– Ты в зеркало смотрелся?
– Не-е-ет…
Хеммет достал из кармана полированную металлическую пластинку, которую использовал в качестве зеркальца для бритья, и протянул мне. Я посмотрел и все понял. Над бровями отчетливо синел орнамент с основания статуэтки… Похоже, когда Розарио приложил ей меня во время драки, именно резная часть основания попала мне по лбу.
Мы спустились в котловину и огляделись.
– Видишь что-то?
– Да, вот следы, они пошли на северо-запад. На камнях плохо видно. Надо спуститься ниже, где заканчивается осыпь…
Взяв оружие наизготовку, мы двинулись за Хемметом. Почва стала мягче и он смог разглядеть оставленные следы получше.
– Сначала прошла толпа местных жителей. Поверх них следы людей Ахмада. Человек десять, где-то.
– А есть следы европейцев? Кроме Эльзы и Михала?
– Есть отпечатки армейских ботинок, но не поручусь чьих. Одна пара буквально выдающегося размера. Настоящий гигант. Может это кто-то из преследователей…
Издалека донеслись характерные звуки.
– Стреляют… – констатировал Фокс.
Мы развернулись цепью, и пошли дальше. Выстрелы прекратились. Где-то спустя час мы обогнули вдающуюся внутрь котловины скалу и увидели заплетенные лианами руины. Сквозь зелень проглядывали мраморные колонны, поддерживавшие заметно обветшавший фриз. Комплекс был пристроен к скале и поднимался по ее склону несколькими ярусами. Вытекавший из под утесов поток вымыл рядом с ним небольшой овраг, рассекавший осыпи, и тянувшийся в направлении центра котловины. Край оврага с годами подошел к строениям и часть построек осыпалась.
– Смотрите! - Юлиус указал на лежавшее в папоротниках тело. Судя по одежде, это был кто-то из людей Ахмада. Недалеко виднелись ноги еще одного. Растительность там и сям была примята, в траве поблескивали стреляные гильзы. Преследователи угодили в засаду и потеряли нескольких человек. Видимо их обстреляли со стороны руин. Кто бы это ни был, стрелок он хороший.
Снова затрещали выстрелы. Потом ухнул взрыв. Несколько колонн упало. Из входа в одно из зданий повалил дым. Я увидел фигурки вооруженных людей окружавших комплекс и стрелявших внутрь.
– Гранаты. Ахмад пытается выбить их оттуда! – прошептал Хеммет, – нужно атаковать его сзади.
Мы перебежками бросились к руинам и открыли огонь. Атаки с тыла бандиты не ждали, и среди них возникло замешательство. Потеряв нескольких убитыми, они укрылись за тянувшейся вдоль утеса стеной. Мы побежали к ведущему в комплекс проходу. Внутри прозвучало еще несколько выстрелов. Стена не давала видеть происходящее, но было понятно, что стреляют не в нас. Потом стало тихо.
– Есть кто живой? – крикнул Хеммет.
– Кто там? – донесся в ответ знакомый голос, – это Вы, Синклер?
– Не стреляйте, это мы…
Откуда здесь Лайвсли? Он же врач? Что он тут вообще делает? Мы вошли в проход, обогнули пару трупов и в самом деле наткнулись на доктора Лайвсли и боцмана Кробара.
– Рад видеть всех вас в добром здравии, – с истинно британской невозмутимостью приветствовал нас Алан. Честно говоря, после ранения Михала наше положение стало не слишком блестящим… Среди развалин позади я разглядел перепуганные лица туземцев.
– Вы называете это не слишком блестящим?! – возмутился Хеммет, – да еще полчаса и вас перебили бы как котят.
– В определенной степени можно сказать, вы нас спасли, – по-прежнему невозмутимо признал Лайвсли.
– А куда делись остальные бандиты? – спросил я, – их было минимум пятеро а я вижу только два трупа…
– В нашу сторону никто больше не пробегал… – насторожился доктор. Я внимательно огляделся.
– Где-то здесь должен быть еще один выход. Юлиус молча указал в сторону. Присмотревшись я разглядел вырубленный в скале проем, едва заметный среди густой растительности.
– Подземный ход…
– Их нужно добить. Хватит с нас его выходок…
– С вашего разрешения я останусь с ранеными, – заметил доктор, – с вами пойдет Сильвестр.
