"Французский!" - подумала она и даже на секунду прикрыла глаза, чтобы лучше это вообразить. Правда, в реальной жизни ее опыт в подобных делах еще отсутствовал, но богатое воображение и бушующие в крови гормоны сделали свое дело.
"Ну же, не тормози!" - мысленно подогнала она Славика.
Но новороссец оказался парнем стеснительным и чересчур сильно боялся ее обидеть. А Элен все время напоказ его останавливала. Почти напоказ. Ее католическое воспитание изо всех сил боролось с желанием близости, и последняя побеждала. Так что на самом деле девушка очень и очень хотела, чтобы Славик был смелее и активнее.
Две иконки - рука и грудь.
Первым порывом Элен было, как обычно нажать "Нет", но она слишком этого хотела.
"Да!"
И тут, разрушая головокружительную атмосферу виртуального секса, прозвенели колокольчики вызова.
Элен быстро отменила интимные действия.
Девушка и парень на экране отодвинулись друг от дружки и теперь имели вид приятелей, смотрящих на прекрасный закат.
Справа появился овал волшебного зеркала, на котором проявились две фигуры. Высокая блондинка и широкоплечий гном.
Почему Кэйлаш всегда выбирает блондинок - понять не трудно, но что за мания у Тимура всегда играть гномами или дворфами?!
Вот они со Славиком создали персонажей максимально похожих на себя реальных. Элен даже настояла, чтобы ее парень, так же как она, оцифровал собственную фотографию! Она хотела видеть, как целуются их копии, а не непонятно кто!
- Элен, Славик, идемте на ивент! - весело предложила индианка. - Сегодня день потерявшегося дракончика! Надо его найти, спасти и ухаживать, тогда он вырастет и будет нашим общим петом! Правда, классно?
- Классно, - не могла не согласиться Элен. Хотя на самом деле больше всего сейчас желала, чтобы эта сладкая парочка отстала от нее и Славика и дала еще помиловаться. Может быть, сегодня они бы дошли...
От этих мыслей Элен вспыхнула, и у нее задрожали руки.
Игра "Любовь и Смерть" оправдывала свое название. Особенно его первую часть. Элен подозревала, что Кэйлаш специально выбрала именно ее. Эта фентезийная МОО РПГ была с рейтингом 16+ и очень хорошим симулятором отношений, который позволял даже... Причем в Индии, России и Франции игра шла без цензуры. Элен, когда думала, до чего у них со Славиком может дойти, густо краснела и прятала лицо в ближайшей подушке или хотя бы ладонях.
"Интересно, а Кэйлаш с Тимуром уже?.."
- Ну, так что, идем?
- Ну, можно, - с некоторым сомнением проговорил Славик. Его персонаж, реагируя на эмоцию, распознанную в голосе, почесал себе затылок, что вызвало улыбку у его спутницы. - У меня до отбоя еще два часа.
- Вот и замечательно! - отозвался Тимур. - Мы с Кэйлаш совы, а у Элен еще ранний вечер. Самое то, чтобы пройтись пати.
Элен вздохнула. А она так рассчитывала на эти два часа. Заперлась в своей комнате в башне замка и попросила не звать на ужин. А теперь придется ждать до следующих выходных, когда у Славика будет свободный вечер.
Ну почему время такая редкая ценность и его не хватает на самое интересное или приятное?
Она заставила свою эльфийку подняться и достала из сумки камень перемещений.
- Идемте!
Глава 4. Годовщина.
07.07.2037.
ПГТ Раздольное, Республика Крым, РСФСР.
Я отказалась участвовать в мероприятиях посвященных двадцатилетию Войны. В каких-либо. Журналюги наверняка прекрасно знают, как война проехалась по мне, что произошло со мной в этот день двадцать лет назад. И у меня не было ни малейшего желания отвечать на их вопросы, что-то рассказывать, вообще вспоминать тот жуткий день, что я провела заложницей у диверсантов.
До сих пор передергивает от воспоминаний.
К тому же у меня есть и еще одно личное горе, связанное с той войной.
Мы взяли такси и по широким автострадам за полтора часа добрались до Войкова, а там, свернув на тоже приличное шоссе, еще минут сорок ехали до Раздольного.
