— Вы сделали это! — ликующий голос отца, прозвучал для юноши болезненным колокольным звоном, он пошатнулся и если бы не стоящие рядом соратники упал бы на пол, — Что с тобой, сынок?
— Всё нормально, просто минутная слабость, — хрипло ответил Таур.
Только сейчас он обратил внимание на множество вооруженных людей, расположившихся вдоль стен и с удивлением и некоторой долей настороженности смотрящих на них. Эдер не стал терять время даром, резкая команда и быстро построившаяся колонна огромной, ощетинившейся сталью змеёй начала вползать в тоннель. Путь по подземному ходу занял около часа, отдохнув некоторое время в арьергарде, друзья переместились во главу отряда. Очутившись около очередной преграды, маг применил уже испытанный способ и вновь, казавшаяся несокрушимой стена не устояла перед столь необычным для нынешних времен союзом. Первая часть задачи была выполнена, никем не замеченные они проникли в резиденцию Первосвященника.
Глава 24
Будь их троица в одиночестве, они вряд ли смогли бы разобраться в этой мешанине галерей, лестниц и переходов. Отец Таура же уверенно вел подчиненных так, что за весь первый этаж они так никого и не встретили. Впрочем, это объяснялось не только прекрасным знанием дворца, поднявшись на второй уровень дворца, Эдер, позвав с собой Таура, Лику и Свирка подошел к ближайшему окну.
Бой за ворота был в самом разгаре. Решетки, преграждавшие путь на внутреннюю территорию, валялись на земле под ногами нападавших. Несмотря на ярость городской стражи, упорно старавшейся сломить сопротивление личной гвардии Первого Пастуха, было очевидно, что их порыв иссякает. В стройные ряды оборонявшихся постоянно тёк узкий поток подкреплений, а тёмные точки мертвых тел в беспорядке разбросанные перед ними свидетельствовали о больших потерях со стороны заговорщиков.
— Две, максимум три атаки и Рэмси будет отводить своих, — моментально оценил обстановку руководитель восставших, — Нам надо поспешить!
Удача, так долго шедшая с ними рука обо руку, отвернулась уже в через несколько поворотов коридора. Десяток орденцев нес караул в нескольких шагах от следующей двери. Они среагировали моментально, перегородив дорогу заговорщикам. Боя как такового не получилось, тихо тренькнули тетивы армейских арбалетов, способных прошить воина со щитом и в тяжелых доспехах с расстояния в сорок шагов и первый ряд был буквально сметен тяжелыми болтами. Второй ряд продержался немногим больше, чуть дольше тридцати ударов сердца, молнии Таура и подавляющее превосходство в численности не оставляли хлипкому заслону никаких надежд, но эти полминуты позволили командующему патрулем высокому Ревнителю ударить в висящий на стене гонг и подать сигнал тревоги.
До Приёмного Покоя, за которым и находилась обитель Главы Церкви оставалось совсем чуть-чуть и больше не заботясь о скрытности и осторожности отряд мятежников рванул вперед. Разрозненные очаги сопротивления, создаваемые выскакивавшими из соседствующих помещений Братьями, давились безо всякой жалости, выбрасываемыми из монолитного тела отряда группами, и не задерживали продвижение основных сил.
Не прошло и десяти минут, как бешеный бег прервался в богато изукрашенном, по размеру сходным с залом перехода помещении. Их уже ждали. Личные, особо доверенные телохранители Первого Пастуха, выстроили непрошибаемую на вид стену из щитов и хоть численность их заметно уступала нападавшим сразу становилось ясно, что предстоящая схватка не будет напоминать лёгкую прогулку.
— Уничтожить еретиков! — прозвучала громкая команда из-за спин обороняющихся, и стальной барьер качнулся вперед — Подмога уже близко!
— Бешеная крыса не стала прятаться в своей норе! Значит Преподобный здесь! — услышал Таур лихорадочный шепот отца.
Эдер выступил вперёд и громко прокричал:
— Эй, Велерий, хватит прятаться за чужими спинами! Довольно крови! Давай договоримся!
