Дождавшись приезда врачей и отдав Бредли в их надёжные руки, мы отправились домой. Теодор Грей вёл автомобиль плавно и быстро, миссис Грей сидела на пассажирском сидении рядом с ним, а я сзади, пытаясь изо всех сил расслабиться. Откинув голову назад, я смотрела на пейзаж за приоткрытым окном, ловя свежие потоки ветра. Ночной город бежал вслед за движением автомобиля, обгоняя нас и заставляя мыслями уноситься куда-то далеко. Но что-то внутри плотно держало меня здесь… Страх за эту семью, которой я безумно благодарна, которую я уже полюбила, как свою. А ведь у меня таковой семьи никогда, толком, не было. А будет ли с той профессией, которую я выбрала себе в приоритет?..
— Лили, всё хорошо, — сказала миссис Грей, обернувшись ко мне и ободряюще улыбаясь, — Если ты не против, мы не будем об этом рассказывать мальчикам и пугать девочек. Эти же двое… любители приключений. Да и Мэл мстить вернётся из Нью-Йорка, — засмеялась Айрин.
— Интересно, в кого они такие, мистер Грей? — широко улыбнулась я, обратившись к загадочно улыбающемуся Теодору. Айрин подмигнула мне, так же сияя от улыбки.
— Определённо, в меня, — кивнул он, — Что поделать, если Греи не терпят соперников?
— Это точно, — шепнула я, пытаясь скрыть улыбку.
— Лили, тебе нравится Дориан? Или Марсель? — спросила миссис Грей. Я накрыла ладонями щёки, пытаясь сдержать улыбку.
— Они оба хорошие мальчики, но я…
— Марсель, — говорит Теодор.
— Да нет, Дориан, — тянет Айрин, будто меня и вовсе нет.
— Да шучу я, конечно Дориан, — улыбается он.
— А может, я отвечу? — вспыхнула я.
— Ответь.
— О, боже, — рассмеялась я.
Айрин и Теодор хохотали вместе со мной. Неужели, на мне написано: «мне нравится Дориан»?! Ох, господи. Вот я влипла, причём конкретно и по самые уши. Закрыв глаза, я пыталась выкинуть из головы недавно случившийся неловкий разговор, но не тут-то было. Машина остановилась у элитного квартала, наполненного огромными высотками. Это далеко не район у залива, где располагаются не менее богатые «домики», среди которых и стоит дом Греев.
— Где мы? — спросила я, оглядевшись.
— Высотка Б-12, код квартиры 53923, — сказал Теодор, обернувшись ко мне. Миссис Грей смотрела на меня, улыбаясь.
— Зачем мне?
— В Б-12 живёт Дориан. Если этот упрямец слишком занят, можно попытаться его отвлечь, — подмигнула Айрин.
— Я… вы же пойдёте тоже?
— Зачем мы там нужны?
— Миссис Грей, я… я не хочу навязываться и мешать ему. У него могут быть… другие гости, — я впилась ногтями в ладони, сжимая кулаки. — Да и вообще, мы… кажется, завтра должны увидеться по поводу другой квартиры, на аренду.
— Какую аренду? — нахмурился Теодор.
— Дориан пока не назначил.
— Я ему назначу, мать его…
— Его мать не надо, — выпалила я, посмотрев на Айрин, заставила их двоих рассмеяться. — Просто… это я настаиваю на аренде. И настою.
— Нет. Иначе останешься жить у нас.
— На это я тоже не могу пойти, — закачала головой я, — Нет.
— Так, ты идёшь к Дориану или поедем? — спросил Теодор.
Я снова посмотрела в окно и пристально изучила глазами высотки, с сияющими разноцветными окнами, такими длинными и стремящимися вверх, словно подпирающими небесный свод. Потерев рукой ключицу от высушивающего лёгкие волнения, я представила всё, абсолютно всё: как вбегаю в высотку, поднимаюсь на лифте вверх, бросаюсь ему на шею и целую, до самозабвения. Просто потому, что скучала эти пять дней. Потому, что снова хочу ничего не бояться, — я чувствую это только тогда, когда рядом с ним. Но у него… может быть Джессика. Или кто-нибудь ещё. Да кто угодно тут может быть!..
— Поедем, — шепнула я, посмотрев на мистера и миссис Грей, — Я не очень хорошо себя чувствую.