Он кивнул на двухметровую фигуру боцмана Кробара. Придется лезть внутрь. Надо бы поговорить с Лайвсли, но это потом. Но выяснить, что они с Кробаром тут делают и где вся остальная экспедиция мне бы очень хотелось…
Проход был узок и круто уходил вниз и в сторону. Через несколько метров мы оказались в небольшой комнатке с выстроенными вдоль стен мраморными изваяниями древних богов и героев. Скульптура Геракла была опрокинута и загораживала собой противоположный выход из комнаты. Отступавший Ахмад и его люди попытались забаррикадировать нам путь. Уронить ее было просто, но как нам ее оттащить?
Пока я размышлял, Кробар ухватил античного героя за ляжку и потянул. Каменная статуя шевельнулась. В ней же больше центнера! Никогда бы не подумал, что обычный человек способен на подобное. Мы бросились на подмогу и сдвинули сына Зевса в достаточной степени, чтобы можно было пролезть в проход. Новый коридор был еще уже и довольно извилист. Кроме того там было темно как в преисподней. Мы чуть ли не на ощупь пробирались вперед, ожидая в любой момент нарваться на винтовки или ножи Ахмада и его спутников. Какая жалость, что у нас нет гранат… Впереди забрезжил свет. Проход заканчивался. Там негромко журчала вода. Откуда-то снизу донесся жуткий вопль. Затем спешные беспорядочные выстрелы. Тишина. Звуки шагов. Кто-то со всех ног бежал в нашу сторону.
Совсем рядом звякнул металл. Этот кто-то уронил на камни винтовку. Зашуршали камни, словно он лез на стену. Я расслышал тяжелое дыхание. Потом в уши ударил жуткий крик ужаса. Он почти сразу захлебнулся. Прозвучал леденящий хруст, потом чавканье и удар чего-то мягкого и мокрого по камню. И стало очень тихо. Только мерный плеск воды доносился до нас из мрака. Можно было бы сказать, что мы переглянулись. Скорее попытались. Было слишком темно. А говорить все боялись.
Я опустился на четвереньки и пополз вперед. В конце концов, в темноте если будут стрелять, то на уровне груди, а не по ногам. За поворотом однообразие коридора нарушалось внушительной дырой в полу и правой стене. Вода подточила скалу и обрушила тоннель. Я подполз к краю пролома и выглянул. Внизу открылась небольшая пещера. До пола метра два, дальше дно грота отлого идет вниз. Судя по просачивающемуся свету там выход наружу. В полумраке я разглядел на полу винтовку. Рядом лежащее ничком тело. Точнее его верхнюю часть… Ноги были отброшены далеко в сторону. Меня замутило. Я рванулся назад, камень под рукой сорвался, я попытался удержать равновесие, но голова перевесила, и я полетел вниз. Упал на труп. Это немного смягчило удар. Но полученные мною в драке с сицилийцем ушибы немедленно о себе напомнили. Я скатился по наклонному дну пещеры на несколько метров, прежде чем смог за что-то уцепиться. Моя винтовка осталась где-то сзади. Едва сдерживая проклятья, я встал с пола. Болело все тело. Что сегодня за день такой, кажется уже ни одного живого места не осталось.
Краем глаза я увидел огромную тень, абсолютно беззвучно надвинувшуюся из полумрака. Я ухватился рукой за стену пещеры, обернулся и поднял взгляд. «Буйвол», – подумал я, – «или опять гигантский кабан. Странно, почему я не слышал звука копыт?» Существо остановилось в нескольких метрах. В темноте я не сразу смог его разглядеть. В плечах зверь доходил мне до груди. У него было массивное тело, стоявшее на толстых лапах, и непропорционально огромная лобастая голова на мощной шее. Его глаза мерцали в полумраке желтоватым цветом. Кажется, он меня разглядывал…
Мое сердце подскочило куда-то в гортань. Это был не буйвол, и даже не кабан. Это был тот самый неопознанный хищник, которого туманно и нечетко упоминали легенды и рукописи. Тот самый, что был изображен на статуэтке. И хоть в темноте я не мог его видеть отчетливо, отчего-то я в этом ни секунды не сомневался. И этот хищник был размером со среднего быка! Я могу поспорить, что одна его голова была шире, чем я весь в плечах, а ведь я человек далеко не хрупкого телосложения…
Так, спокойно. Главное не бежать… У хищников этот, как его, инстинкт преследования. Он побежит за мной, и… О, боже, да это он порвал того беднягу у провала! Порвал как ветхую тряпку! Только без паники. Ты спасся из лап льва-людоеда. Причем дважды. Да какой лев, эта тварь по сравнению со львом как бульдог против домашнего кота! Что ты меня пялишься, чудо допотопное? Я невкусный! Очень, очень невкусный. Честное благородное слово!