Я внимательно его оглядела.
- Что? Не веришь?
- Не-а! - ответила я. - Не вижу шрамов от когтей и следов укусов.
Парень громко захохотал.
- О чем это вы тут беседуете?- подозрительно спросила Хана. Она с Терро возвращалась от стойки, неся в каждой руке по бокалу с коктейлем. Протянула один мне. - Вот держи!
Я взяла и машинально отпила. И чуть не поперхнулась, с возмущением воскликнув:
- Хана! Ты же знаешь, что я спиртное не пью!
- Сегодня можно! Даже нужно! - приказным тоном заявила Хана. - Джамес скажи!
- Да! Очень даже нужно! Это я тебе, как врач говорю. И "Южное солнце" - легкий совсем!
- Ну, если и ты тоже... - замялась я, еще раз попробовав коктейль. Он был очень вкусный, в меру сладкий и кисленький. И алкоголь в нем почти совсем не чувствовался.
- Так... - Хана уперла кулаки в бока. - Ты смотри мне, Нася, будешь охмурять моего парня - пришибу!
Я поставила бокал и замахала руками.
А Хана заговорщически наклонилась ко мне и на самое ухо прошептала:
- Ты лучше с Терри поговори. Спроси его что-нибудь про твое любимое анимэ. Он тот еще отаку.
Я взглянула с интересом на парня, что, лавируя между столиков, нес к нам поднос с какими-то вазочками и бокалами.
И часа на два мы с ним выпали из реальности.
Терро и правда был заядлым анимэшником. Тут же раскрыл экран большого коммуникатора, и мы с ним углубились в обсуждение любимых сериалов.
Я лишь краем глаза заметила, как Хана и Джамес принялись миловаться.
"Ну и правильно! - подумала я, и даже немного позавидовала подруге. - Хорошо быть без комплексов и легко относиться к жизни. Не то, что я".
Терро внимательно на меня посмотрел. Видимо, у меня на лице опять появились следы недавней беды.
А затем парень пододвинулся ко мне и мягко обнял.
Я чуть было инстинктивно не сбросила его руку, но подумала: "Какого черта?!", и не стала отстраняться.
Утром, за завтраком, я была, судя по всему, красная как рак.
Хана подперла ладонью щеку и любовалась на меня, смущенную.
Еще бы.
Никогда не думала, что я на такое способна!
Оказывается, еще как.
И, что любопытно, я, хоть и смущалась, но совершенно не чувствовала, что поступила плохо. Наоборот, бурная ночь оставила в душе удивительно теплое послевкусие, смыла душевные терзания последних дней.
Следующая неделя промелькнула, как сказочный сон, полный солнца, океана и страсти. И, когда Хана со вздохом сказала: "пора возвращаться", я возмутилась:
- Зачем?! Тренировки начнутся только после Нового года! Еще куча времени!
- Нася, я тебе не перестаю удивляться, - тихонько улыбнулась подруга и продолжила, немного виновато: - Ты не знаешь меры ни в чем. Если за что-то берешься, то отдаешься этому целиком и полностью. Мне это в тебе очень нравится, но сейчас... Ты слишком сильно привязываешься к Терро. Он очень хороший парень, но подумай: тебе что, надо опять переживаний? Остановись на приятной ноте.
Я кивнула ей, соглашаясь, но все-таки проворчала:
- Могли бы и здесь праздники провести.
- Нет! - возразила Хана. - Наська, неужели ты не хочешь посмотреть на рождественский Токио? А встретить Новый год в горах Нагано?!
- Конечно, хочу! - отозвалась я. - И, ты права, надо же мне выгулять свою чернобурку. Надеюсь, снег у вас будет?
Глава 24. Рождество для принцессы.
25.12.2036.
База "Купол-П", полуостров Таймыр, Россия.
- А чего его отмечать? - удивился Славик.
- Да ты что?! Это главный праздник! - возмутилась Элен. - Нельзя его не праздновать!
- Это у вас, во Франции, - тоже повысил голос Станислав. - А мы считаем это буржуазно-поповскими предрассудками!
- Погодите! - Виктор положил руку на плечо пышущей гневом и готовой взорваться Элен. - Стасик, думай перед тем, как сказать!
