— Мил человек, что с тобой произошло, и куды идешь? Святозар шагнул ближе, схватился руками за края повозки, чтобы не упасть и больным голосом ответил:
— Я иду в город Колядец, к воеводе Творимиру. Не знаете, далеко ли до города.
— Да, далече, отсюды день пути не меньше…, а то кабы и не больше, — сказал мужик с ковыльными волосами. — Мы в Колядец едим на базар, садись к нам, довезем. — И, обратившись ко второму мужику, добавил, — Белян, отодвинь там пару бочонков, пущай он ляжет, а то гляди, как его качает, захворал видно. Белян невысокий, коренастый, молодой мужчина спрыгнул с облучка и стал перекатывать внутри повозки бочонки, освобождая место.
— Ложись, — сказал он, и показал на высвободившееся место в повозке, устланное соломой. Святозар немедля принялся лезть в повозку, а Белян заботливо подгреб соломы ему под голову и положил под нее небольшой плащ, чтобы было удобней лежать. Правда, ноги наследнику не удалось выпрямить, оно как внутри повозки было мало место, потому он их подтянул под себя. Белян уселся на прежнее место, мужики тронули поводья и поехали, а Святозар тотчас закрыл глаза и уснул. И опять перед его глазами плыл черный туман, а в нем крутились, переливались желтые, красные и синие круги. Внезапно повозку тряхануло на какой-то ухабине, и наследник болезненно застонав, открыл глаза, и сел, да посмотрел на дорогу, которую оставляла позади себя повозка.
— Гляди Волк, — пробасил Белян. — Кажись навстречу дружина воеводы Творимира идет.
— Не-а…, — ответил более высоким голосом Волк. — Это не воевода впереди. Святозар услышал разговор мужиков и обернулся, и сейчас же душа его радостно закричала и также радостно закричал и он, сам… Потому как мгновенно признал в движущейся навстречу им дружине, восседающего впереди на рыже-чалом Удальце правителя Ярила, а рядом с ним ехавших на гнедых жеребцах Храбра, Дубыню и Стояна.
— Остановите! Остановите! — еще громче закричал Святозар, и тут же спрыгнул с повозки, но не рассчитав свои силы приземлился не на ноги, а на колени, да чуть было не стукнулся головой о дорогу. Наследник с трудом поднялся на ноги, потирая разбитые колени и морщась от боли и слабости, а затем развернулся, и так как мужики остановили повозку и удивленно взирали на него, все еще качаясь, поспешил навстречу приближающейся дружине.
— Отец! Отец! — выкликнул Святозар и побежал по дороге, но сделав всего лишь несколько шагов, остановился и прерывисто задышал… нет сил у него, уже не было ни идти, ни бежать. Святозар видел, как отец резко остановил своего Удальца, как поспешно спрыгнул с коня, сразу узнав, в этом покачивающемся и исхудавшем юноше, своего сына и побежал к нему навстречу. Он в мгновение ока подскочил к наследнику, остановился в двух шагах от него и пронзительно глянул. Святозар видел, как дрогнуло лицо отца, как широко он раскрыл свои руки и тихо шепнул:
— Сынок, родимый мой, мальчик мой! — и шагнув вперед, заключил наследника в объятья. — Мальчик, мальчик мой, дорогой мой сын! Живой, живой! Слава ДажьБогу! Святозар прижался к отцу и почувствовал, как замерла внутри него душа. Он тяжело вздохнул, а когда правитель выпустил его из объятий, ухватился рукой за плечо отца, посмотрел в родное лицо и улыбнулся.
Правитель протянул руку, другой придерживая покачивающегося сына, нежно погладил его по волосам, провел пальцами по шраму и дрогнувшим голосом, спросил:
— Мальчик мой, что с тобой случилось? Кто так издевался над тобой?
Какой ты изможденный, измученный.
— Отец, я все расскажу, — все еще улыбаясь, ответил наследник. — Но потом, потом. Сейчас я так устал, я летел к вам, я так торопился….
И не рассчитал свои силы… Давай оставим пока все разговоры, потому, что мне нужен отдых, у меня нет сил.
— Да, да, мой сын, конечно, — правитель вновь обнял наследника, и теперь и сам тяжело вздохнул. — Главное, что ты жив и рядом. Лишь только отец выпустил из объятий Святозара к нему тут же подошли наставники, Стоян и други. Первым в объятья его принял Храбр, он также как и отец, долго смотрел ему в лицо, гладил по волосам и тревожным взглядом переглянулся с правителем.
