Вот почему большая часть иностранцев, находящихся в это время в Берлине, делала вывод, что после только что закончившихся переговоров Гитлер, убедившись в том, что с Москвой ему не удастся разыграть «новый Мюнхен», пойдет на обострение отношений с СССР[30].
— Ну что же, — говорил мне с известным оттенком иронии один американский коллега, — будем считать, что период «потепления» в отношениях между Москвой и Берлином окончился. Русским не удалось удержать немцев от новых агрессивных планов в сторону Юго-Восточной и Северной Европы. Гитлер, в свою очередь, не смог склонить русских на какое-либо соглашение с ним в этих вопросах. Для него теперь ясно, что СССР стоит на его пути к новым завоеваниям, но он не откажется от своих намерений. Поэтому надо ожидать еще большего обострения международной обстановки.
Факты свидетельствовали именно о таком развитии дела. Гитлер в это время уже наводил «новый порядок» на большей части западноевропейской территории, прибрав к своим рукам весь экономический и военный потенциал оккупированных стран. Отмобилизованная, прекрасно вооруженная германская армия, получившая опыт на полях сражений, находилась в боевой готовности, наводя страх на англичан, которые все еще продолжали засылать к Гитлеру самых разнообразных «посредников», не оставляя надежду отвести германскую угрозу от островов. Но Гитлер давал им понять, что условием его примирения является передел английских колоний и полный отказ Англии от влияния на европейские дела.
В такой обстановке германской пропаганде требовалось замазывать любые трещины в советско-германских отношениях, так как сведения о конфликте с Москвой могли ослабить позиции Гитлера в торге с Англией.
В германских газетах развернулась широкая популяризация «исторического значения» берлинских переговоров. Гитлеровцы как бы спешили извлечь из них для себя выгоды. Они заметно стремились использовать их для усиления давления на Англию. 17 ноября 1940 г. газета «Дас рейх» широковещательно писала:
«Переговоры в Берлине показали всему миру, что сферы интересов Германии, Италии, Японии и Советского Союза согласованы».
Под прикрытием общих фраз о «согласованности сфер интересов» началась германская психическая атака Балкан, грубый нажим на страны, еще не присоединившиеся к Германии. 20 ноября газета «Фёлькишер беобахтер» выступила с открытыми угрозами по адресу стран, «не понимающих и саботирующих создание нового порядка».
«Каждый народ, — писала газета, — должен при этом понять, что Германия и Италия не потерпят непонимания обстановки, не говоря уже о злонамеренном стремлении саботировать их созидательную работу. Кто сейчас рассматривает себя как скрытого пособника Англии, тот лишает себя права на участие в делах новой Европы». И далее:
«Советский Союз также является руководящей державой своего рода. Он принципиально подтверждает этот новый порядок и ожидает от него для себя выгод, как уже показало заключительное коммюнике по поводу недавнего визита».
Так, прикрываясь берлинскими переговорами, немцы стремились осуществить свои агрессивные цели, и в первую очередь включить в свой блок юго-восточные страны Европы. Берлин становится центром самой оживленной дипломатической деятельности. 21 ноября было официально объявлено о присоединении Венгрии и Румынии к «пакту трех держав». В канцелярии Гитлера мне в числе других иностранных журналистов довелось присутствовать на торжественном оформлении этого «пакта» с Румынией. Маленький щупленький маршал Антонеску в окружении Риббентропа, Чиано, японского посла Осима зачитал «декларацию румынского правительства» о его желании присоединиться к державам «оси». А 24 ноября в той же самой канцелярии Гитлера дряхлый, полуслепой Тука — премьер-министр Словакии — объявил о желании Словакии также стать партнером держав «оси».
После отъезда министра иностранных дел СССР из Берлина на протяжении всего нескольких недель здесь перебывали кроме отмеченных лиц Серрано Суньер, царь Борис, состоялись свидания Гитлера с Петэном, Лавалем, Франко.
Становилось ясно, что гитлеровское правительство, не теряя времени, начинает собирать вокруг себя все силы, готовясь к большой коалиционной войне. Оно торопилось с осуществлением этих планов, так как понимало, что каждый сделанный им агрессивный шаг будет осужден Москвой и что время работает не на немцев.
В Берлине в это время в самых различных кругах населения начали распространяться слухи о том, что Германия ведет подготовку войны против Советского Союза. Поводом к этому служили различные мероприятия гитлеровских властей у границ нашей страны.
