— Репутация не позволит. Их не раз уже пытались подвинуть. Но только они выдерживают испытание веками, как раз за счет репутации. Честь имени для них не пустой звук.
В общем, беседа дальше пошла веселей. Ализэль охотно рассказывала буквально обо всем, что интересовало Виктора. А сама не задавала лишних вопросов. Вряд ли, ей было не интересно. Скорее наоборот. Просто понимала — оно подождет. Им еще не одну неделю вместе идти.
Причем разговоры продолжили, занявшись полезным делом. Так, например, под обсуждение местной мужской моды, добивали раненых орков.
Девушка оказалась покладистой и от работы не отлынивала, что приятно удивило Орлова. В книжках он в свое время вычитал совсем иную манеру поведения эльфов. Конечно, может быть эльфийка просто не отошла от шока. Не каждый же день гибнут все, кто тебе близок и дорог, а ты оказываешься на улице. В любом случае, Виктор не мучал себя этим вопросом. Не отошла и не отошла. Тем даже лучше.
День пролетел незаметно.
Поужинали распакованными Орловым ИРП, очень удивившими девицу. Как содержимым, так и упаковкой. Но она держалась в рамках приличия и больше не срывалась как тогда с батончиком 'сникерса'.
Под финиш дня, Виктор сделал удивительное открытие. Оказалось, что каждая эльфийская стрела является артефактом. А та самая знаменитая эльфийская точность — не что иное как магия, которая перестает работать, если стрелка выжать досуха в этом плане. Ведь каждая стрела 'заряжается' и получает параметры наведения непосредственно перед выстрелом.
По этой причине, отряд магически истощенных эльфов выпустил триста стрел, но только четвертая их часть смогла хотя бы ранить орка, в которого попала. Даже несмотря на все их таланты и мастерство. Большинство же просто застряло в крепких стеганых халатах, надежно защищающих от таких неприятностей.
Глава 3
Вот уже неделю старший сержант пограничных войск Виктор Иванович Орлов находится в этом странном мире. Непривычно, конечно, но потихоньку уже начал привыкать. В конце концов, какой смысл дергаться, если никаких вариантов вернуться не наблюдается? Не девица же он томная, чтобы стенать.
Кстати, о девицах. Сопровождающая его эльфийка с каждым днем вызывает все больше и больше подозрений. Слишком уж она странно себя ведет.
С одной стороны, такой покладистой особи женского пола он не встречал никогда в жизни. Конечно, Виктор мог допустить, что это нормально для эльфов… ну или как минимум солнечных эльфов. Да еще вкупе с благодарностью за спасение. Но все, что он до того слышал и читал, шло в разрез с наблюдаемой картиной. Кроме того, поведение Ализэль отличалось явно выраженной эротичностью. Весьма и весьма провокационной. Вот и сейчас, она плескалась в заводи, образованной разливом мелкой речушки до которой за эти километры подрос ручеек. Причем не просто так, а нагишом и явно заигрывая. То на спинке проплывет, демонстрируя небольшую, но упругую, прямо‑таки точеную грудь. То нырнет, вильнув такой же изящной попкой. На его искушенный взгляд, все это напоминало примитивы, вроде принести кастрюлю наваристого борща, будучи одетой в один — единственный фартук. Его явно обрабатывали, хоть и слишком грубо, видимо, ориентируясь на его возраст.
Это все, конечно, было очень приятно и немного непривычно. Но с другой стороны, явно говорило о какой‑то заинтересованности. Любовь с первого раза… ох… простите, взгляда? Нет, он в такие вещи не верил. Что‑то тут не так. Да и для благодарности за спасение как‑то уж слишком… пошло что ли. Очень маловероятно, что у них тут так принято.