— Что с тобой случилось Святозар? — поспрашал Дубыня, перехватив его из объятий Храбра.
— Ох! — выдохнул наследник, чувствуя, как перед глазами сызнова появился черный туман, а ноги вновь предательски дрогнули. Стоян недовольно, что-то буркнул на отца, потому как увидел оседающего на землю Святозара, лишь Дубыня выпустил того из своих объятий. Он поспешно положил руку Святозара к себе на плечо, а после голосом старшего, на пару с Храбром принялся разгонять другов, которые желали лично поздороваться с живым, но утомленным наследником.
— Святозар, — вопросил его Храбр, когда недовольные други ушли к брошенным ими лошадям. — Ты сможешь продолжить путь верхом или нам надо ставить стан. Наследник, придерживаемый Стояном, и чувствующий, что еще немного и все, он уснет прямо тут, все же пересилил себя и спросил:
— А до Колядца сколько ехать?
— Да, день пути не меньше, — не мешкая проронил правитель, и, подойдя к сыну, встав рядом, огладил его взлохмаченные волосы.
— Ну, тогда лучше стан ставить, — молвил наследник, уже почти не чуя под ногами землю. — Я не доеду, у меня совсем нет сил…
— Дак, худой какой, — заметил, точно выдохнул Дубыня и покачал головой рассматривая Святозара. — Откуды ж силы, мой мальчик… Я ж тебе сейчас мясца отворю, ты и покушаешь.
— Ой! нет, нет! Только не мясцо, — скривив лицо и передернув плечами, откликнулся Святозар. — Ни в каком виде, ни в жареном, ни в вареном, ни в сыром… Нет, добрый мой наставник, лучше умори меня голодом, чем мясо.
— Так, — громким голосом, скомандовал Храбр. — Давайте тогда станом становится. Стоян помоги Святозару дойти. Искрен, Сем быстро костер разводите, чтоб он обогрелся, а то верно он перемерз, так гляди и вздрагивает весь. Дружина послушно стала спешиваться, и, сходя с дороги, ставить стан, Храбр же направил свою поступь к повозке прямо к изумленно замершим в ней Волку и Беляну, дотоль неотрывно глазеющим то на наследника, то на правителя. Придерживаемый Стояном, Святозар сошел с дороги, и пока Искрен и Сем поспешно разводили костер, обозрев лицо друга, по-теплому ему улыбнулся.
— Друг мой дорогой, Святозар, — с болью в голосе молвил Стоян. — Где ты был? Что с тобой случилось?
— Как где? — легохонько засмеявшись, откликнулся Святозар. — Где я был… в Пекле. Куда шел, туда и попал. Правитель, услышав ответ сына, торопливо подошел к нему да подушечками перст, нежно, провел по его левой щеке, негромко протянув:
— Ты, даже с Пекла вернулся прежний… все шутишь.
— А то… отец, — переставая смеяться, так как почувствовал, что уже и от смеха он теряет силы, ответствовал Святозар. — Ведь там в Пекле есть те, кто тоже любит шутки…
— Что? — взволнованно переспросил Стоян.
— Точно, точно говорю, — сказал наследник, и, оторвавшись от плеча Стояна, да сделав пару неуверенных шагов к костру, который уже развели други, тяжело опустившись на землю, лег на спину. — Вий тоже любит пошутить… И еще он обещал мне прислать приглашение, когда они достроят Гостинный двор… — Святозар протяжно вздохнул и улыбнувшись, добавил, — но я Стоян не пойду в гости… Потому как хоть и Вий будет мне рад, но Чернобог и Пан вряд ли усадят меня за стол. Святозар тихонько засмеялся, однако зыркнув в озадаченное лицо Стояна и нескрываемо расстроенное лицо отца, чуть слышно отметил:
— Ну, чего вы, я ж пошутил, — и перестав смеяться, смолк.
— Сынок! — правитель подошел к лежащему на земле наследнику, опустился подле него на присядки, и, оглядев его беспокойным взглядом да заботливо ощупав, проронил. — Ты наверно захворал, давай я прошепчу заговор.
— Нет, отец, я не болен, я очень устал, — ответил Святозар и воззрился прямо в зеленые, наполненные любовью и тревогой глаза правителя. — Еще вчера, утром, я был около Лучедара. Обратившись в орла, я летел к вам навстречу… Еще вчера я выбился из сил, а сегодня они и совсем иссякли. Так, что… так, что мне пришлось отлеживаться на земле…. Сегодня мне нужен отдых, мне нужно полежать, и тогда завтра с утра я смогу продолжить путь.