На автостраде машин было не очень много. А вот автобусы с отдыхающими попадались навстречу часто. Так уж повелось, что у нас в Крыму большинство курортников составляют новороссцы. Особенно дети. Такое ощущение, что летом все маленькие жителей республик перебираются к нам. Это и понятно - пионерские и комсомольские путевки бесплатные, доставку правительства тоже берут на себя.
Ехать по солнечному утру было бы даже приятно. Но водитель попался чересчур разговорчивый. Плотненький татарин с седыми висками всю дорогу пытался нас разговорить. Я отвечала односложно, а, когда устала увиливать от вопросов о цели поездки и сказала, что проведываем могилу брата, Рафик вздохнул:
- Да, было тогда дело...
И принялся рассказывать, как его, недавно отслужившего срочную еще в украинской армии, призвали тогда в российскую. Но повоевать не получилось, чему он рад.
- Промариновали полгода в тыловых частях и отправили домой. А у вас вот значит как...
И продолжил бесконечный шоферский монолог обо всем и ни о чем.
А я вполуха слушала его, иногда вставляя междометия, и радовалась, что не приходится изворачиваться и придумывать на ходу, кто я такая.
Мама почти всю дорогу продремала рядышком со мной, положив мне голову на плечо. А я вдруг отчетливо поняла, что она ведь у меня уже довольно пожилая. Шестьдесят один год все-таки. Недавно на пенсию пошла, хотя все еще продолжает работать бухгалтером в двух маленьких фирмочках. Я пыталась ее убедить, что при моих доходах это совершенно излишне, пока до меня не дошло, что ковыряться с цифрами в бухгалтерских программах просто доставляет ей удовольствие, сродни разгадыванию кроссвордов.
Хоть бы у нее все было хорошо со здоровьем! Как у дедушки с бабушкой. Те, не смотря на очень основательный возраст, были еще бодрячками. Но все равно страшновато за них. И ужасно хочется быть рядом, а не наезжать пару раз в год.
А между тем на горизонте бескрайней степи появилась зеленая полоска родного поселка.
Он как-то очень быстро приблизился. И вот уже справа - семь пятиэтажек, выстроенных замысловатой фигурой. Мы с друзьями по двору все спорили: буква "Р", искаженная "Е" или вообще кабина грузовика.
Хрущевки были свежеокрашенные, яркие, как моложавые бабуси, пытающиеся макияжем и модной одеждой скрыть почтенный возраст.
Вообще, Раздольное почти не изменилось, как будто бурные двадцать лет, так сильно преобразившие страну, пролетели мимо.
Может это и хорошо.
Мы заехали на рынок и купили там несколько букетов цветов, а потом отправились на кладбище.
Рафаила отпустили до вечера. Мы арендовали электромобиль на весь день, так что водителю придется провести его в скучном поселке. Ничего, я не сомневаюсь, что он найдет, чем заняться.
А мы с мамой накинули на головы припасенные платки и зашли в небольшую церковь при кладбище. Вообще-то мама у меня тоже не верующая, а о себе - атеистке, я молчу. Но тут особое дело. Как с благословением перед полетом в космос. Традиция и мысли на задворках сознания: "На всякий случай. А то вдруг я ошибаюсь, и Бог есть?"
Так что мы поставили свечки и записали имена на поминальную молитву.
И вышли на яркое солнечное утро.
Могилу Андрея мы нашли сразу. Она была на удивление ухоженной, на недавно покрашенном памятнике стальная табличка и эмалированный значок в виде георгиевской ленточки. Понятно. Наверняка местным пионерам-комсомольцам дали задание следить за могилами погибших на Войне. Их на кладбище не мало. До передовой, где варился "Перекопский котел" рукой подать, и в поселковой больнице да развернутых лазаретах много молодых ребят умерло.
Мы положили цветы, покрошили печенюшки и встали с мамой плечом к плечу. Она тихо плакала, а у меня, хоть я и чувствовала комок в горле, но глаза оставались сухими.
Я уже очень плохо помню брата. Его лицо ускользает, и, если не смотреть на фотографию, черты вспомнить трудно. А голос я вообще не могу припомнить.