Поэтому Виктор игре Ализэль особо не мешал. Даже подыгрывал под настроение. Вот и сейчас, сидя на берегу заводи и загорая на солнышке в одних трусах, он ни в коем случае не стеснялся крепкой такой эрекции. Естественная же реакция. Даже специально старался выставить все это дело напоказ, с интересом и насмешливым лукавством поглядывая не девушку. Хотя… какую девушку? Сколько ей лет он не знал. Может уже не одно столетие, а там, в Ондостомене пал ее муж, дети, внуки, правнуки, праправнуки и так далее. С эльфами, если верить всем байкам, что о них писали в фантастических книжках, в таких делах не угадаешь.
Кроме того, Орлова волновал еще один вопрос морально — этического толка.
Дело в том, что он не мог понять: эльфы — это еще одна человеческая раса вроде негров или другой, конструктивно близкий биологический вид? Ну… как тигры и львы, к примеру. Ведь в первом случае, ситуация еще более — менее. Секс с дамой, которая старше тебя на несколько столетий хоть и не укладывался в голове у Виктора, но не вызывал принципиального отторжения. Ну… подумаешь, утешил старушку. А вот во втором случае… что же это получается? Зоофилия? Или как еще можно квалифицировать секс с другим биологическим видом? В общем, все было очень непросто.
Но несколько дней игры затянулось. Все стало слишком навязчиво и однообразно. Требовалось выводить ее на новый уровень. Захотелось, чтобы появилась интрига, да и провокации перестали быть такими откровенными.
— Слушай, — обратился он к Ализэль, когда та, покачивая обнаженными бедрами, вышла и улеглась на траву рядом. — Ты ведь дразнишь меня. Зачем?
— А тебе не нравится? — Наиграно обиделась она.
— Почему же? Довольно приятная игра. Помогает не думать о грустном.
— Теперь ты понимаешь, зачем я флиртую? Это дает много приятных эмоций и позволяет не думать о том, что случилось.
— Кто там у тебя погиб? — После небольшой паузы поинтересовался Виктор. — Муж? Дети? Внуки? — Ализэль повернулась и с интересом посмотрела на мужчину. Большие золотые глаза выглядели завораживающе. — Что? Я спросил что‑то не то?
— Почему же…
— Просто мне показалось, что ты многое недоговариваешь. Поначалу твое поведение вполне укладывалось в мое представление юной девушки. Ну… с поправкой на то, что я никогда в своей жизни не видел эльфиек. Но чем дальше, тем больше я замечал странности. Так юные девицы себя не ведут.
— Так ты же сам говоришь, что ничего об эльфах не знаешь.
— Только то, что поведала мне ты. Поправь меня, если я ошибся, но эльфийки лет до ста ведут в основном затворническую жизнь у себя дома. Учатся. Тренируются. А ты столько всяких подробностей знаешь о мире: цены, моду других народов, байки. А города? Ты так о них рассказываешь, что мне кажется, будто сама там бывала. И не раз. Трактиры, опять же. Торговцы. Для юной особы, сидящей под надзором родителей, это все нереально. Кроме того, форма игры. Для тебя явно не вновь соблазнять.
— Может быть у меня талант, — пожала плечами Ализэль, без малейшего даже намека на стыд или смущение.
— Возможно. Но оставим его за скобкой. Я допускаю, что эльфы иначе ведут себя. Но юная девушка не станет так играть. Для нее сексуальное возбуждение еще слишком интимно. Она полна грез. А потому, если и станет соблазнять, то иначе. Например, ночью прижмется, вроде как случайно. И вообще, станет действовать исподволь, наблюдая за реакцией. Ей ведь больше нужен не столько физический секс, сколько душевная близость. Одного другого не исключает, но….
— А я?
— А ты действуешь как опытный хищник, прекрасно контролирующий свое тело и эмоции, что говорит об опыте и зрелости.
— Интересное определение зрелости, — усмехнулась Ализэль. — Иные люди и в больших годах… все еще не в силах себя обуздать.
— Тут сложно спорить. Не ко всем с возрастом приходит мудрость и зрелость. Кто‑то так зелепушкой и умирает.