Железная стена сдвинулась, и из-за неё вышел огромный человек. Весь закованный в тяжелые доспехи, с полуторным обнаженным мечом в правой руке и небольшим цельнометаллическим щитом в левой, он выглядел настоящим гигантом в окружении карликов. Молодой волшебник пораженно застыл, в его воображении высший чин церкви должен был быть дряхлым, выжившим из ума стариком. Действительность полностью опровергла его ожидания. Подавляющая своими размерами фигура сделала несколько шагов и откинула забрала глухого шлема. На вид Велерию было лет сорок пять, также, как и вождю восставших, движения выдавали в нём опытного бойца, выходившего победителем из многих схваток. Серые, холодные как лёд глаза внимательно осмотрели противников.
— Эдер, а я гадал откуда гниль среди нас! Не надейся на лёгкую смерть, когда тебя выведут для казни ты будешь благодарить Сотворившего, за то, что жизнь твоя подошла к концу!
— Ты всегда любил красивые слова и мучения других, Велерий, — спокойно ответил отец Таура, — Нас намного больше и даже твои хваленые Барсы[54] не смогут продержаться слишком долго! Я предлагаю тебе поединок. Пусть меч решит, кто из нас прав!
— Поединок с тобой, что ж это может позабавить меня! Но когда я тебя убью, твои приспешники должны сложить оружие и смиренно дождаться праведного суда!
— Я отдам этот приказ, но и твои воины должны сделать то же самое!
Великан гулко расхохотался.
— Ты глуп, если не понимаешь, что у тебя нет ни единого шанса! Хорошо, Барсы, если этот выкормыш Проклятых сможет меня одолеть, не оказывайте сопротивления!
Молодой маг не верил своим ушам, происходящее напоминало ему дурную пьеску, из разряда тех, что раз в несколько месяцев играли в Рыбном труппы бродячих актеров. Финал был, на его взгляд, таким же предсказуемым, как и там. Эдер, в своей легкой кольчуге, вооруженный только клинком длинной чуть больше человеческой руки и коротким кинжалом, вряд ли мог что-либо противопоставить закованному в латы Первосвященнику. Он уже хотел вмешаться, попытаться отговорить от безумного поступка, но, встретившись глазами с отцом, остановился. Уверенность, решимость идти до конца всё было в этом взгляде, всё кроме страха поражения. Поединщики начали медленно двигаться навстречу друг с другом.
— Два лучших меча Эйдола! — услышал Таур совсем молодой возбужденный голос за своей спиной, но не стал оборачиваться, всё его внимание было приковано к маленькой, на фоне противника, фигуре человека, ставшего ему таким близким за эти три дня.
Бой начался с молниеносного выпада Велерия. Эдер даже не стал блокировать намного более тяжелый, чем его собственный, меч. Начав двигаться одновременно с врагом, он, пригнувшись просто шагнул в сторону. Сразу же последовал еще один мощный удар, на этот раз пойманный косо подставленным лезвием. Попытка провести контратаку увязла в подставленном щите. После первого размена, возникла небольшая пауза, Противники медленно кружились друг напротив друга, словно в старинном танце, выискивая слабые места. И вновь первым не выдержал Велерий. Серия ударов, каждый из которых мог стать для его оппонента последним, была проведена на высочайшей скорости, но его соперник оказался еще быстрее. Клинки сталкивались издавая металлический лязг, но так и не могли добраться до вожделенной плоти. Новая сшибка, в которой первый раз за поединок атаковал Эдер. В середине сложнейшей комбинации ему удалось пробить защиту, но удар, пришедшийся вскользь не смог пробить сталь доспехов. Разведка закончилась и теперь бойцы сражались в полную силу, не давая друг другу ни единой секунды на отдых. На время воцарилось шаткое равновесие, всем было ясно, что одна ошибка может решить всё и её чуть не допустил отец Таура. Ему не хватило каких долей секунды, чтобы уйти от опасной контратаки, клинок Первосвященника взрезал прочную кольчугу, словно лист бумаги и коснулся бока. Эдер отскочил разрывая дистанцию, а гигант победно вскинул меч.
— Ты лучше махаешь своей железкой, чем я ожидал! Но теперь ты труп! — торжествующе взревел он.
54
Барсы — элитные телохранители Первосвященника Протектората. Лучшие воины Эйдола.