- Сможешь ли ты когда-нибудь простить меня?
- Попытаюсь, но вчера... ты был слишком пьян.
- Уверяю тебя, что Арман одним ударом отрезвил меня. Клянусь, Келли, у меня не было ни одной женщины. Клянусь, чем...
- Я знаю.
- И еще я обещаю, что не притронусь больше к рому, – Мигель поцеловал Келли в кончик носа, а потом, приподнявшись на ладонях внимательно, как никогда прежде, посмотрел ей в глаза и, спустя несколько томительно нескончаемых секунд, сказал. – Я хочу, чтобы ты стала моей женой.
Для Келли эти слова были самыми прекрасными на свете, потому что их сказал Мигель.
- Что?
- Я хочу, чтобы ты стала моей женой, – повторил он.
- Ты не забыл? Ты же ненавидишь англичан.
- К черту всё это, госпожа! Я предлагаю тебе руку и сердце, и отныне до самой смерти я буду целовать след каждого встретившегося мне на пути англичанина, если ты меня об этом попросишь. Келли, выходи за меня замуж!
Келли рассмеялась сквозь слезы, но эти слезы были от счастья.
- Ты согласна? – спросил девушку Мигель, лаская ее.
- Да.
- Ты, правда, выйдешь за меня?
- Да, – простонала она. Мигелю всегда удавалось затуманить ей разум своими ласками. – Да, да, да.
- Даже если у меня нет будущего?
- Да.
- Даже если я буду проклятым пиратом?
- Д-д-да...
- Даже если?..
Келли обхватила его голову руками, пробегая взглядом по аристократическим чертам лица самого прекрасного в мире мужчины, которого она безумно любила. Пират? Келли знала, что в этот миг она согласилась бы стать его женой, будь он хоть самим Сатаной.
- Перестань спрашивать глупости, и займись со мной любовью, или я могу передумать.
Глава 37
Свадьба была скромной. На ней едва ли набралось человек двадцать гостей, среди которых были Бульян, Пьер, Тимми, Виктория, Аманда и Лидия, помимо слуг и Армана, который был посаженым отцом и передал жениху сияющую от радости ослепительную невесту. В саду возвышались арки, украшенные орхидеями, и он показался Келли прекраснее собора. Девушки из “Прекрасного мира”, во главе с Вероникой, подобрали локоны Келли и украсили их жемчугом, превратив невесту в сказочную принцессу, блистающую на балу в своем шелковом белом платье.
Но, ко всему прочему, свадьба оказалась еще и весьма забавной. Почти в самом конце, когда священник благословил молодых, соединив их на всю жизнь, Арман взял Лидию за руку и направился прямиком к святому отцу. Бризе был очень серьезен и красив в своей черной одежде.
- Падре, – громко и четко произнес он, и все сразу посмотрели на него. – Могу я попросить Вас вернуться сюда через пятнадцать дней, чтобы заключить еще один брак?
Священник уставился на красивую мулатку, стоявшую рядом с французом, и дал свое согласие, потому что пришло время кое-каким парам освятить свой доселе незаконный союз.
- Через пятнадцать дней, месье Бризе, – подтвердил святой отец.
Арман схватил Лидию в охапку и смачно поцеловал, не обращая внимания на священника. Все умолкли, и в саду воцарилась тишина, пока Франсуа залихватски не свистнул. Пьер подхватил его свист, и все остальные разразились бурными аплодисментами и поздравлениями.
- А почему не теперь? – спросила Лидия, пристально глядя в глаза любимого и страстно желая поскорее соединиться с ним.
- Я хочу, чтобы ты тоже блистала в роскошном платье.
Лидия бросилась ему на шею и звучно поцеловала в губы. Святой отец кашлянул и поднял руки, призывая к тишине.
- Дамы и господа, – начал он, – с вашего позволения, мне кажется, что данная церемония венчания еще не завершена. – Перешептывания и шикания затихли. – Сеньор де Торрес, можете поцеловать невесту.
Келли опередила жениха. Она обняла Мигеля за шею и поцеловала его. В эту секунду она поняла, что до последнего дыхания будет любить только его и никого другого.
