– Нет, Финн. Не нужно,– заартачилась я.
– Я настаиваю. Просто давай представим, что оно было испорчено по моей вине. Мне нравится мысль, что оно сыграло роль в нашей истории.
– Правда, Финн. Теперь я могу себе его позволить.
– Знаю, но ведь я предлагаю. Как ты можешь отказаться?
Не стану отрицать, что отказать в такой просьбе практически невозможно. С тех пор, как я получила повышение, а Натан от своего отказался, я не хотела много тратить на себя. Несмотря на то, что сейчас мы находились в лучшем финансовом положении, чем когда–либо, всё равно это выглядело бы так, как будто я делаю на этом акцент.
– Я не могу просто взять и заявиться домой в новом пальто.
– А он разве заметит?
Этот вопрос резанул, как нож. Натан знаком с содержимым моего шкафа. Он заметит, если, конечно, удосужится взглянуть. Сердце неистово забилось в груди, кода пришло осознание, что мой брак с каждым днём всё дальше и дальше ускользает в бездну.
– Прости, я сказал не подумав.
– Всё нормально.
– Можешь хранить его у меня, – предложил он, – хотя бы какое–то время,– не дождавшись моего ответа, он взял меня за руку, мы перешли на другую сторону улицы. Мы проскользнули в открытую дверь жилого многоквартирного дома. Он сразу же притянул меня к себе, и поцеловал.
– Да, кстати, синий – мой любимый цвет.
Я безуспешно попыталась подавить улыбку.
– И что же синий цвет может рассказать о тебе?
Он внимательно изучал моё лицо – рот, нос, уши, подбородок – будто пытался запечатлеть в памяти каждую деталь, и наконец снова встретился со мной взглядом.
– Раньше у меня не было любимого цвета, пока однажды я не повстречал девушку с невероятно синими глазами, практически переходящими в фиолетовые, как небо за считанные секунды до восхода солнца. Эта девушка запала мне в душу. Каждый раз, когда я вижу букет ирисов или, например, павлина в зоопарке, я вспоминаю о ней, на ум приходит лишь мысль о том, что это мой самый любимый цвет на свете.
25
Амелия заплатила таксисту, он высадил нас на запруженном тротуаре перед входом в рынок Челси. Амелия разгладила одну единственную складку на её кричащем платье–халате от Дианы фон Фюрстенберг.
– Как я уже говорила,– продолжила она разговор, начавшийся ещё в машине,– мы ни в коем случае не должны разочаровать Мисти Барроуз.
– А разве мы кого–нибудь должны разочаровывать? – спросила я.
Она прищурила глаза.
– Осторожно. Ты мне нравишься, но помни о том, что я твой босс.
– О, – мой тон и жесты были театральными, пока я открывала дверь, ведущую на рынок. – Позвольте открыть для вас дверь, мисс Ван Экен.
Она самодовольно ухмыльнулась.
– Совсем другое дело, моя фаворитка.
Оказавшись внутри, я стянула перчатки и распихала их по карманам. Амелия развязала свой шарф. Я, не задумываясь, поправила её наэлектризовавшиеся волосы, которые прилипли к воротнику.
– Это пальто – замечательный выбор,– сказала Амелия, оценивая мой внешний вид. – Уверена, Мисти догадается, что это Барберри даже с закрытыми глазами.
Я расстегнула воротник пальто. Забавно, как легко в этом городе можно ощутить пронизывающий холод, а потом вдруг резкий прилив жара. Когда утром раздался звонок от Амелии, извещающий о том, что сегодня нам неожиданно удалось договориться о встрече в обеденный перерыв с востребованной интернет–предпринимательницей, я подождала пока Натан ушёл на работу и постучалась к Финну.
– В воскресенье ты меня замучила, – он, шутя, изобразил возмущение, он был таким сонным. Даже несмотря на то, что прошло уже два дня, моё тело всё ещё меня не слушалось. Он протянул мне моё новёхонькое тёмно–синее пальто и поцеловал.
– Прости, я ещё не почистил зубы.
Я вздохнула.
– Ты не поверишь, меня это совсем не волнует.
– Вот поэтому–то я и выбрала тебя для этой встречи, – сказала Амелия. – Я без понятия, где и когда ты его купила, раньше я его не видела, тебе всегда удаётся выуживать вещи из задницы, как раз в нужный момент.
