— Нуу… Да! — согласилась Лика. — Просто, понимаете, у брата Дугхана такие скучные поручения… — добавила она, набравшись храбрости.
Пандарен хмыкнул, а брат Склиф посмотрел на Лику как-то странно.
— Значит, тебе нужно больше практики? Правильно понимаю?
— Именно! — обрадовалась Лика, — А… чем вы занимаетесь?
Брат Склиф пожал плечами, — Всем понемногу. В основном, работа разъездного характера, но, бывает, приходится госпитализировать…
— Госпита… Что?
— Ну, класть больных в бараки, на лечение.
— Класть? — Лика не могла понять, о чем идет речь, — Но зачем? Ведь можно обратиться к силе Света, и сразу исцелить раненого!
Брат Склиф и пандарен переглянулись между собой.
— А что я тебе говорил? — сказал медведь, — И это только первые ласточки! А ведь я тогда был против такой подачи информации! Реклама-рекламой, но зачем дискредитировать солидное учебное учреждение…
Брат Склиф раздраженно вздохнул. — А я-то что? Это же была идея ректора — нужно больше пиара, кафедра нуждается в инвестициях… Привлечение кадров, инновации — нужны новые проекты под привлечение королевского бюджета и финансирования… Чао, ну ты же не первый год в Буреграде!
Тут они заговорили вполголоса, и Лика окончательно перестала понимать что-либо.
В это время на улице раздался шум, тарахтение и гул мотора.
— Двое из ларца вернулись! — заметил Чао.
— Что-то рано… — взглянув на часы пробормотал Склиф.
Они вышли во двор, где взгляду Лики предстал несколько громоздкий старомодный чоппер, рассчитанный на водителя и двух пассажиров.
В данном случае экипаж состоял из двоих дворфов, по всей видимости, близнецов, так как отличить их друг от друга было можно исключительно по цвету рубашек.
Оба низенькие, коренастые, лысые, и, что поразило Лику более всего, виденного раньше — безбородые.
Одинаковые носы картошками, цвет глаз, кожаные жилеты, широкие ремни и сапоги.
Единственное, что их отличало — цвет рубашек. У того, что слева она была красная, справа — зеленая.
— Билли! — представился дворф в красной рубашке.
— Вилли! — в синей.
— Лика… — прошептала Лика, не сводя изумленного взгляда с голых дворфийских подбородков.
Дворфы, очевидно, заметили её замешательство, так как переглянулись, и заулыбались, подталкивая друг друга локтями.
— Не боись, сестренка! — сказал Билли.
— Мы традиционные дворфы, не какие-нибудь там дворстеры! — поддержал его Вилли.
— Все дело в том, что бороды у них были разные, — пояснил Чао, — А, поскольку длина бороды для дворфов — один из основных источников самоутверждения, у них постоянно возникали стычки на эту тему, пока, наконец, брат Склиф не решил, так сказать, задачу радикально…. Такой вот теперь у нас теперь дресс-код.
— Да и работать борода только мешает! — заметил брат Склиф, — Это в соборе ей трясти хорошо, грешников вразумлять, а тут, на бригаде… Одна морока!
Его перебил странный писк, раздавшийся откуда-то из окна одного из бараков.
— Ну вот, заскочили на обед, называется, — вздохнул Билли.
Чао лишь развел руками, — Мне еще работы на часа два минимум!
— Двое из ларца, принимайте вызов! — рыкнул брат Склиф.
Дворф, которого звали Вилли порылся в карманах и извлек оттуда крупный кристалл фиолетовой формы, издававший загадочное свечение.
Подняв его над головой он вгляделся в него, кивнул головой и пробасил: — Принято!
Сразу после этого писк, доносившийся из окна пропал.
— Знаешь что? — сказал брат Склиф, — А поезжай-ка ты с ними, на вызов… Познакомишься с ребятами поближе, заодно представление о работе получишь. Места тебе должно хватить.
Лика еще только хлопала глазами, когда один из дворфов (кажется, это был Билли), подхватил её и усадил в люльку чоппера, после чего уселся позади своего брата, заводившего мотор, и обхватил его руками.
Вилли вдавил педаль, чоппер взревел и, выплюнув облако дыма, понесся с тарахтением по вымощенной камнем мостовой.
— А куда мы едем? — прокричала Лика, стараясь пересилить ветер, шумящий в ушах.
