— Особняком стоят гоночные машины, выставленные на гонку Императорским гаражом Великого князя во главе с капитаном команды и участником гонки ее Императорским высочеством княжной Александрой. Самой бесспорно красивой и смелой девушке и капитану команды на спортивной гоночной «Ноль девятой Молнии» наше троекратное гип-гип-ура! Гип-гип-ура! Гип-гип-ура!
— Мобиль-фургонъ «Скорокат» изобретателя из Варшавы Вольдемара Янкевича. Команда князя Вересаева с Вересаевым-младшим за рычагами мобиля Лаурин-Клемент в кузове а-ля «токио». Бесшумные паровые машины в кузове «шарабан» представлены заводской командой «Дуксъ». Заводская команда с фабрики кароссери «Тартаръ-Балт» со своей новинкой — паровым дорожным фаэтоном, подготовленным к жестким тартарским дорогам. Тартарский завод паромобилей И.П. Пузырева с гоночным ландо необычной конструкции. Экипажно-паромобильная фабрика Ильина с туристической моделью «Люк». Экипажная фабрика Крюммель&Готчкисс со своим дорожным мобилем Grand Luxe. Вуатюретки Бебе от общества любителей паровых вуатюреток Пежо….
— И наконец, заявленный в самый последний момент, участник нашей гонки, гоночный паромобиль «Пуля», подготовленный командой из мастерской паромобилей Арбузова. Весьма пикантный момент, за рулем заявлен начинающий гонщик, некий воспитанник Старо-Петерсборгского имперского приюта трудолюбия, пятнадцати лет от роду.
— Кто же этот бесстрашный малый, не убоявшийся сразиться с самыми именитыми и маститыми гонщиками? Пожелаем же ему удачи в предстоящей гонке. После этого вступления гонщики отправляются в последний раз готовиться и проверять свои паровики, а мы с вами, уважаемые дамы и господа….
— Все мною сделано, как вы просили, господин. Вы будете довольны. Все в условленном месте, как договорились. Где мои деньги?!
— Прекрасно. Я знаю, ты никогда меня не подводил. Капитан, ты хорошо потрудился, но знаешь, ты выбрал не ту компанию. Где деньги?! Сейчас получишь! Цин?!
— Вы о чем, господин?!..Ха-ак…За… что?
— Все очень просто, капитан. Ты послужишь нашему делу. Как говорят эти тартарцы, концы в воду. Фаньцзы!
В последние перед стартом гонки минуты от нервных переживаний Сергею понадобилось отойти в уборную. Степан Николаевич, скрепя сердце и ворча, все же разрешил отойти.
— Нашел, Сергей, время! Раньше не мог?
Отхожее место для гонщиков было организовано неподалеку, в уборной, принадлежащей одному из приличных городских трактиров. И уже сделав свои дела и выходя со двора на улицу, из-за угла ему повстречался, вышедший из-за угла, скрючившийся, весь в крови, зажимающий свой бок, раненый мужчина восточно-тартарской наружности. Увидев парня, он устало прислонился к стене, медленно сползая на землю.
— Эй, мужик, кто же тебя так?
Мужчина тихо зашептал:
— Что? Что вы говорите? — я затих и не дыша, вслушивался в его слова:
— …преди. Герцогиню. На пятом этапе. 25 номер. Убью…
Голова раненого бессильно откинулась вперед. Раненый мужчина умер.
Поднявшись с земли, я вначале немного постоял в задумчивости, решая, что же мне делать в сложившейся ситуации, а потом отмер и быстро рванул к своему паровику, одновременно, на бегу, напряженно обдумывая свои дальнейшие действия. Речь явно велась об Александре, потому что в составе участников гонки других женщин-герцогинь не было.
Взглянул на часы, показывающие отсчет до начала гонки. Надо бы сильно поспешить. До начала оставалось какие-то пять минут. Времени предупреждать ее высочество, транспорт которой стоял почти в самом начале у клетчатых флагов на второй линии пелетона, у меня уже не было. Или я участвую в гонке и как-то там успеваю ее предупредить, или не успеваю предупредить вообще и не участвую в гонке. Припустил к машине со всех сил. Когда добежал до своего паровика, времени осталось совсем чуть-чуть. Ф-фух! Успел! Все гонщики уже давно сидели в своих паровиках, окутывая соседей паром от прогреваемых котлов. Николаич, дождавшись парня и помогая ему усесться в кокпит паровика, цветасто ругался. Рядом сидел контролер, укутанный в серый плащ, платок и в больших очках.
