– Думаю, Гульельмо прав, – кивнул Хеммет, – с этим Ахмадом надо покончить раз и навсегда.
– Хорошо. Девушкам и профессору лучше остаться здесь, а мы с капштадцами и Фоксом пойдем в верхний город.
– Но я тоже могу сражаться! – возмутился герпетолог.
– Именно поэтому мы оставляем вас защищать наших дам, – успокоил я его.
– А вот мне показалось, что вы мне не доверяете, – насупился он.
– Вам это только показалось. Наоборот, мы доверяем вам самое ценное, что у нас есть.
Глава 7
Путь до знакомой нам пещеры, ведущей в город, занял несколько часов. Уже внизу я почувствовал легкий запах гари. Странно. Михал заверял нас, что у Ахмада людей всего ничего. Неужели он нас обманул? А если он вообще шпион Ахмада!? Как же мы были наивны. Ладно, будем смотреть на месте…
Мы прошли через склеп и оказались в зале, где совсем недавно я беседовал со старейшиной о нашей скорой казни. В стене над входом зиял огромный пролом, выбитые из него камни засыпали почти весь пол. Запах гари смешивался с запахом крови. Перешагнув через обломки, я выбрался на улицу и остолбенел. Такого я не видел с войны. Поселок был обращен в дымящиеся руины. Везде трупы, кровь…
– Десять человек не могли такого сделать… – Хеммет был потрясен
– Да, здесь что-то не так… Бьюсь об заклад у них был пулемет и ручные гранаты. Я наклонился к одному из тел. Мне показалось, что я вижу признаки жизни. Увы…
– Будьте настороже, – предупредил я, – двигаемся вдоль стены, если что, стреляем без предупреждения. Мы пошли вдоль ущелья, потрясенно разглядывая окружавшее нас побоище.
– Хоть кто-то уцелел? – спросил Хеммет.
– Не знаю. Надеюсь, что кому-то удалось спастись.
Я поднял взгляд. Над нами покачивался веревочный мост. Он вел к расселине на той стороне ущелья. Из расселины бил небольшой родник, падавший в выдолбленную снизу чашу, где женщины обычно набирали воду.
– Я поднимусь и осмотрю что там, наверху. Не хочется получить пулю в темя. Прикройте меня.
Я вскарабкался по приставной лестнице и перебежал по мосту на другую сторону ущелья. Выстрелов не прозвучало. Это хорошо.
Мостик вел к пещере с источником. На дне грота располагался бассейн, из которого и вытекал небольшой ручеек. Бассейн представлял собой выход заполненного водой тоннеля, уходившего в камень. Где-то дальше, в толще скалы, должен был располагаться достаточно обширный подземный водоем, служивший естественным резервуаром, обеспечивавшим жизнь города.
Убедившись, что в пещере никого нет, и из нее не ведет никаких дополнительных выходов, я вышел наружу и по следующей лестнице выкарабкался на край нависавшей над городом скалы. Огляделся. Вроде никого.
Но что это? Танк!! Действительно. Это машина Ляроша. Узнаю номера и знаки подразделения. Они все-таки послали нам подмогу. Отлично. Значит Лярош и спугнул Ахмада своим бронированным монстром. Я зашагал к танку. Щебень под ногами предательски зашуршал, и я чуть не упал в черневший на земле провал. Отверстие чуть больше метра в поперечнике было почти незаметно, затаившись в небольшой ложбине между пожухлых шипастых кустов. В его глубине поблескивала вода. Похоже, это как раз тот самый водный резервуар, что питает виденный внизу источник. В нем собирается дождевая вода с окрестных холмов. Византийцы строили для этого специальные цистерны, но за жителей верхнего города это сделали природные силы. Обогнув яму, я подошел к запыленной бронированной машине. Откинутая крышка люка загрохотала по броне. Оттуда высунулась голова танкиста, и я узнал комиссара итальянского правительства по делам раскопок дона Никколо ди Мартти.
– Рад видеть вас живым и здоровым, синьор Бронн. Надеюсь, впрочем, что это ненадолго… Стоп, стоп… Не надо хвататься за пистолет. А вот это правильно, поднимайте руки. Повыше, пожалуйста. Так нам всем будет куда спокойнее.
«Откуда? Каким образом?» – я был настолько ошарашен, что даже не попытался сопротивляться.
