- Инструктор по боевой подготовке к занятиям готов. Произнесите кодовое слово, полученное при оплате, и свой личный номер военнослужащего!
Я не ответил. Я шагнул к стражу. Усилие воли, способное мять стальные сейфы, рвать на половинки автомобили и крушить стены, выдернуло из защитника дома то, что в нём засело. Призрак не сопротивлялся, лишь сжался от боли. Ведь часть его тоже рвали на куски. Но потом я поместил древнюю душу в инструктора, привязав весь клубок к старому пистолету на манер счётчика зарядов.
- Охренеть! - раздался голос Кузнецова, - он создал живое оружие! Охренеть!
- Тихо! Не мешай! - рявкнул Белкин.
Аня принесла мне очень сладкий зелёный чай вперемешку с малиновым вареньем, который я залпом выпил, даже не обратив внимание на кипяток. Целительница с тоской в глазах сидела рядом. Кузнецов пытался заглянуть мне через плечо и шептал узнанные им схемы. Белкин замер, как истукан, сопровождая меня лишь движением зрачков. Оксана в присутствии начальника вообще решила скрыться на кухне, чтоб лишний раз не попадаться в поле зрения. Новенькая стояла и жевала орешки, делая вид, что она всего насмотрелась и без этого, вот только аура выдавала сильное нервное напряжение.
Пока часть моего мозга латала дыры в старых плетениях и создавала новые, другая могла покопаться в биополях товарищей. Про семейство Белкиных с их нервной семейной драмой было всё понятно и знакомо, а вот другие были интересны. Кузнецов ничем особым не выделялся, кроме тонкой золотой ниточки, бьющей как маленькая венка, а так это был здоровый нормальный мужчина, каких во множестве можно встретить на улице среди прохожих. Как ни странно, но такая же ниточка нашлась и у Ангелины. Она действительно была девушкой, но женское начало было в ней приглушённо, словно она намеренно вытравливала это из себя. Анна горела мерным свечением с проблесками зелёных нитей и искр целительницы, чем-то похожих на таковые у берегинь.
Тем временем процесс созидания продолжался. Я поднял глаза на люстру и маленькие галогенные лампочки выскочили из своих цоколей, прилетев мне на ладонь. Моя сила потянулась к ним, создавая новые плетения и схемы. Нить привязки, впаялась в стекло и одноразовый энергомодуль уместился в разряжённом газе лампы, свитый вместе с резонатором сигнала.
Николай осенил себя крестом и быстро притащил все лампочки, какие можно было найти в доме, даже из холодильника.
Я потерял счёт времени. Сознание переключилось на генератор 'Кутерьма', который явно требовал доработки. Из шкафа в мои руки перекочевал термос, став вместилищем очередного заклинания. Фантомные устройства, вообще, себя гораздо лучше чувствовали в вакууме либо в сильно разряженном инертном газе. Я взял проволоку и прикрутил ею термос к оболочке генератора, заклинание привязал к преобразователю энергии, заставив отводить тепло от устройства.
Тем временем Николай прибежал с очередной порцией новеньких лампочек. Из пакета выпал чек, обозначив покупку в магазине. При этом выхватив обычную шестидесятку, он сел на диван, положил лампу на колени и обхватил голову руками. Я поглядел на него. Белкин проследил мой взгляд и рявкнул на дружинника.
- Кузнецов, потом будешь мозгами скрипеть. Помоги ему.
Я сделал пальцами жест, словно решил посолить что-то невидимое, а потом показал взрыв.
Товарищ, нисколько не колеблясь, достал банку с порохом и прочие охотничьи приспособления. Мои руки взяли пистоль, насыпали чуть-чуть пороха в ствол и на полочку кремниевого замка. Сила выдернула из войлока пыж нужного диаметра, отправив в канал ствола. Следом нырнула одна из маленьких лампочек от люстры, обмотанная в несколько раз листком бумаги.
Я активировал тихую щепу и направил оружие на исковерканного и потрошённого стража. Прозвучал выстрел и фантом исчез в яркой бело-голубой вспышке. Тут же сами собой забрякали кнопки на клавиатуре, завершившись ответом Марго.
- Загрузка обновления к фантомному модулю типа страж начата, процедура синтеза произойдёт автоматически.