Это "Стасик" как будто стегнуло курсанта. Он ужасно не любил, когда его так называют. Почему-то это имя ассоциировалось у него с мелкими рыжими тараканами, что кишели у них в общежитии, не смотря ни на какие меры дезинсекции, и которых тоже прозывали "стасиками".
- Элен, я понимаю, что ты верующая, но остальные-то у нас атеисты, - увещевал француженку командир.
- Не правда! Кэйлаш буддистка!
- Немного, - извиняющимся тоном встряла индианка.
- Вот! - как будто это означало победу в споре, изрекла Элен. - А вы русские тоже рождество празднуете! Я знаю! Седьмого января!
- Мы - нет! - опять заявил Славик!
- А в Одессе и Харькове - это выходные дни, - напомнил Тимур. - В России тоже в некоторых регионах оставили их праздничными. Например, в Ростове и Краснодаре.
- Вот видите! И разве это так плохо - праздник? - в голосе Элен что-то зазвенело и в уголках глаз появилась предательская влага.
- Нет конечно, - гораздо тише сказал Станислав. - Извини, я погорячился.
Ему вдруг стало почти физически больно от того, что девушка так расстроилась.
- Но проводить его будешь ты сама! И готовить! - строго заявил Виктор.
- Я помогу, - негромко высказалась Кэйлаш.
- Я тоже, - сообщил Тимур и переглянулся с индианкой. - Командир, ты не подумал, что послезавтра прилетят сменщики? Так что можно совместить Рождество с прощальным ужином.
- Хм. Это мысль.
- Если так, то я тоже согласен, - сумрачно проговорил Славик, и поймал на себе чуть насупленный взгляд Элен. Вздохнул.
Как-то странно развивались их отношения после той аварии месяц назад. Между юношей и девушкой натянулась звонкая нить, которая то звучала нежной нотой, то звенела, готовая порваться и больно хлестнуть обоих.
Оба они старались вести себя как раньше. Но это было очень трудно. Элен порой до головокружения мечтала сблизиться с парнем, а, спустя пару минут, уже чуть ли не ненавидела его. Девушка устала от этих противоречивых чувств, но понимала, что навсегда запомнит этот месяц, как один из самых ярких и прекрасных периодов своей жизни.
Но сейчас она очень сильно обиделась на курсанта. Для нее, истой католички, как и для любого француза, Рождество действительно было самым главным праздником в году. А тут, на этой русской базе, как его праздновать?!
Елку они изготовили из подручных материалов. Виктор и Славик соорудили какую-то абстрактную конструкцию из трубок и перфоуглоков. Тимур украсил ее всякими электронными запчастями: модулями, релюшками и клеммниками.
Увидев это страшилище, Элен округлила глаза, прошептала: "Какой ужас!" и поспешно ушла в оранжерею, чтобы не ругаться нехорошими словами в святой день.
Там она собрала с грядок небольшой урожай. К сожалению, у нее на плантации не росло ни сельдерея, ни цветной капусты. Но чеснок все-таки был. Правда, для него специально обедняли грунт, выводя из него тяжелые металлы, которыми богат марсианский реголит. Делали это только для чеснока и лука - слишком уж сложная операция. А вот от других корнеплодов пришлось отказаться - они накапливали соли тяжелых металлов в десятки раз сильнее, чем наземные растения, и принимать их в пищу было бы опасно.
Еще в лотках на многоэтажных стеллажах рос шпинат, а в кладовой Кэйлаш нашла сушеный шалфей, маслины и гусиный паштет. Так что для традиционного минимума, который всегда был у них в замке на праздничном столе, не хватало только жареной рыбы и улиток.
Но тут уж увы.
- Ну, давай приступать - негромко предложила Кэйлаш, указывая на кучку пакетов с сублимированными продуктами и пластиковые консервные банки.
- Давай, - напряженным тоном ответила Элен. - Только ты говори, что делать. Я не умею. У нас повар еду готовит.
- И ты ни разу не готовила? - по-настоящему удивилась индианка.
Элен отрицательно покачала головой, чувствуя, что краснеет.
- Тогда я тебя буду учить, - серьезно сообщила Кэйлаш.
- Думаешь, получится?
- Не сомневаюсь. Ты ведь стала хорошей магичкой.