Лола осматривает сидящих за столом. И тут же, не дожидаясь ответа, рассказывает всем о картине Роама. Я пропускаю ее слова мимо ушей, когда живот сжимает еще сильнее. Убежденная, что мне просто нужно подышать воздухом, я прошу прощения, выхожу из-за стола и иду прямиком на улицу. Я только на тридцать шестой неделе, потому уверена, что это ложные схватки и не бью тревогу.
Присев на скамье для пикника, я делаю несколько глубоких вдохов. Боль слабеет, и я облегченно выдыхаю. Проходит минут пятнадцать, я поднимаюсь и делаю всего один шаг в сторону дома, как мой живот пронзает резкая боль. Я кричу и сгибаюсь, хватаясь за живот. Из-за сильной боли меня тошнит, и содержимое желудка оказывается на земле. Не успеваю я восстановить дыхание, как спазм повторяется. Затем еще один. И еще один.
— Лэйси?
Я слышу тяжелые шаги Роама по гравию — он спешит ко мне.
— Роам.
Когда он достигает меня, по моим щекам уже текут слезы. Он подхватывает меня на руки и несет в машину. Посадив меня на заднее сидение, он запрыгивает на водительское и выруливает с подъездной дорожки. Под нами скрипят шины, из-под которых вылетает гравий.
Только мы подъезжаем ко входу в больницу, как у меня отходят воды. Медсестры поспешно везут меня в родовую, и спустя сорок пять минут я становлюсь мамой темноволосого мальчика по имени Райдер. А еще через семь минут на свет появляется его брат-близнец Тайлер.
Роам
Два года спустя
Я тяну за воротник своей белой рубашки, расстегивая еще одну пуговицу. Поправляю брюки, шаркая на месте. Пот градом стекает по лбу мне в глаза. Я вытираю его и тяжело выдыхаю, напряженный от нервов. Краем глаза вижу Дженн, появившуюся в конце прохода к алтарю.
Ну все, этот момент настал.
Начинает играть музыка, и два идентичных сорванца в миниатюрных копиях моего наряда и с ирокезами на голове спешат за Дженн, изо всех сил стараясь не упасть в туфлях с небольшим каблучком.
— Папочка, мамочка похожа на принцессу, — хихикают они, оказавшись рядом. В их голубых глазах читается восхищение.
Я ерошу им волосы, и Дженн, взяв их за руки, отводит детей в сторону. Свитч сжимает мое плечо и машет головой. Повернувшись, я вижу свою принцессу. Ей накрутили ее темные волосы, надели маленькое белое платьице и белые сандалии на ноги. Она разбрасывает лепестки цветов, направляясь ко мне. На запястье у нее браслет, который ей подарила Лэйси от моего лица. На шее ожерелье, которое я дал ей сам. Я смотрю ей в глаза и вижу тот блеск, который, как говорит Лэйси, она унаследовала от меня. Наклонившись, я целую ее в лоб.
— Самая красивая принцесса из всех, кого я видел, — шепчу я ей.
За ней появляется Лэйси, и у меня перехватывает дыхание. Никогда не видел ее красивее. Она в длинном белом платье, обтягивающем грудь, но свободно спадающем с бедер.
По мере приближения ко мне ее лицо озаряет красивая улыбка. Не могу сдержаться и улыбаюсь ей в ответ. Никогда еще не был счастливее.
Между нами стоит священник и после того, как мы подтверждаем свою любовь друг к другу перед друзьями и семьей, он объявляет нас мужем и женой. Схватив Лэйси за бедра, я притягиваю ее к себе; мои руки опускаются на ее ягодицы, а наши губы сливаются в захватывающем дух поцелуе. Вокруг нас раздаются аплодисменты и радостные возгласы.
Лэйси
Припарковавшись, я выбираюсь из машины и иду к могиле матери с букетом цветов и шоколадным кексом в руках. Оказавшись на месте, опускаюсь на колени и провожу рукой по ее имени.
— С днем рождения, мама, — шепчу я. — Вероятно, ты это уже знаешь, но я встретила прекрасного мужчину и вышла за него замуж. Он немного резковат, но очень добрый и нежный внутри. Он называет меня «сладкой», — смеюсь я, — когда на самом деле сам может вызвать у девушки зубную боль.
По моим щекам начинаю течь слезы.
— Он подарил мне трех прекрасных детишек, мам. Жаль, ты не можешь увидеть их. Ты была ты потрясающей бабушкой.
Я целую пальцы и касаюсь ее имени.
— Ты ошибалась, мама. Иногда бегство не единственный вариант. Иногда правильно остаться и бороться.