Бешеный взгляд барлумы обещал мало хорошего.
— Вам известно, что наша драгоценная лиданум выложила Ми-Грайону все на блюдечке с золотой каемочкой! — с места в карьер зашипела Лэркен. — Кто ее просил, дуру эту, так откровенничать! Уж не вы ли со своими телепатическими штучками?
— А я тоже не мед и не сахар в инфосфере хлебаю! — обозлился Ольмезовский. — Что вам нужно от меня?
— Сами знаете что! — заявила Лэркен Тойвальшен. — В который раз повторяю: верните мне все генетические материалы клана! Всех детей, рожденных с помощью этих материалов! Хватит кормить меня пустыми обещаниями!
— Вы не понимаете…
— Нет, это вы не понимаете! — голос Лэркен барлумы дрожал от плохо сдерживаемой ярости. — Хватит! Хватит с нас роли подопытных животных в ваших с Ассирэн лиданум проектах. Хватит с нас детского транспортника и природных катаклизмов на Тойвальнорпе, Шлатирмле и Хальссунморрне! Я не желаю больше вести с вами дела!
Вначале Джейни, теперь Лэркен. Прямо невезение какое-то, проклятье!
— Вы слишком самонадеянны, — заметил Ольмезовский. — Я не собираюсь возвращать вам даже прошлогодний снег! С какой стати?
Лэркен Тойвальшен наотмашь хлестнула его ладонью по лицу. Хорошо еще, что без когтей! Ольмезовский с трудом поднялся на четвереньки, стирая бегущую из носа кровь.
— А дальше будет только хуже, — ласково утешила его Чужая, наблюдавшая за его безуспешными попытками подняться на ноги. — Изувечу!
— Сволочь, — выдохнул он, поднимая голову.
В то же мгновение взорвалась в его сознании протонная торпеда, начиненная чистейшей болью. Ответный удар генератора пси-помех едва не выжег ему мозги! На какое-то время Ольмезовский полностью утратил контроль над своим корчившимся телом. Проморгавшись, он обнаружил, что висит, не доставая ногами до пола, и дышать ему абсолютно нечем.
Лэркен Тойвальшен безо всяких затей держала его за глотку, свободно удерживая почти стокилограммовый вес его тела в одной руке!
— Я предвидела телепатическую агрессию с вашей стороны, — самодовольно ухмыльнулась она. — Потому-то и решила всегда носить не один защитный прибор, а сразу несколько. Больше двух, имейте в виду.
С этими словами она отшвырнула терранина к стенке, по которой он и сполз вниз, с изумлением обнаружив, что шея не сломана и вроде даже способна еще двигаться. Жесткая, совсем не женская хватка оставила на горле болезненные следы; к завтрашнему дню, можно не сомневаться, они превратятся в шикарные синяки.
— Итак, — продолжала Лэркен Тойвальшен, — вы возвращаете мне все генетические материалы, относящиеся к клану Тойвальшенов. Всех рожденных в ваших лабораториях детей с генокомплексами клана тоже. Как — ваши заботы. И с этого момента все наши взаимные обязательства аннулируются. А иначе я вас уничтожу! — она нависла над ним и брезгливо потыкала носком ботинка как падаль. — Я не оставлю от вашего "Клонэйда" даже пепла, это я вам обещаю!
Никого еще в жизни он никого не ненавидел так, как Лэркен Тойвальшен! Но… Барлума Арх Геда — это не выскочка-тарг, с которым справиться можно одной левой! Это ходячая машина-убийца, терминатор, хуже любого киборга! А сам ты… седьмой десяток недавно разменял, е-мое!
Но безудержная ярость уже безрассудно поднимала его на ноги.
Лэркен Тойвальшен поджидала его с улыбочкой на губах.
Стремительная, хищная, по-своему красивая той особой грозной красотой, что всегда отличала женщин-бойцов клана Тойвальшенов…
Ольмезовский вложил в ответный удар всю свою ярость. Никого в жизни он еще не ненавидел с такою яростной силой. И в ответный удар он вложил эту ненависть, всю, без остатка, мало заботясь о том, что барлума с ним сделает, если удар не достигнет цели.
Результат превзошел все ожидания!
Лэркен Тойвальшен унесло прочь и с силой грянуло о стену, враз покрывшуюся паутиной подозрительного вида трещин.
— И не вставай, — сказал Ольмезовский женщине, перевернувшейся на живот в тщетной попытке подняться. — Ты заплатишь за все, дрянь! Я этого так не оставлю!
Ответом ему было злобное шипение, которому позавидовала бы любая терранская гадюка. Не дожидаясь покуда Лэркен встанет и подробно разъяснит ему значение своего шипения, Ольмезовский повернулся и пошел прочь.
На лестнице ему стало совсем худо. Волной накатила тошнотворная слабость, очень сильно закружилась голова… Он осел на ступеньки и его вырвало утренним завтраком пополам с кровью.
Утираясь, он обескуражено думал о том, что же с ним произошло.
Ответный удар пси-защиты Лэркен Тойвальшен отсек его от инфосферы. Благодарение Богу, что перед тем он успел собрать себя на внеплановую верификацию! Иначе этого удара он бы точно не пережил.
И в отрыве от инфосферы провел он целых полчаса — время, которое не выдерживал еще никто из перворанговых. Факт, с которым следовало детально разобраться.
Наверное, все-таки ярость помогла ему продержаться, ярость и безудержная ненависть к Лэркен барлуме. Он забыл об инфосфере, забыл обо всем и думал только о мести!
О второй своей паранорме вспоминал он ныне редко, но забывать совсем о присутствии психокинетического домена в собственном же геноме, право же, не стоило.
Временная блокировка телепатической паранормы вызвала скачкообразный кратковременный всплеск синтеза псикинозона. И ответный удар с выхлестом психокинетической энергии был страшен! Потому-то грозная барлума и лежала сейчас пластом с гудящей головой, не спеша подниматься. Чудо, что вообще в живых осталась. А жаль, что не сдохла! Проще бы тогда было.
Психокинез забирает очень много энергии. Особенно у ограниченных по какому-либо аспекту линий. За удовольствие подбить глаз Чужой барлуме пришлось расплатиться головной болью, тошнотой и общей, резко наступившей, слабостью во всем теле.
Ольмезовский искренне надеялся, что Лэркен Тойвальшен выберется наружу нескоро.
Противник из него был сейчас абсолютно никакой. Тряпка на ватных ногах. И кровь из носа хлещет!
Проходившие мимо воины живо подхватили его под руки и доставили его в медцентр.
— Кто это вас так? — полюбопытствовала Спавьюла Мин-лиа, включая медсканер.
— Лэркен Тойвальшен, — объяснил Ольмезовский немного гнусавым голосом, безуспешно пытаясь остановить бежавшую из носа кровь.
— Уберите руки! — приказала сэлиданум, подходя к нему с каким-то подозрительным на вид прибором. — Что вы с этой сумасшедшей не поделили?
— Это, — сказал он, — я расскажу только вашему а'дмори абаношу! Именно он обязан улаживать подобные конфликты, не так ли?
— Именно так, — раздался от порога голос Орнари Ми-Грайона. — Что здесь происходит?