– Уверяю тебя, я его не из задницы раздобыла, – мы пересекли ресторанный дворик в стиле складского помещения, укомплектованного буфетами, магазинами подарков и книжных лавок. – Где будет проходить наша встреча?
– В Friedman’s.
Этот старенький ресторанчик был очень маленьким, стеклянные витрины которого входили прямо на торговые ряды.
– Там же так тесно.
– Согласна, но она на этом настояла. Она очень любит Рубены[15] которые там готовят.
Я уверена, что Амелия уже много лет не ест хлеб, а вот я его ем регулярно.
– Удивительно, что я здесь раньше не побывала, – отметила я. – Я всегда выискиваю места, где продают сэндвичи.
– Я бы пригласила её в Cipriani, но по слухам она уходит от своей теперешней фирмы, из–за их излишнего консерватизма. Я решила играть по её правилам, – Амелия огляделась вокруг. Мы не стали садиться за общий стол, вместо этого выбрали отдельный столик у входа. – Давай–ка присядем, у нас есть около десяти минут, перед тем, как она появится.
Мы убрали со стола пустые коробки и использованные салфетки. Во время обеденного перерыва здесь было многолюдно и шумно. Амелия разложила на столе документы. Я уже собиралась присесть, когда получше присмотрелась к стойке и увидела Натана в очереди, чтобы сделать заказ. Он откинул голову назад и рассмеялся. Внезапно натолкнуться на собственного мужа было немного неожиданно, поэтому я не сразу заметила, что он был не один.
Я перевела взгляд на женщину рядом с ним и мгновенно её узнала, даже без её передника и бейджика из QuenchCoffee. Без сомнений эта изящная фигурка с длинными чёрными волосами принадлежала Жизель. Она так и светилась юностью.
Жар пронзил мою грудь, шею и уши. Шум толпы внезапно стал мучительно громким, а верхний свет вызвал жжение в глазах.
– Сэди? Что случилось? – спросила Амелия.
Я сильно сжала спинку своего стула. Натана трудно не заметить, он высокий, стройный брюнет. Но этот человек не мог им быть, он уже очень давно так не смеялся.
Сегодня утром я пыталась приготовить ему что–нибудь для перекуса в обеденный перерыв. Но его рассеянный ответ “нет, спасибо” ужалил, как пощёчина. Теперь всё стало на свои места. Зачем ему какая–то скучная ссобойка от жены, если он может поесть лучшие Рубены в городе в компании очаровательной и молоденькой Жизель.
А я ещё убеждала себя, что я параноик. Я выбрала отрицание очевидного, чтобы не столкнуться с суровой реальностью. Резко пришло осознание, я никогда до конца не верила, что он может мне изменить. Это совсем не в его характере, даже несмотря на то, что он в последнее время отдалился. Но доказательство обратного было прямо перед моими глазами. Продолжать всё и дальше игнорировать было невозможным.
– Извини, я на секунду, – сказала я Амелии, удаляясь.
– Я думала, мы подождём Мисти и потом сделаем заказ,– звон в моих ушах заглушал её слова. Мой взгляд впился в спину Натана. Его руки покоились в карманах.
– Что ты здесь делаешь? – я была уже рядом с ним.
Натан на секунду замер, затем обернулся. Улыбка озарила его лицо, но исчезла так же внезапно.
– Сэди.
Жизель тоже обернулась.
– Сэди, привет. Я не знала, что ты тоже придёшь.
– Я задала тебе вопрос, что ты здесь делаешь? – я буравила взглядом Натана.
Его губы сжались в тонкую линию, жестом он указал на кассу.
– Покупаю обед. А ты что здесь делаешь?
– Встречаюсь с клиентом,– я ждала, только неизвестно чего: неуклюжего извинения, признания, вспышки эмоций. Всё это было новым для меня, но я знала одно, Натан чёртов лгун. Сколько нужно времени, чтобы он признался? – Ты чисто случайно проделал такой долгий путь от работы сюда? – мой тон был обвинительным.
– Это место не так уж и далеко. Я всё время здесь обедаю.
15
Рубены – жареные бутерброды с мясом и сыром