Айрин перевела взгляд на Теодора и кивнула ему. Он плавно выехал с паркинга у многоэтажек и отправился в сторону шумящего волнами залива. Через полчаса мы подъехали к дому. Дэйзи ждала нас: встречала прямо в холле. Запрыгнув на своего папу как маленькая девочка, она звонко поцеловала его в щёку и сказала, что научилась печь его любимый лаймовый пирог. Он посветлел изнутри. Было видно, что эта дочь им очень любима. Внешне они были похожи, как две капли воды, — женская версия Теодора, в этом я с Айрин была согласна. С Софиной Теодор был нежен, но особенно, по-отцовски строг. По всей видимости, у девушки был «домашний арест», ибо за исключением института она дом не посещала. Ужинать она не спускалась, со мной разговаривала высокомерно, с родными — если уж совсем приспичит, что называется. Зачастую её можно было увидеть либо в гостиной на окне, погружённую в зубрёжку, или в iPhone, либо в её комнате, если достучаться, — лежащую пластом, или в роющуюся в ноутбуке. Однако по утрам, когда она шла в институт, ею можно было только любоваться — она одевалась, как английская принцесса, всегда элегантно и роскошно.
За ужином сегодня собрались все, даже Софи соизволила спуститься. Марсель подтрунивал над ней, шутил, она шикала и посылала его одним только взглядом. Дэйзи болтала со своим папой без умолку, за эти дни, в сравнении наших отношений, с моими «отношениями» с Софи, которая, по-видимому, невзлюбила меня изначально, мы стали заядлыми подружками.
— Лили, ты очень много тренируешься, — переведя внимание с отца на меня, сказала Дэйзи, — Я знаю, насколько ты дотошная. Ты можешь перенапрячь мышцы, как тогда будешь сдавать экзамены?
— Мои мышцы и не такое терпели, Дэйзи, не волнуйся, — улыбнулась ей я, делая глоток сока.
— Неужели, и не такое? — пошло улыбнулся Марсель.
— Представь себе, — поиграла я бровями.
— Дориан звонил, — сказал он, заставив встать фруктовый салат у меня поперёк горла, — Сказал, что переезд на квартиру Лили отменяется до следующих выходных. Он переделывает балкон-веранду.
— Он так морочится с этим, что мне неловко, — я с трудом сглотнула, — Думаю, я принесла ему слишком много хлопот.
— Ты только это поняла? — сказала Софи, заставив меня стиснуть челюсти и плотнее сжать вилку.
— Пошла вон, — спокойно проговорил Теодор, глядя ей в глаза.
— Что? — прошипела она, хмурясь, будто не понимая.
— Лучше я пойду, — замявшись, произношу я, встав.
— Сядь, — холодно говорит Теодор, а Марсель тянет меня за руку назад, усаживая на стул рядом с собой.
— А ты пошла. Немедленно.
Софи, громко звякнув вилкой о тарелку, бахает стулом и влетает по ступенькам наверх. Здесь, на первом этаже слышно, с каким шумом наверху хлопает дверь. Я вздрогнула, сглотнув. Потирая ключицу, я молча смотрела в тарелку, пытаясь найти слова, которые были бы уместны. Но в голову ничего не шло.
— Лили, даже в толк не бери, — говорит Теодор, заглянув мне в глаза, — Софина сейчас находится в состоянии разлуки с любимым, так как этот любимый тот ещё гад. Я не запрещаю ей любить, я запрещаю ей служить… подстилкой этому Микеле Арбалю. Ты, после случившегося, практически член нашей семьи…
— А что случилось? — округлил глаза Марсель.
— Не важно, не перебивай, — махнул рукой Теодор, продолжая, — Как член семьи, ты имеешь право знать, что Софи любит человека не самой благоприятной профессии. Но если он ради «святого чувства» к ней, откажется от своих «тёмных дел» и предложит руку и сердце, я воспрепятствовать не буду, обещал. Однако в глубине души я надеюсь, что она встретит кого-нибудь более… подходящего ей по статусу.
— Может быть, она и впрямь в расстроенных чувствах, но… Я боюсь, что действительно злоупотребляю вашим гостеприимством. Вы очень добры ко мне, каждый из вас, это очень… Очень мило с вашей стороны, больше, чем мило, но я не могу так жить, спокойно, не думая о том, что нахожусь на правах иждивенца в вашем доме…
— Лили, закрой уже ротик на эту тему, — вскипев, перебивает меня Марсель, — Ты здесь никому не мешаешь. Ты работаешь. Трудишься круглыми сутками. Всем ясно, что ты здесь надолго не собираешься задерживаться, но, пожалуйста, хватит напоминать об этом, потому что это никого не радует, а наоборот, — он осёкся, когда я с признательностью посмотрела в его красивые серые глаза. Сглотнув, он произнёс: