Он отпрянул на шаг.
– Все в порядке, мне просто хватило на сегодня. Может, нам всем уже стоит возвращаться, фейерверк можно посмотреть и отсюда. Я устал, – сказал он и пошел прочь.
Я стояла, опустив руки и повесив голову, смотрела, как он прошел мимо костра и пропал в ночи. Я последовала в нескольких шагах позади него.
– Грант предложил вернуться на борт, – сказала я Квинну, когда подошла к нему.
– Зачем?
– Ему нехорошо, – сказала я.
– Что?
– Ты сказал, что он будет в порядке, но это не так. Я его расстроила, и теперь он хочет уплыть.
Квинн вздохнул и свободно обвил мои плечи рукой.
– Прости, Джесс. Что бы ты ни сказала, он знает, что ты не хотела навредить. Может, сейчас он не в порядке, но будет, – убедил он меня и убрал руку.
– Мы вовремя! – Софи вскочила на ноги, пища.
– Что такое? – спросила я.
Она указала на воду.
– Фонари!
Я подняла голову и увидела за кругом людей у костра толпу детей, бегущих по пляжу с бумажными фонариками, что напоминали бумажные шарики. Они зажигали их один за другим, наполняли горячим воздухом и отпускали к луне. Тысячи фонариков полетели по воздуху, пронзая темное небо потусторонним сиянием, словно кто–то развесил среди звезд гирлянды огней. Я потрясенно покачала головой и заметила, что Грант смотрит на сияние в стороне.
После светового шоу мы слушали, как кто–то играет на гитаре десять минут, а потом толпа на пляже ждала фейерверк. Грант прошел к Квинну и что–то сказал, а потом Квинн махнул нам.
Мы вернулись на борт, Грант ушел к себе и не возвращался. Повисла неуютная тишина, мы с Софи и Нираном переглядывались, но, к счастью, Квинн спас вечер хлопушками и шляпами. Я могла лишь извиниться перед Грантом и оставить его в покое, так что мы праздновали Новый год на корме. В полночь начались фейерверки и не прекращались.
В полвторого ночи Квинн в трусах и шляпе храпел на кровати. Софи укуталась в одеяло на диване в каюте, Ниран уснул на шезлонге, как пьяный загорающий, а я сжалась, почти уснув, под кардиганом в кубрике. Я подняла голову и села, услышав шаги и увидев Гранта, поднимающегося сюда.
– Привет, – прошептала я и посмотрела на часы одним глазом. – Мы скучали, – я притянула колени к груди.
– Замерзла? – спросил он.
– Я в порядке. Прохладно. Но не как на Новый год дома, так что я не жалуюсь.
Он сел напротив меня, был в шортах и рубашке, отклонился на подушку и вытянул ноги перед собой, скрестив их в лодыжках.
– Садись рядом, – сказал он и прижал ладонь к месту рядом с собой.
Я взглянула на его руку, а потом ему в глаза, после чего подошла и села. Он вытащил из шкафчика полотенце и укутал мои плечи, притянул меня к себе.
– Лучше? – спросил он.
Я кивнула, глядя на свои босые ноги, сердце колотилось. Он обнимал меня, моя щека прижалась к его груди. Да, мое тело согревалось, но не из–за полотенца. Я хотела что–то сказать о том, что случилось раньше, но, может, он хотел все оставить в прошлом. От тишины я дрожала.
Его ладонь и пальцы медленно гладили мою правую руку над локтем, когда он замирал, мое сердце пропускало удар. Я сглотнула комок в горле и попыталась набраться сил, чтобы поднять голову и посмотреть ему в глаза. Я хотела знать, что между нами все было хорошо, не было проблем. Его глаза дали бы ответы. Его глаза всегда говорили больше, чем губы.
Я подвинулась к нему ближе, сжавшись в его объятиях. Он крепче сжал меня, его ладонь спустилась, прогоняя холод. Я закрыла глаза, досчитала до десяти, открыла их и подняла голову. Он тут же посмотрел на меня, перестал гладить и сжал, кончики его пальцев впились в мою руку. Я застыла. Он смотрел мне в глаза, а потом отвел взгляд и ослабил хватку.
Я дышала быстрее, прижала ладонь к его щеке, провела большим пальцем по его щетине и повернула его лицо к себе. Он подвинулся, пальцы запустил в мои волосы, прижал их у моей шеи. Я вдохнула, он склонился и прижался губами к моим губам. Сначала с силой, а потом нежно, исследуя, он разделил мои губы языком. Я отклонила голову, тело рухнуло в его руки, его ладони потянули меня за волосы и футболку.
– Уверен, что хочешь это? – прошептала я.
– Да, – сказал он без колебаний.
Он поднимал мои ноги на скамейку под весом своего тела, но тут мы услышали кашель.
Мы повернули головы, Ниран собирался пройти мимо нас в ванную. Грант сел и улыбнулся, а я старалась пригрозить Нирану большими глазами, а он захихикал и прошел мимо. Он задел меня рукой, не тревожась, и случайно разбудил Софи, спускаясь.
– Напомни его потом стукнуть, – сказала я, недовольно хмурясь.
Грант поправил полотенце на моих плечах и улыбнулся.
– Это был не последний наш поцелуй.
Я не двигалась, вспоминая последние двадцать минут. Я коснулась его ладони, Софи позвала меня снизу. Я встала, пожелала спокойной ночи и пошла к ней.
Было почти шесть утра, когда закончились фейерверки, и встало солнце.
Глава 18
Утро 22 января 2011, мои сумки были собраны, и я была готова отправляться.
Я не была уверена, как часто смогу общаться, так что отправила заранее письмо Кэролайн по электронной почте.
Эй,
Сегодня я отправляюсь в экскурсию/приключение/круиз. Хотела связаться, чтобы ты знала, что я буду на борту «Представь» несколько недель, возможно, смогу писать на почту. Знаю, о чем ты думаешь, так что вот мои ответы:
Да, я буду осторожна.
Да, я буду писать, когда смогу.
Да, я в восторге.
Да, я отлично проведу время, спасибо.
Я тоже тебя люблю.
Джесс
Я попрощалась с Найтами и сказала им ожидать меня к концу февраля. Софи одолжила машину Нирана и подвезла меня к пристани, где Грант и Квинн уже готовили корабль к отплытию.
– Веселись и береги себя, – сказала она, обняв меня на пристани. – Я буду скучать, так что скорее возвращайся, ладно?
– Хорошо, – мы снова обнялись. – Я постараюсь писать тебе и сестре, когда смогу.
– Хорошо, позаботься о тебе, – сказала она, ладони легли мне на плечи. – Я буду держать за тебя кулачки.
Она подмигнула и похлопала меня по спине, а я послала ей поцелуй на прощание.
Я закинула сумку на плечо, схватила рюкзак и пошла к кораблю. Волна радости охватила меня, когда Квинн спрыгнул на пристань и схватил мои сумки.
– Все на борт! – крикнул он.
Я поднялась и поприветствовала их объятиями, подержала Гранта на пару секунд дольше, чем Квинна.
– Готова? – спросил Грант.
Я кивнула, улыбаясь от уха до уха.
На борту я распаковалась в комнатке, поставила Будду–путешественника на полку в каюте. На борту работала стиральная машинка и сушилка, мне сказали брать как можно меньше вещей. Пара купальников, пара шортов, несколько футболок, нижнее белье, пижама, и туалетные принадлежности. Я была все время загорелой, так что взяла из косметики только блеск для губ и тушь. Мы с Квинном делили ванную, у него были только зубная щетка, мыло и бритва.
После этого я нашла ребят в кубрике. Грант заводил мотор, Квинн занялся маршрутом.
– И, – начала я, – какой план?
Грант посмотрел на меня с тенью улыбки.
– Мы решили плыть в Лангкави, Малайзия, а потом в Индийский океан. День пути, но это сэкономит около тысячи долларов. Цены на еду, пиво, вино и топливо в Малайзии хорошо, такие мы не увидим на Среднем Востоке и дальше.
– Я могу чем–нибудь помочь?
– Может, бутерброд? – вмешался Квинн.
– Отстань, Квинн, – сказал Грант.
Я улыбнулась Квинну. Ему нужна была женская рука, и я была рада послушаться. Я погрозила Гранту за то, что он ругал его.
– Квинн, я буду рада сделать тебе бутерброд.
– Я попросил, потому что у тебя получится вкуснее, – крикнул он вслед.