Пока высунувшийся из водительского люка Адриано держал меня на прицеле, сицилиец Розарио не спеша и обстоятельно меня разоружил. Из ложбинки за камнями показались люди Ахмада. Человек десять-пятнадцать не больше. Не так уж и много, но танк… Как они смогли его захватить? Где Лярош? Что случилось с экспедицией?
– Правду говорят люди, – вздохнул дон Никколо, – если хочешь, чтобы что-то было сделано, берись за это сам… Вы, синьор Бронн, доставили мне просто астрономическое количество проблем. Но на этот раз выпутаться у вас уже не получится.
– Но…
– Ничего больше не говорите, синьор Бронн… Адриано, Розарио, покончите с этим субъектом, и отправьте людей разведать ущелье, вряд ли он пришел сюда один. Да, еще. Как все сделаете, принесите мне голову этого языковеда-археолога, на этот раз я хочу быть уверен, что он точно мертв.
– Прости, Танкред, – вздохнул Адриано, покинувший свое место в танке, – но такова судьба, никуда не денешься. Тебе просто не повезло сегодня…
Я смог привести свои мысли в некоторый порядок и лихорадочно думал. Увы, никакой идеи, способной дать мне способ ускользнуть из рук дюжины вооруженных людей в голову не приходило. Хотя… Нет, это не поможет, верная смерть… Но с другой стороны, что я теряю?
– Послушай, Адриано, может я сентиментален, но мне не хочется, что бы ты, маневрируя танком, размазывал по камням мой труп. Да и гусеницы тебе же чистить потом. Может пристрелишь меня где-нибудь в сторонке, а? Думаю вон та ложбинка, – я указал на поросль напоминавших проволочное заграждение кустарников, – вполне подойдет…
– Мне все равно, Танкред. А гусеницы Розарио почистит, если что. Он не брезгливый, правда, Розарио? - Сицилиец перекрестился.
– Побойся бога, миланец, недостойно честного католика так измываться над трупом. Пусть отойдет в сторону.
– Хорошо, только руки подними. Я сложил руки на затылке и зашагал по щебнистому склону.
– Остановись у кустов, – крикнул Адриано, – не хватало еще потом твой труп из колючек выковыривать.
– Как скажешь, – отозвался я, – только скажи перед тем как будешь стрелять, не хочу умирать неожиданно…
Шаг, еще шаг, еще один… Адриано, ради всего святого, не торопись стрелять, буквально пара метров осталось.
– Ладно, стой, а то ты, похоже, решил в Европу ушагать.
Я зажмурился и сделал последний шаг. Подо мной разверзлась черная бездна, и я полетел в темноту… Вода оказалась неожиданно холодной, но достаточно глубокой. До дна я не достал. Вынырнув, я метнулся в сторону от зиявшего вверху пролома. Из него доносились проклятия и богохульства, адресованные темпераментными итальянцами на мою голову.
Через пару минут свет закрыла чья-то голова. Как и следовало ожидать, ничего толком разглядеть ей не удалось. Я подплыл к стене и затаился. Пещера, в которую я провалился, была так называемой карстовой воронкой. Подземный ручей выточил полость в толще известняка и когда ее свод стал достаточно тонким, он провалился, создав небольшую дыру, в которую я и упал. Но дальше книзу стены пещеры резко расширялись, так что несколькими метрами глуже она была уже добрый десяток метров в поперечнике. Получался своего рода бассейн, перекрытый куполом с небольшим отверстием.
Увидеть меня глядя в этот провал было невозможно. Однако и мне выбраться наружу самостоятельно тоже. Единственный мой шанс на спасение был в том, что кто-нибудь меня отсюда вытащит. Желательно, чтобы это были не люди Никколо. Выстрелы ударили мне по ушам. В замкнутом объеме пещеры они казались оглушительными. Но реальной опасности не представляли. Бандиты стреляли либо наугад, либо, надеясь осветить пещеру вспышками. Не выйдет, ребята, тут вам меня не достать, только если сами не прыгнете… А тогда мы еще посмотрим, кто из нас выживет.
Стрельба прекратилась. Наверху завязалось бурное обсуждение.
– Идиоты… Как вы могли такое допустить?!!
– Дон Никколо, все в порядке, ему оттуда не выбраться, сейчас мы что-нибудь придумаем…