Скажи ей кто-нибудь пару лет назад, что она однажды станет чьей-нибудь женой, она непременно засветила бы в этого нахала заклинанием, чтобы отучить от глупых и неуместных шуток. А теперь она действительно ею стала, только вот почему-то вместо радостного и оживленного волнения, колдунья испытывала жуткий страх, словно совершала самую большую ошибку в своей жизни.
Теплая рука князя с силой обхватила и сжала ее ладонь, заставляя Яснину поднять на него глаза. В темном, практически черном от игры света, взгляде Камлена было столько пламени обжигающей и яростной любви, что у нее невольно захватило дух. Никто и никогда не смотрел на нее так, словно она — живительный и необходимый воздух, без которого невозможно дышать и жить. Темные сомнения, свернувшиеся в ее душе клубком разозленных и потревоженных змей, стремительно таяли под взглядом мужчины, говорившим намного больше, чем это сделали бы самые красивые и поэтичные слова. Она краем глаза видела, как жрец покачал головой, торопливо поклонился и направился к выходу из тронного зала, оставляя их наедине.
— Похоже, он так спешил избавиться от нас, что забыл свой реквизит, — колдунья кивнула на широкие обручи браслетов, оставшиеся лежать на невысоком столике у трона.
— Для него соединить браком правителя с его избранницей было огромной честью, в которую он очень долго отказывался поверить. Даже робко предложил мне спешно послать за главным жрецом в столицу, потому что сам недостоин такого высокого доверия. Ну а эти украшения, — он слегка кивнул в ту сторону, — принадлежат только нам. Это наши свадебные браслеты.
— Какой-то странный обычай, — сдавленно произнесла колдунья, разглядывая тонкую татуировку на своей руке.
— Ты же колдунья. Так сделай так, чтобы изображение потускнело и стало менее заметным.
— Но ты оставишь его?
— Несомненно, чтобы все видели, что ты — моя жена. Какое волшебное слово…
Князь притянул ее к себе, крепко обнимая свободной рукой. Негромкий стук двери заставил ее оторваться от его губ, оборачиваясь назад. Азария замерла, не дойдя до них несколько шагов, широко распахнутыми глазами глядя на свадебные браслеты, как назвал их князь. Громко и восхищенно выдохнув, она подпрыгнула на месте от переизбытка чувств и бегом бросилась к ним. Яснина обреченно вздохнула, когда, то ли смеющаяся, то ли плачущая от радости княжна каким-то непостижимым образом сумела обнять их обоих.
— Я знала, знала…
— Я пытался ее удержать, честное слово.
Подошедший следом за девушкой Лот потирал плечо, словно оно очень сильно болело, хотя его глаза при этом откровенно смеялись.
— И пострадал за это…
— Ты получил по заслугам, потому что не давал мне подслушивать под дверью! — Возмущенно выпалила Азария, неохотно отрываясь от них и оглядываясь на мужчину, скептически приподнявшего после ее слов брови. — Ой!
— Поверь, Лот не сказал для меня ничего нового, — усмехнулся князь, без энтузиазма отпуская ее руку, хотя колдунье казалось, что он готов был вообще никогда не выпускать ее ладонь из своей.
— Но я хотела первой поздравить вас!
— С чем? — Невинно поинтересовалась Яснина, глядя на опешившую девушку самыми честными глазами.
— С тем, что вы стали мужем и женой!
— А как ты об этом узнала?
— А для чего еще нужен жрец, который связывает возлюбленных свадебными клятвами? Я видела, как он вошел в тронный зал сразу же после вас.
— Кто-то здесь говорил, что никто и ничего не узнает.
— Этот кто-то так же предупреждал, что утаить подобное практически невозможно, — откликнулся князь, спускаясь с возвышения. Колдунья слегка свела брови, непонимающе глядя ему вслед. Только что он всем своим видом показывал явное нежелание расставаться с ней, а теперь довольно поспешно покидал тронный зал. В ее груди родилось неприятное предчувствие. Но Азария, опять накинувшаяся на нее с объятиями, отвлекла, заставив отвести взгляд от широкой спины быстро удаляющегося князя.
— Поверить не могу, что Камлену удалось уговорить тебя заключить союз между вами! — Княжна обеими руками отерла бегущие по щекам слезы, лучезарно улыбаясь ей.
— У твоего брата крайне редкий и сильный дар убеждения, — колдунья не разделяла ее радости, — он пообещал, что не будет никаких торжеств и празднеств, принятых у вас, если мы поженимся сейчас.