К полуночи почти все, за исключением священника были слегка навеселе. Мигель заставил вытащить из погребов бутылки самого лучшего вина, а Вероника с Амандой превзошли самих себя, приготовив изумительные блюда к свадебному застолью. Виновник торжества сидел в центре стола в окружении Франсуа и Пьера, а вот Арман был слишком занят, любезничая со своей нареченной и терпя шутки по поводу предстоящей свадьбы. Мигелю было трудно сосредоточиться на разговоре, он не мог отвести глаз от Келли, которая в другом углу зала, разговаривала с Вирхинией и Вероникой.
Его жена... Жена! Она вся светилась, как фонарь в ночи. Мигель не находил слов, чтобы описать свои чувства. Теперь он был свободен от терзавшего его раньше внутреннего напряжения, и мог быть самим собой, поступать так, как внушил ему отец. И для этого ему нужна была Келли, чтобы доказывать ей свою любовь.
Ему хотелось, чтобы гости разошлись, но те не торопились покидать праздник. Тычок локтя вернул его от раздумий к действительности.
- Я спрашивал, что ты собираешься делать теперь? – услышал он голос Франсуа.
- Лучше не спрашивай, парень, – отшутился Мигель.
- Я имею в виду твою жизнь, – Бульян весело рассмеялся. – Твою жизнь, понятно?
Что он будет делать? Мигель был уверен в одном – он навсегда распрощался с пиратством. Келли изменила свою жизнь ради него, а он изменит свою. С грабежами покончено. Он – ее должник. Да и себе он задолжал немного спокойствия. Прошлое продолжало исподтишка терзать его, отзываясь в душе глухой болью. Диего уже не было на этом свете, а родственники, жившие в Испании, ничего не знали о них обоих. И каково там родителям? Возможно, они уже считают их погибшими. Мигелю очень не хватало их, но так было лучше. Лучше, чтобы они не узнали о том, что его брат действительно убит, и о том, кем стал он сам. Он должен все забыть и начать новую жизнь, без призраков прошлого.
Не ответив Франсуа, Мигель извинился и вышел.
Увидев уход мужа, Келли шепнула что-то на ухо Вирхинии и побежала вслед за ним. Она нашла его сидящим под деревом и задумчиво жующим травинку.
- Ты устал? – Келли села рядом с Мигелем и обняла его.
- Нет.
- Гости и не думают уходить, – шутливо заметила она, теснее прижимаясь к мужу.
- Я живо выставлю их за дверь, если сами не уйдут.
- Скажи мне, что с тобой? – Келли заметила грусть в потухшем взгляде мужа и поцеловала его в губы.
- Ничего такого, что должно тебя тревожить.
- Я стала твоей женой, помнишь? И теперь твои тревоги также и мои.
- Я думал о брате и родителях.
- Я тоже постоянно думаю о своей семье, – вздохнула Келли, и тут же нашла себя сидящей на коленях мужа.
- Я отвезу тебя в Англию, Келли, даже если там меня повесят.
- Я не хочу, чтобы ты ехал в Англию! – испугалась она.
- Но ты не поедешь туда одна!
- Я и не думала ехать одна, мой грозный пиратский капитан. – Келли игриво и чувственно-призывающе провела указательным пальцем по подбородку и губам Мигеля. – Ты не думаешь, что мы могли бы пригласить твоих шурина и тестя с тещей познакомиться с “Прекрасным миром”?
Конечно! Как ему самому-то это в голову не пришло? Что он сделал, чтобы заслужить такую женщину, кроме того, что играл в злодея? Прежде чем ответить, Мигель еще крепче прижал жену к себе.
- Думаю, “Прекрасный мир” придется им по душе, но... Понравлюсь ли им я?
- Папа стукнет тебя в знак приветствия. Джеймс, возможно, поступит иначе. А маме нравятся статные и привлекательные мужчины, а я, несомненно, вышла замуж за одного из них.
- Как бы мне хотелось, чтобы Диего был здесь, – печально признался он. – И чтобы мои родители узнали, что мы оба живы.
- Диего сейчас с нами, любимый, он где-то здесь. Ты никогда не писал в Испанию?
- Последнее письмо я отправил из Маракайбо несколько лет назад. Потом, в плену, я не мог этого сделать, а позже... у меня не хватало сил, чтобы сообщить им, что мой брат... Я не мог сказать им, что брат погиб из-за меня! – заключил Мигель.