Тера открыла дверь и вышла на обзорную площадку рядом с лифтами в город. Обвела камерой яркие огни ночного города.
– ...Суторедж!
Внизу расстилалось море. Цифровое, флуоресцирующее, пульсирующее, как сердце. В путах разметки дорог, с сигналами фар и турбин гравикаров, с импульсами скользящих по стенам лифтов, с маяками рекламных щитов и вывесок. Подсветка плоских крыш вспыхивала голубоватым каждую минуту, складывая квадраты в узоры. Даже крыши здесь – жили.
Руд почувствовал, что ему не хватает воздуха. Ничего подобного он раньше не видел – третий мегаполис был серым и строгим, как форменная броня, а пульсация огней в трущобах больше походили на агонию, чем на жизнь.
Крыши подмигнули им. Собрались в смайл и моргнули правым «глазом».
– Ваша аудитория только что увеличилась в полтора раза, – сообщил виртуальный помощник.
– Неплохой старт, – улыбнулась Тера.
Лифт понес их вниз, и по мере приближения к земле восторг Руда затихал. Выщербленные стены покрывали граффити, разноцветный неон уже не подмигивал, а то и дело гас, лишая вывески то одной, то другой буквы; скачки напряжения заставляли виртуальные окна трещать и покрываться рябью; подсветка отвлекала внимание от скользящих гравикаров, отчего те надрывно сигналили, заставляя обитателей жаться к стенам; да и сами здания здесь, внизу, превратились из величественных в подавляющие – поднять голову, и небо теряется в черных громадах и разноцветных сполохах.
Вдобавок, каждый владелец каждой дрянной лавчонки и кабака считал своим долгом включить собственную музыку, отчего отзвуки и отголоски на улицах мешались в жуткую какофонию.
– Поэтому я и люблю космос больше, – шепотом сказал Зэрц. – Сверху даже помойка будет красивой... По крайней мере, потому что ты сидишь не в ней, а в своем удобном кресле.
Дверцы плавно отворились, и тут же раздался выстрел.
С крыши ближайшего паба свалился какой-то парень.
– Неудачная попытка номер раз, – оценила Тера, убирая пистолет. – Слишком ожидаемо, ребята, слишком.
– Оп, еще один, – Зэрц толкнул ее обратно в лифт, выстрелил и заржал. – Даже выйти не дают. Ну просто классика дебильных игр!
Ближайшая многоэтажка смотрела на дорогу, к которой приехал лифт, десятками балконов. Секунды хватило, чтобы понять, что оттуда очень удобно расстрелять незадачливых гостей Сутореджа.
– В обход, – скомандовал Руд.
– Нет, – в один голос ответили Тера и Зэрц.
Они как-то по-особому, очень понимающе переглянулись.
– Настоящие герои не бегут от опасностей, – добавил Зэрц с наигранной патетикой.
– Сделаем красиво, – шепнула женщина. – Все обратно.
Как они успели заметить двух стрелков на крыше, Руд не понял. Поэтому предпочел всего лишь слушаться.
Тера перевела лифт полностью на ручное управление, бормоча себе под нос: «Никогда не повторяйте это, дорогие зрители», но при этом весьма удачно «засвечивая» процесс взлома. Руд опустился на колени спиной к улице и развел локти, блокируя двери.
– Держишь? – спросила Тера.
Створки заскрипели, пытаясь сомкнуться. Панель замигала предупреждениями.
– Да.
– Пригни голову.
– И?
– И надейся, чтоб не стреляли по пяткам и хвосту, бронированный наш. Доктор, на вас транспорт.
– Понял.
Тера неопределенно пошевелила пальцами, глядя то на Зэрца, то на Руда. И старик каким-то образом понял ход ее мыслей.
– Я за ним не спрячусь, слишком большой, – он занял позицию за полураскрытой створкой.
– Ты верх, я – низ, – кивнула Тера, пристраиваясь прямо напротив ящера. – Извини за неудобство... – она перевесила передатчик со своей шеи на его, камерой на спину. – Ты сегодня щит.
– Не волнуйся, мы их раньше снимем, – добавил Зэрц, презрительно фыркнув.
Руд непонимающе вскинул голову, Тера шикнула и опустила ее обратно.
И скомандовала доктору ехать.
Сначала раздался выстрел, потом крик. Какая-то ругань.
– Первый пошел! – азартно выкрикнул Зэрц.