— Как не будет? — Азария опустила руки, изумленно глядя на нее огромными глазами, — но это невозможно!
— Что значит невозможно?
— Свадебные обычаи, принятые в Моравве, очень древние и обязательные. Даже князь не сможет отменить их! Перенести — да, но не отказаться от них полностью. Камлен должен представить тебя двору и народу. Поэтому сначала во дворце будет пышная и торжественная церемония коронации, где он объявит тебя своей княгиней и познакомит со свитой придворных, а затем — праздник по всей стране, во время которого вы несколько раз должны будете появиться в городе, чтобы все могли увидеть счастливых новобрачных.
— Так вот почему жених так поспешно сбежал, — в голосе Лота звенел неприкрытый смех, — кажется, тебя только что обвели вокруг пальца. Хотя, теперь я знаю, чего ожидать…
Колдунья пыталась вернуть потерянный дар речи, который пропал сразу же после бесхитростного и откровенного рассказа Азарии, описывающей то, что ждет ее впереди. Так вот почему он все скрыл от сестры, хотя сама Яснина не имела ничего против присутствия Азарии и Велиславы на церемонии. Но он отказался, якобы потакая ее желанию оставить все происходящее в тайне. А на самом деле он просто боялся, что честная и простодушная княжна проболтается и предупредит счастливую невесту обо всем, что ее ждет сразу же после бракосочетания. Колдунья резко развернулась, торопливо сбегая по ступеням.
— А вот это выражение мне очень хорошо знакомо, — тихо произнес маг, наклоняясь к удивленно смотрящей ей вслед княжне, — сейчас она будет его убивать!
— Яснина! — Азария бросилась за ней, но колдунья уже выходила из тронного зала. Немного поведя головой из стороны в сторону, она без труда нашла след князя, который очень быстро удалялся в северную часть дворца.
— Подожди, Яснина!
Девушка подобрала платье, бегом догоняя ее, но чародейка оказалась проворнее, опережая ее. Ошеломленные их поведением, слуги удивленно останавливались, то глядя им вслед, то переглядываясь между собой и недоуменно пожимая плечами. Колдунья быстро взбежала по лестнице, едва не столкнувшись с двумя спускающимися вниз мужчинами, одетыми в парадные наряды. Они поспешно разошлись, освобождая дорогу разъяренной женщине, которая разгневанной фурией пронеслась мимо. Азария изо всех сил пыталась не отставать, перескакивая через ступени и пытаясь докричаться до нее.
Они миновали несколько галерей, когда из-за большой статуи, украшающей просторный зал, торопливо высунулась мужская рука, поймала пробегающую мимо княжну за платье и втащила отчаянно сопротивляющуюся девушку в тень.
— Отпусти меня, Лот!
Яростное шипение княжны заставило колдунью невольно улыбнуться.
— Она же ему что-нибудь сделает! Или превратит во что-нибудь жуткое! А я хочу видеть своего брата в неизмененном виде!
— Позволь им самим разобраться. Обещаю, если она его проклянет, я сделаю все возможное, чтобы избавиться от последствий.
— Ты не умеешь успокаивать!
Колдунья без проблем догнала петляющего князя, который выбирал самый короткий путь, чтобы выбраться из дворца, словно пытаясь скрыть свои следы. Яснина остановилась на площадке верхнего лестничного пролета, наблюдая, как Камлен выходит из-за поворота с таким видом, будто ничего и не произошло, и не он только недавно обманом заставил ее принести свадебные клятвы. Коротко кивнув склонившимся перед появившимся словно ниоткуда князем вельможами, о чем-то беседующими у подножия широкой лестницы, он внезапно замер, продолжая смотреть перед собой уже совсем другими, удивленными глазами.
Яснина довольно усмехнулась и опустила руку. Мужчины встревожено засуетились вокруг своего правителя, который, как вкопанный, замер посреди прохода, пытаясь хоть чем-нибудь ему помочь. Но, заметив неторопливо спускающуюся по лестнице колдунью, отошли прочь, а затем и вовсе поспешили уйти, видимо, от греха подальше. Она преодолела последние ступени, останавливаясь за спиной неподвижно замершего мужчины, которого надежно удерживали на месте нити невидимого заклятия. Яснина чувствовала, как отчаянно и решительно он пытается сбросить одолевающую его силу, чтобы обернуться.