— Торговый Квартал! Ювелирная Лавка! — проорал ей в ответ кто-то из близнецов.
Поскольку поддерживать разговор на такой скорости было трудно и даже небезопасно, Лика не стала более задавать вопросов, прячась от ветра за стеклом и наблюдая, как мимо проносятся деревья, прохожие и вывески, сливаясь в одну сплошную полосу.
Ехать было недалеко и всего через несколько минут чоппер лихо затормозил напротив импозантного бутика, со сверкающей вывеской, на которой были изображены золотые кольца, размером с обручи от бочек.
«Ювелирный магазин Денманов» — гласила надпись.
Встречавшая, по всей видимости, их, стройная брюнетка на высоких каблуках кинулась к ним навстречу.
— Ну, наконец-то! — воскликнула она, картинно заламывая руки.
— Леди Изабель, — пропыхтел Вилли, слезая с сидения.
— Ой, я прошу вас, побыстрее! Госпоже Терезе это доставляет массу беспокойства!
— Опять Терранс? — поинтересовался Билли, раскуривая самокрутку.
— Опять… Вы представляете?! Это уже переходит всякие границы!
— Ну, так вызовите стражу и сдайте его! У них разговор короткий — уже вечером будет хлебать баланду с Хоггером…
— Ах нет, вы издеваетесь! Для госпожи это неприемлемо! Вы же не можете не понимать пикантности ситуации!
Лика пока еще ничего не понимала, но её уже начинала раздражать эта манерная брюнетка с её дурацкими каблуками при безупречных пропорциях.
— Где он? — без интереса спросил Билли.
— Там же, где и в прошлый раз — на газоне, прямо напротив boutique. Сейчас как-раз должны подойти серьезные клиенты, а тут… Может быть, вы его все-таки, заберете?
— Ну куда, куда мы его заберем? — рассердился Билли.
— Ну, у вас же есть эти, как их… Бараки!
— Для больных!
— А он, по-вашему, здоровый?!
Билли плюнул в сердцах на тротуар.
— Пошли, Вилли! — сказал он и зашагал в сторону набережной, где, как только теперь заметила Лика, на траве под деревом лежало тело мужчины, без видимых признаков жизни.
Мужчина был высокого роста, он лежал на спине и потому Лика имела возможность рассмотреть его спереди. Лицо было не лишено изящных черт, но многодневная щетина и свалявшиеся, испачканные в грязи волосы придавали ему неопрятность и портили впечатление.
Одежда тоже была грязной и местами рваной, хотя носила признаки когда-то дорогого костюма.
Человек был явно без сознания — глаза были закрыты, и она не замечала движений грудной клетки.
Билли и Вилли остановились в паре шагов от тела, переглянулись.
Вилли вздохнул. — Вы не принесете нам воды? — обратился он к сопровождавшей их девице.
— Что? Ах да, конечно… Сейчас посмотрю в салоне… — нелепо размахивая руками, словно пытаясь сохранить равновесие на булыжниках мостовой, брюнетка удалилась.
Лика переводила взгляд с одного дворфа на другой — ей было непонятно, отчего они медлят?
Человеку явно была нужна помощь, возможно, даже реанимация — почему эти бритые карлики стоят и смолят свои дурацкие цигарки?!
Не выдержав, она подскочила к распростертому на земле телу и, расстегнув засаленную рубаху, приложила ухо к груди. Сердце билось! Слабые, но ритмичные удары.
Она возложила руки на спутавшиеся волосы человека, как учили её на курсах и уже открыла рот, чтобы произнести слово Света, как чья-то маленькая, но крепкая рука ухватила её за плечо и поставила на ноги.
— Ты что, чумичка? Белены объелась? — изумленно сказал ей Билли.
Вилли, согнувшись, хохотал, держась за живот.
— Нет, ты видал целительницу? С таким клириком мы весь Буреград на ноги поставим! Вот это практиканты, а?
— Угу. Отбоя от желающих не будет приобщиться благодати Света, — пробурчал Билли и сплюнул.
— Ты вот что, сестра, — добавил он ей уже тише, беря её под локоть, — ты пока вот тут в сторонке постой, посмотри, поучись…
— Но ведь он без сознания! Ему нужна срочная помощь! Почему вы бездействуете?! — запротестовала Лика, пытаясь высвободиться.