Инстинкты требовали немедленно развернуться и бежать к врагу, но земля уже осталась внизу, да давила локтем на шею Тера, ежесекундно стреляя.
– Ты мажешь, детка!
– Я привыкла к винтовке!
– А я к ракетнице!
– Руку выше!
– ...Но мы только на первом уровне!
Пуля чиркнула прямо по наплечнику. Испуганно ойкнул доктор. Руд смотрел в пол и ненавидел все живое. Выступать в роли укрытия ему еще не приходилось.
– Стоп!!!
Корби вмазал по панели так, что даже сигналка замолчала. Выстрел спустя Тера уже, как так и надо, выхватила пистолет Руда. Лифт дернулся вверх и вновь застыл – капсула с очередного балкона разбилась где-то внизу.
И вроде бы она была не первой, но все происходило слишком быстро.
– Я ее заметил! – радостно сообщил Корби.
– Вверх! – Тера снова выстрелила и похлопала Руда по плечу. – Немного осталось. Вверх!
– Есть!
– В этого мы вместе попали!
– Вверх!..
– Да все уже.
– А?..
Тера отползла от Руда и вздохнула. Посмотрела на Корби, возившегося с панелью.
– Разгибайся, ящер, – хохотнул Зэрц. – Погляди на поле боя.
Тера расстегнула толстовку и принялась запихивать в свой пистолет новые капсулы из внутренних карманов.
– Скажи что-нибудь крутое, – шепнул Зэрц. – Не зря ж старались.
Руд сказал. Сказал такое, за что в детстве как-то два месяца драил всю квартиру и лестничную площадку. Вырвалось.
Несколько тел свисало, перегнувшись через балконные перила. Еще пара человек валялась на земле. А Тера и Зэрц... смеялись. О чем-то шутили, что-то говорили в камеру, сняв с его шеи передатчик.
Створки захлопнулись и лифт покатил вниз.
Руд ничего не понимал. Никто не среагировал на стрельбу, даже зеваки не появились. Внизу по-прежнему мешалась разная музыка и мигал неон.
– Они... мертвы? – спросил Корби.
Тера хмыкнула и покачала головой.
– Наш доктор – большой добряк, – важно заявила она в камеру, когда харттикер побежал к ближайшему телу.
Неспешно двинулась следом.
– Они мертвы? – остановив Зэрца жестом, спросил Руд, пользуясь тем, что камера на них не смотрит.
– Как же, – фыркнул пилот. – Видишь жилеты?
Руд не видел. Точнее, не видел в них ничего необычного, – такие половина штаба носила.
– Бьют током и частично парализуют, если... хм, если тебя убивают.
Словно в подтверждение его слов, парень этажом выше что-то пробормотал, цепляясь за перила.
– Ваше время смерти зафиксировано, – строго произнес металлический голос. – Не шевелитесь во избежание травм.
– Винтовки есть? – крикнул Зэрц.
– Н-нет...
– Тогда патроны скидывай. И бабло... Ну, скинь, лень подниматься.
– П-пошел ты...
Зэрц выстрелил.
– Время восстановления увеличено вдвое.
Парень попытался отползти в сторону и заорал от боли.
– Ну, скинь, не хочешь же неделю обездвиженным валяться... Так-то лучше. А в виртуале весь микрофон исплюешь, пока доорешься...
– Здесь еще и гравитационные подушки! – воскликнул Корби, ворочая лежащего и слабо сопротивляющегося противника с бока на бок. – Ив, я хочу такой! Ты можешь блокировать эту штуку с парализатором?
– Могу попробовать...
– Собственность торгового совета, – сообщил виртуальный помощник. – И ваша аудитория увеличилась еще на две тысячи двадцать девять зрителей.
– Да плевала я на торговый совет. Мы здесь из-за Крипториума.
– Я вынужден включить защитн... Сорок новых зрителей за секунду. Добро пожаловать на Суторедж.
– Ну, парень, тебе повезло, что свалился, – сообщила Тера, отбирая у врага пистолет. – Давай, стаскивай, пока торгаши не передумали...
– Да нет никакого Крипториума, – фыркнул парень. – И не было никогда. Только торгаши и остались.
– Ты не романтик.
С трудом соображая, Руд наблюдал, как паренек, бормоча ругательства, снимает жилет с аккуратной эмблемой Сутореджа и передает его харттикеру. Ближайший рекламный щит уже показывал не каких-то танцующих землянок, а их, Руда, Зэрца, Теру и Корби, – кто и когда уже успел нарезать и запустить ролик?..