— Да где ж тебя, зараза, носит? С горшка пораньше слезть не мог? Без тебя же все уедут. Меня бы подвел перед Емельян Емельянычем. Старт через минуту.
Напряженно дыша после бега, принявшись одевать гоночный шлем, Сергей одновременно начал рассказывать старому гонщику о том, что случилось с ним в туалете:
— Николаевич, понимаешь, на Александру, княжну, в гонке на пятом этапе планируется нападение. Возле уборной одного мужика зарезали. Он и сообщил перед смертью. Надо…
— О чем ты гришь, какое еще нападение? На кого? Кого зарезали?
— Найди княжеских людей! Скажи им! Просто скажи!
— Что им сказать?
В воздухе слышен громкий хлопок выстрела паропушки. Все заволокло клубами пара. Старт.
— А-а-а-а! Просто скажи им!
— Да кому сказать-то?
Вздымая клубы пара, все гоночные мобили сдвинулись, с места набирая скорость, с ходу начав маневрировать, пытаясь в процессе разгона обойти и оставить за собой как можно больше конкурентов, застолбив в гонке место получше.
Над гонкой парило несколько малых дирижаблей, нанятых организаторами гонки. В каждом из них, помимо стюардов, в правилах которых был надзор за ходом гонки, поведением спортсменов на всем протяжении пути и соблюдением иных требований, сидел и комментатор. Он, в реальном режиме следящий за гонкой, отправлял актуальные сообщения и свои комментарии телеграфной связью прямо в штаб. Где распечатанные ленты сообщений немедля передавались ведущему диктору, который сообщал приглашенным и гуляющим в зале именитым гостям актуальные новости и произошедшие события. Они тут же разлетались с пометкой «молния» во все печатные издания и новостные агентства. На огромной разграфленной таблице с номерами помощники выставляли актуальное положение машин на каждом этапе и под-этапе гонки. В режиме он-лайн посредством большого конвексного зеркала комментатор иногда демонстрировал штабу и фланирующим по его залу гостям мчащиеся по дорогам гоночные паромобили. Передача изображения на большое расстояние и большое зеркало требовала больших затрат магической энергии, поэтому зеркало включалась его оператором на подъезде гонщиков к действительно интересным участкам гонки.
— Ну давай-давай-давай, родная. Пулечка, ну давай, милая, поднажми. Да что ж так ты раскочегариваешься долго?! А-а-а-а!
Смешно бибикая маленьким клаксоном и пофукивая паром, словно в насмешку, наш медленно едущий паромобиль объехали две маленькие, словно игрушечные, вуатюретки Пежо. Этот дикий ужас и стыд с нами случился из-за того, что мне приспичило в уборную. Пускай я там и узнал о покушении, но. Было потеряно драгоценное время и теперь, разогревая котел до нужного давления в движении, мы, на старте пропустив вперед практически всех участников, на слабой тяге под звуки «вчих-вчих» и цокот цепей, посредством которых передавалось движение на задние колеса, плелись в самом хвосте гонки. Контролер, напарник по гонке, сидящий рядом, запускать мой мобиль не имел права, равно как и наша техническая команда не могла — нарушение правил с дисквалификацией. Самому все надо. Ручками. Говорил же, надо заменить систему запаливания с радиатором, но нет же. Времени нет-времени нет. Поставили промежуточный вариант с водяным охлаждением и вентилятором в багажном и движительном отделении. И так там все плотненько-плотненько упаковано. Резервуары для воды и сжатого воздуха, емкость для пластов странной смолы, служащей горючим топливом для первичного запаливания котла, горелка с запальником, линии переплетенных труб и трубочек, несколько манометров и колба уровня воды, регуляторы и вентиля, четырехпоршневый мотор с бойлером-парогенератором, насос. Даже глушитель там имеется. И рули управления воткнуть нормальные вместо рычагов удалось. А все остальное нет. Мол, и так сойдет. Вот блин. Сошло.