Последнее что я сделал, прежде чем свалиться на диван с истекшей у благословения батарейкой, это погасил маленький едва заметный маячок, спрятанный в проклятом кинжале.
Сознание помутилось, скрутив меня как с тяжёлого похмелья. Перед глазами всё ходило кругом, к горлу подкатил ком тошноты.
- Всё, всё, всё, - тихо зашептала Анна, обхватив мою голову руками и прижав к себе. - Всё хорошо будет. Это переутомление.
Я провёл языком по высохшим губам.
- Промахнулись боги, - послышался голос новенькой, - с такой штукой на рынок не выйдешь. Себе только во вред.
- Это кинжал, - тихо ответил я, - кинжал наложился на плашку. Это древнее творение старых магов, которые могли богов за пояс заткнуть. Это Лесовик прокололся.
Все замолчали, кроме Белкина. Он достал телефон и яростно стал спорить с кем-то.
- Нет. Два дня. С меня ящик коньяка. Я знаю, ты сможешь сделать. Я в тебя верю. Керамические пустотелые. Нет, под ГП-25, АГС-17, под охотничьи патроны и под калибры двенадцать и семь, четырнадцать и пять. Под тридцатку? Попробуй, я только не знаю где её взять. Мощность заряда попробуй в трёх вариантах, только не забудь пометить где какие. Только не спрашивай. Потом сам увидишь. Спасибо.
Он сбросил звонок и тут же набрал другой номер.
- То-о-олик, привет. Ты ещё жив? Говорили ты в Османской империи шорох наводишь. Ясненько, уже дома. Что звоню? Да, мне полигон накрыть надо, наша группа боевое слаживание проводить будет. Что? Не шути так. Городок на месте останется. Будь добр, дай команду. Ну ты же знаешь, оцепление, оператора на вышку, технику немного. Я сообщением скину. Лады. Бывай.
На этом не завершилось.
- Пал Игнатыч? Белкин беспокоит. Вы своих архаровцев предупредите по своей линии, пожалуйста, у меня спецзадача на полигоне Иголкино будет, мы с оружием и боеприпасами. Отчёт я дам. Да, подпишу. Послезавтра. Сроки поджимают. Огромное спасибо.
Начальник закрыл глаза и сел на краешек стола с зажатым в руке телефоном.
- Ну, суки, вы у нас попляшете теперь, - зло процедил он, потом перевёл взгляд на меня, - Что с фантомом узнал?
- Да.
- Не тяни. Подлянки ждать стоит?
- Нет. Единожды дав вечную клятву служения отчизне, он не предаст её и после смерти.
- Кто он был при жизни? - приподняв бровь от любопытства, спросил начальник.
Я через силу улыбнулся.
- При жизни просто ратник, а после смерти стал легендой.
- Ну, хватит интриги. Говори.
- Пересвет.
Глава 29. Символы веры, или о том, как остаться человеком
Мебель мы оставили на месте, а личные вещи перетащили в одну ходку. Их было немного. Все, кроме Кузнецова, переехали к Игорёвой. Дед Семён деловито выгнал скромное местное создание на чердак, крякнув, что двум домовым тесно быти.
Белкин опять умчался по своим суперзадачам, и мы решили маленько расслабиться.
Дружинник не смог устоять перед приглашением на новоселье.
Благо, что у Анны в комплекте к коттеджу имелась небольшая баня. Мы её затопили, и теперь сидели, замотанные в простыни, попивая хмельной напиток.
- Егор, а эта фигня как действует? - заговорил охмелевший Кузнецов, прислушавшись к донёсшимся из парилки девичьим визгам и шлепкам берёзового веника.
- Какая фигня?
- Ну, лампочки с заклинаниями.
- Там одноразовые накопители стоят. Когда лампа лопается, энергия высвобождается.
- Это, получается, теперь мы любого затоптать можем? - спросил Николай, поставив кружку на столик.
- Да ну нафиг. Энергии много в стекло не запихаешь. Оно, конечно, посильнее серебра будет. Примерно в пять раз, но высшего духа таким только разозлить получится. Мелочь, да. Мелочь можно пугать и без мага.
Коля достал из-под газетки, которую постелили на стол вместо скатерти, маленькую люминесцентную трубочку лампы и помахал ей на манер ножика.