Пока я ломал голову, что бы такого крутого сказать о его книгах, подтянулась компания Хаямы.
— Вы хорошо поработали, — сказал нам Хаяма.
— Угу. И вы тоже, — поблагодарил я Тобе с Миурой. Не будь их здесь, ничего бы у нас не вышло, так что их вполне можно счесть ключевыми игроками.
— Блин, ни за что больше на такое не подряжусь, — заявил Тобе. — До сих пор глаза режет.
— Слушайте, можно нам на сегодня закруглиться? — Спросила Миура.
— Можем мы оставить всё остальное на тебя? А то я тоже выдохся, — сказал Хаяма, и правда выглядящий утомлённым. Наверно, тому, кто привык быть добрым ко всем, непросто играть плохого парня. Это ему совсем не подходит.
— Ага, с остальным я разберусь. Тут ерунда осталась.
— Спасибо. Я этого не забуду.
Хаяма слабо улыбнулся и двинулся к дому вместе с Миурой и Тобе.
— Нам тоже надо переодеться, — сказала Юкиносита.
— А, точно. Длинный сегодня выдался денёк, — добавила Юигахама.
— Конечно, — ответил я. — Увидимся.
Раскланявшись с девушками, я направился к площади.
Глядя, как ярко пылает на ней костёр.
Усевшись в кружок вокруг огромного костра, младшеклассники пели хором. Про друзей навсегда и всё такое. Для меня так просто кошмар какой-то.
Комачи, Тоцука и Эбина тоже отправились переодеваться, так что я тупо пялился на костёр в одиночестве.
Когда песня закончилась, настало время для возбуждающих и романтических народных танцев. Глядя на них со стороны, я подумал, что странно видеть что-то хорошее в том, что я так ненавидел.
Но все до единой девчонки из группы Руми были мрачны. И без слов ясно, почему – совсем недавно они продемонстрировали друг другу свои плохие стороны.
Они напрочь игнорировали друг друга. Но время от времени искоса поглядывали на Руми. Быть может, сегодня они начнут с ней мало-помалу заговаривать.
Мне по сути делать было нечего, так что я отправился искать Хирацуку. И обнаружил её разговаривающей с учителями из младшей школы. Когда я подошёл поближе, она тоже заметила меня. Прервала свою беседу и направилась ко мне.
— Вы хорошо поработали на испытании, так что можете сегодня отдохнуть. Я слышала, работы осталось немного, можете спокойно доделать всё завтра. Решили свою проблему?
— У-угу… ну, то есть, мне и самому интересно.
Пока я подбирал слова, к нам подошла уже переодевшаяся Юкиносита.
— Всё, что мы сделали – скопом набросились на девочек, довели их до слёз и посеяли семена раздора их дружбы.
— Ты прямо как о преступлении рассказываешь…
— Но ведь на самом деле так оно и было.
— Ты так говоришь, но… э-э…
Я не мог возразить. Если без обиняков, она права, и это заставило меня беспокоиться.
Хирацука качнула головой, словно не зная, что ответить.
— Я не совсем понимаю, но… судя по тому, что я вижу, это не изоляция. Больше похоже, что они вместе… ну ладно. Это для вас дело обычное.
Она улыбнулась, глядя, как танцуют младшеклассники. А потом вернулась к учителям.
Мы с Юкиноситой остались вдвоём. Она неуверенно обратилась ко мне, словно ей было трудно что-то сказать.
— Хикигая… ради кого на самом деле ты хотел решить эту проблему?
— Ради Руми-Руми, полагаю, — пожал я плечами.
Ну сами посмотрите. Нас ведь никто о таком не просил. Я взял на себя только один вопрос – разработать схему, способную примирить Руми Цуруми с её окружением.
И ничего иного я не хотел. Если даже кто-то что-то с этого для себя поимел, у меня и в мыслях такого не было. И не думаю, что я чего-то добился.
— …Ясно. Приятно слышать.
Юкиносита закончила с вопросами и повернулась к горящему в центре площади костру. Танцы закончились, приближалось время отбоя.
По бегущей рядом с нами дорожке шли младшеклассники.
Мне на глаза попалась Руми Цуруми.