Германские власти с большим шумом провели массовое переселение жителей немецкой национальности из Прибалтики, Западной Украины, Белоруссии, из Северной Буковины[31]. Вся эта кампания была организована в атмосфере антисоветской пропаганды. Газеты красочно описывали «бегство» населения из этих областей и ликование переселенцев по поводу их возвращения на родину. Публиковались снимки, рисующие торжественные встречи «беженцев» на немецкой земле, «героизм» населения, которое, несмотря на холода, стремилось добраться до Германии.
Внимание наше привлекала также обстановка в так называемом польском генерал-губернаторстве. Даже на основании сообщений прессы было видно, что немцы здесь начали открыто вести подготовку к войне. Генерал-губернатор Франк предпринял инспекционную поездку вдоль советских границ ниже Перемышля, о чем крикливо извещала германская пресса. Издаваемая немцами «Варшауер цайтунг» опубликовала в связи с этим антисоветскую статью, в которой ее корреспондент, сопровождавший Франка, описывал в мрачных красках положение «по ту сторону границы». В германской прессе появились сообщения о введении затемнения в восточных городах Германии, о запрещении поездок гражданского населения по железным дорогам в Восточную Пруссию без особых разрешений. В связи с этим широко распространились слухи о переброске германских войск с Балкан на восточные границы и о тайном посещении Гитлером Данцига. Каждую ночь через Берлин проходили поезда с воинскими эшелонами в направлении на Кенигсберг и Варшаву.
Многие факты свидетельствовали о том, что гитлеровцы стремятся укрепить также свои позиции на юго-востоке страны. Большая роль отводилась немцами хортистской Венгрии. Газета «Берлинер бёрзен цайтунг» опубликовала статью под заголовком «Германо-венгерское братство по оружию». В статье прямо подчеркивалось, что это «братство» создано в борьбе против России, против Советского Союза. Газета приводила следующие примеры этой борьбы: «В 1918 году германские и австро-венгерские войска из военно-политических и экономических соображений оккупировали Украину и Южную Россию и выдержали ряд совместно проведенных кровавых боев с большевиками». В заключение газета писала: «Венгрия и ее вооруженные силы, созданные заново с помощью держав оси, готовы, так же как и во время первой мировой войны, выступить с оружием в руках на стороне своих союзников».
Появление этой статьи в «Берлинер бёрзен цайтунг»— газете, финансируемой германскими промышленными кругами, в которой сотрудничали заправилы внешней германской политики, — не было случайным явлением. Когда я поинтересовался у сотрудника германского министерства иностранных дел, чем вызвана эта статья, то он беззастенчиво заявил, что, по его мнению, «она является ответом на поведение Советского Союза в болгарском и югославском вопросах».
В этот период заметно меняется тон немецких газет в отношении СССР. Введенную Геббельсом систему антисоветской «мундпропаганды» начинает заменять открытая пропаганда с прямыми выпадами против Советского Союза. В газете «Дойче альгемайне цайтунг» каждую субботу начали публиковаться подстрекательские передовые статьи главного редактора Карла Силекса[32]. Другие газеты не отставали в этом.
30
Из опубликованных ныне документов видно, что вскоре после отъезда советской делегации Гитлер поручил генеральному штабу разработку плана нападения на Советский Союз; 18 декабря 1940 г. он уже издал приказ № 21 под названием «План Барбаросса», в котором говорилось: «Германские вооруженные силы должны быть готовы к тому, чтобы до окончания войны с Англией нанести в быстром походе также поражение Советской России». В приказе указывалось на то, что подготовка к войне с СССР должна быть закончена к 15 мая 1941 г.
31
На территориях Западной Украины и Западной Белоруссии, а также в прибалтийских странах и Северной Буковине проживало некоторое количество населения немецкой национальности. В связи с воссоединением Западной Украины и Западной Белоруссии с Украинской и Белорусской Республиками и вхождением прибалтийских стран и Северной Буковины в состав Советского Союза немецкие власти поставили вопрос о переселении в Германию лиц немецкой национальности, проживавших на названных землях. Советское правительство дало согласие на добровольный выезд указанных лиц.
32
Карл Силекс является в настоящее время главным редактором газеты «Дер тагесшпигель» в Западном Берлине.