся. Слепцы обязательно услышали бы. И вообще, Денис всё сделал исключительно правильно, пусть интуитивно, на грани страха и мужества и, наверное, поэтому остался незамеченным. Любой нормальный человек не стал бы соблюдать дистанцию в тридцать метров между собой и слепым человеком. Зачем?
Слепцы вышли из вокзала и сели в такси. Денис тут же прошмыгнул в другое и приказал следовать за ними.
— Э, брат, придется доплатить, — лениво сказал таксист.
— Доплачу, только на расстоянии.
— Не учи отца и баста!
Слепые поехали к самой дорогой гостинице в городе. Денис вышел и сквозь витрину видел, как те снимают номер в ресепшене. Когда слепцы уехали в лифте, Денис вошел и попросил номер на том же этаже, но не соседний. Девушке в регистратуре он сказал, что это его друзья, но один из них так страшно храпит, что слышно даже через номер. Девушка посмеялась и поселила Дениса. Так, для него началась неделя наблюдения.
Следующим утром он вышел из номера рано и первым делом пошел в банк снять денег. Потом нашел таксиста бомбилу и договорился, чтобы тот возил его целый день. Цену заломили приличную, но Денис не торговался. К девяти он и его новый работник Вася припарковались перед входом в гостиницу в ожидании. К десяти из здания вышел первый слепец. В руках палочка, но что-то сомнительно, что она ему нужна. Двигался, как зрячий, у Дениса даже закрались подозрения. Он сказал, чтобы Вася следил за ним осторожно. Ему опять предложили не обучать родителя делать детей, и когда слепой сел в такси, Вася продемонстрировал себя не хуже предыдущего водителя. Может, у них здесь таксисты проходят курсы какие?
Аарон в то утро поехал по издательствам. Денис анализировал его действия, сопоставляя с тем, что известно о Демьяне. Собственно, не так уж и много — только разговор с Шалитом в клубе. И хоть тогда Денис был под легким кайфом, припомнил, Шалит тоже упоминал книги. Правда, в другом контексте, как ему тогда показалось, но, если не в другом? Может, Демьян писатель? Не зря же Аарон наведался не только в издательства, но даже в типографии. Кстати, три других слепца тоже не сидели без дела. Одного они увидели выходящим из типографии, куда приехал Аарон. Они перекинулись парой слов и разошлись.
Так продолжалось три дня, пока слепцы не встали на след. Но Денис этого, естественно, не знал. Он-то думал, что те исполняют какое-нибудь задание для Демьяна, а демоны его искали.
Сняв номер, главари клана Слепой Дюжины принялись размышлять.
— Зря мы не проследили Дениса, — сказал Арооми.
— А зачем? — спросил Ор. — И так понятно, что Демьян в Киеве, раз Толстые Ткачи направили смертного сюда. Мы просто находим его, убиваем и летим домой. Мне надоели славянские страны.
— А как? — вмешался Харур.
— Если Демьян в городе, значит, связан с местными литераторами. Надо установить, с каким издательством он работает, и допросить руководство.
Четыре рта растянулись в плотоядной улыбке. Они давно никого не допрашивали и представили эту картину.
— А всё же Денис…
— Не важен. И даже опасен. Сейчас за ним, наверное, следят получше, чем за Президентом. Сам он не заметит слежки, но вот те, кто за ним следят…
— Да, эти заметят. И не позволят нам вмешаться в этот цирк.
— А если мы не найдем Демьяна сами, нет ничего сложного найти Дениса. Его имя мне известно — я прощупал билет, пока он спал, так что просто пробежимся по гостиницам…
— А если он поменяет паспорт?
— В чужой стране, без связей и опыта? Сомневаюсь. Давайте просто оставим его в покое на время, хорошо. Если за три дня мы не встанем на след, я найду его.
— Хорошо. Попробуем найти Демьяна сами, не получится, выпотрошим смертного, — подытожил Трур.
Обход издателей дело не самое благодарное, потому что братия эта занятая. Смотрят тексты, решают, кофе пьют, им нет дела, что с ними хотят встретиться главари самого кровавого клана якудза. Но слепцы умели убеждать. Первый труп они оставили уже на следующий день, а три издателя подверглись пыткам. Денис следил за Арооми, и именно тот наведался в квартиру Бориса Стасова — главного редактора издательства, управляемого Ильей Прастом. И убил. А через день понял — Праст работает с Демьяном. Понял очень легко — в газетах об убийстве не написали ни слова. За Ильей установили наблюдение. Ор пробрался в его кабинет и установил подслушивающие устройства, кстати, гордость одной секретной фабрики, принадлежавшей Болту. Обнаружить эти жучки обычными способами нельзя, так как передают они информацию, только когда общий электромагнитный фон и тепловое излучение вокруг минимально. То есть, когда никто ничего не проверяет. Арооми, а, следовательно, и Денис с Васей, посетили головной офис одной сотовой компании Киева и, применив свои любимые методы ведения беседы (скальпель и маленький паяльник, работающий от батареи), установил прослушивание мобильника Ильи. На четвертый день пребывания в Киеве, слепцы услышали голос эмиссара.
— Ало, Демьян, — говорил Илья. Голос дрожит и чуть не сбивается на всхлипы.
— Да? — ответил бесстрастный Демьян.
Слепцы прильнули поближе к колонкам. Они навсегда запомнили его голос, еще раз уверились, Демьян — эмиссар.
— Ты слышал, что произошло? — продолжил Праст.
— Ты о редакторе? Да.
— Что мне делать?
— Ничего. Он был плохим редактором.
— Я не об этом. А вдруг они узнали?
— Кто «они»?
— Демьян, я же не идиот! И ослу понятно, что ты кого-то боишься и…
— Я никого не боюсь.
Диалог прервался на пару секунд. Слепцы заулыбались. Они ощутили тот страх, что пробрался в сердца жалкого человека.
— Я хотел сказать: опасаешься, — попытался исправиться издатель.
— И не опасаюсь. У меня есть противники. Но это сделали не они. В любое другое время я заподозрил бы их, но не сейчас.