Она узнала меня и отвела глаза. Прошла мимо, старательно избегая смотреть в мою сторону.
— И никакой благодарности, как я погляжу, — шутливо сказала Юкиносита.
— А я ничего хорошего для неё и не сделал. Будем реалистами. Я всего лишь напугал несколько девчонок и порушил их дружбу. Более того, использовал других людей в своих целях… худший метод из возможных. Тут не за что быть благодарным.
— Пожалуй, да. — Юкиносита помолчала. — Но избавиться от тех, кто издевается над тобой – это уже большое облегчение. Кроме того, эта девочка продвинулась за счёт своей силы воли, так? Может, ты действовал не совсем законно и плохо спланировал, но именно ты всё для этого подготовил, Хикигая.
Она выкладывала неприкрашенную правду, начистоту, прямо и честно. Такой уж она человек.
— И потому я думаю, что даже если никто тебя не похвалит, ты заслуживаешь прощения, если из этого выйдет что-то хорошее.
На сей раз Юкиносита не смотрела на меня свысока со своей жёсткостью и колючестью. Она мягко мне улыбалась. Но в какой-то момент её взгляд упал на что-то за моей спиной. Там показались Юигахама и все остальные.
Они тащили вёдра и фейерверки. Комачи с Тоцукой отловили Хирацуку, конфисковали её зажигалку и принялись играть с фейерверками. Сама Хирацука выглядела вполне довольной.
— Юкинон, прости, что запоздала, — подбежала Юигахама. — Вот, держи фейерверки.
— Спасибо, я посижу в сторонке. Поиграй с кем-нибудь ещё. А я просто посмотрю.
— О боже, а я так старалась, чтобы их купить… — Недовольно проворчала Юигахама.
— У меня просто не осталось сил на развлечения, — утешила её Юкиносита. — И будь осторожнее с огнём.
Она уселась на скамейку чуть в стороне.
— Ты что, бабка старая?.. — Спросил я.
Мы тоже одолжили у Хирацуки зажигалку и запалили свечку, чтобы поджигать от неё фейерверки.
Кажется, эти фейерверки были куплены в круглосуточном. Я поделился ими с Комачи и остальными.
Поджёг свою палочку, она затрещала, и из неё вырвалась зелёная струя огня. Какая прелесть.
…Хотя даже не знаю, как с ними развлекаться. Это вам не мокриц поджигать. Просто смотреть, что ли? Хотя будь это ракеты, можно было бы подключить воображение. Представить налёт бомбардировщиков. Я читал «Zukkoke Sannin-gumi»,77 знаете ли.
— Юкинон, смотри!
Закричала Юигахама. Она размахивала руками, зажав в каждой по четыре палочки. Стиль Балрога,78 что ли? Ребята, ради бога, не повторяйте этого дома.
Юигахама танцевала, тёмное небо прорезали полосы света. Глядя, как Комачи и Тоцука крутятся со своими фейерверками, я задумался, так ли надо играть с ними. Они бы мгновенно вышли из моды, если использовать их столь безвкусным образом.
Я поджёг фейерверк, закрывая его всем телом от ветра. Рядом со мной уселась Юигахама, проделывая ту же процедуру. Палочка затрещала, выбрасывая оранжевое пламя.
Юигахама, только что так весело игравшая с фейерверками, загадочным образом затихла.
— …Как думаешь, с Руми и остальными всё будет хорошо?
— Это не от нас зависит.
— Но их ужасные развлечения наверняка прекратятся.
— И взамен они потеряли друзей. — Сказал я, глядя, как из моей палочки выкатываются последние искры. Яркая оранжевая капля, смахивающая на расплавленное железо, упала на землю и быстро потухла.
Юигахама сунула мне бенгальский огонь.
— …Так всё проясняется, понимаешь? Если всё выходит на свет, это творит чудеса. Я так начала новую жизнь, можешь мне поверить.
Источник: Гахама, да? Звучит до некоторой степени убедительно. В таком случае, быть может, я могу позволить себе ей поверить.
Я сунул свой бенгальский огонь в пламя свечи. С шипением поднялся дымок, и на конце палочки вспыхнул огненный шарик.