- Куда мы несемся, будто веды напали? - тяжело пропыхтела Выля, прыгая сразу через три ступеньки, чтоб поспеть за прыткой спутницей.
- Постоишь на стреме, - лаконично объяснила Клима.
- Ты опять задумала дикую авантюру? За Герой будем заходить?
- Нет. Мне просто нужен человек, который проследит, чтобы никто не приперся в спальню, пока я буду копаться в тайнике. И ты, моя "левая рука", подходишь для этого лучше всех.
- А, так весь переполох из-за той рыжей восьмигодки в столовой? Значит, я догадалась правильно, она тоже с нами и, похоже, привела новичка.
- Да, но пока что о ней забудь.
Выля кивнула и сосредоточилась на беге. Климе нравилась эта ее черта - не задавать лишних вопросов и уметь промолчать в нужный момент. Гера бы прицепился, словно полевой клещ, и не отставал, пока все не выяснил. Также Выля была осторожна, сообразительна и крайне сметлива. Но жутко трусила временами, а потому "правой рукой" не могла стать по определению.
Выля осталась топтаться в дверях и поглядывать на коридор, а Клима ловко залезла под свою кровать и отодвинула в темном нутре днища несколько хитро закрепленных досточек. Этот тайник девушка придумала еще четыре года назад, когда начала активно заниматься привлечением сторонников. Матрасы в Институте меняли ежегодно, полы в спальнях - раз в несколько лет. А вот массивные кровати обещали служить еще не одному десятку поколений. Поэтому Клима с помощью башковитого и искусного в ремеслах Геры сделала в своей кровати двойное дно, куда прятала все ценное и крайне запретное. Чего там только не было! Старинные летописи пятивековой давности, сильфийские брошюрки (примерно такого же возраста), плоский медный кулон с древними письменами, целый чулок массивных золотых монет, вырученных благодаря одной удачной и противозаконной авантюре. Клима такими делами больше не занималась, опасно для таланта, можно и утратить. Он дан ей на благо народа, а не для личной выгоды. Самое главное Климино сокровище лежало в плотной картонной коробке, тщательно перевязанной тесемками. Но девушка сейчас пришла не за ним. Она пошарила рукой сбоку и достала узкий острый кинжал с локоть длиной, инкрустированный перламутром, в самодельных кожаных ножнах. Клима удовлетворенно хмыкнула, запихала кинжал в казенный сапожок, задвинула досточки обратно и вылезла наружу.
Неучтенным оружием девушка разжилась два года назад, когда их, еще семигодок, возили на границу, смотреть "взаправдашние" бои, как выразилась Арулечка. Зрелищ им тогда и впрямь хватило на много месяцев вперед, а особо впечатлительным, судя по слухам, до сих пор кошмары снятся. Климе битва тоже не понравилась, но она больше жалела не убитых, а загубленный стратегический план. Ее талант позволял чувствовать слабые места противника и бить по ним. А на границе все было... бестолково. Немного повзрослев и поинтересовавшись дополнительной литературой, Клима поняла, что сражение полностью соответствовало правилам военной тактики. И ей не стоило бы впредь бездумно полагаться на свою хваленую интуицию, не ознакомившись предварительно с теорией, которую тоже не глупые люди писали. Когда битва закончилась, и за воспитанниками перестали так тщательно следить, Клима тайком пробралась на утихшее, омертвелое поле боя и стащила у павших некоторые ценные вещи, включая и этот кинжал.
- Никого, - гордо сообщила Выля от дверей, заметив, что ее обда вылезла из тайника.
Клима нервно кивнула.
- Скажешь остальным, что мне стало лучше, и я вышла погулять в сад. Как стемнеет, спустишься туда сама, якобы беспокоясь обо мне. Поняла?
- Ага. Мел брать?
- При чем тут мел? - переспросила Клима.
- Ну как же! В саду ты наверняка скажешь, что тебе снова "плохо", а для достоверности я должна буду тащить тебя в спальню на виду всего Института. Если при этом у тебя будет румяное лицо, нам никто не поверит! И вообще, Клима, по-моему, ты чересчур таишься. Никто и не подумает, что ты могла кому-то назначить встречу, да еще и политически вредную. Ты ведь у нас известная фанатичка. Поговаривают даже, что ябеда...
- Мое чутье говорит: лучше перебдеть. Пока не время заявлять о себе в открытую, - Клима присела на кровать, сжав пальцами деревянную спинку. - Я еще не готова, Выля. И потому не разубеждай Гульку, когда она сплетничает, что я обо всем доношу учителям. Мне стоило некоторых усилий убедить всех в моей слепой верности Ордену.
- А когда придет время? - Выля тоже села, напротив. - Четыре года прошло!
- Вы с Герой что, сговорились? - Клима властно сверкнула глазами. - Или вы перестали в меня верить?
- После всех знамений и доказательств? - всплеснула руками Выля. - Клима, не городи чушь! С тех пор, как ты нашла кулон и диадему, мы пойдем ради тебя на все!
Клима не стала спорить, она знала о преданности своих союзников. Просто ей захотелось, чтобы Выля напомнила об этом и себе.
...В саду почти на все лето поселился сладкий прохладный аромат - цвела красная сирень. Пестро-малиновые соцветия в темно-зеленой оправе клиновидных листьев приковывали взгляд, на них хотелось любоваться вечно, словно на текущую воду. Клима не слишком любила красную сирень - гораздо больше ее сердце трепетало от свежесорванных ландышей в хрустальных слезинках росы - но всякий раз отдавала должное броской красоте и ненадоедающему запаху неказистых порознь, но роскошных скопом цветков. В сад девушка даже заглядывать не стала. Ее путь лежал мимо, на летное поле, к оружейному сараю. Сейчас там было пусто: уроки завершились, а до назначенной встречи еще оставалось изрядное время. Клима всегда приходила заранее. Она зашла в сарай, поправила кинжал в сапожке и приготовилась ждать. В отличие от многих, Клима любила ожидание. В такие минуты можно остановиться, замедлить бесконечную круговерть событий, задуматься о вечном или просчитать свои действия на несколько шагов вперед. Ожидание - пауза, которая дается для извлечения уроков из прошлого и составления планов на будущее. А вовсе не для пустой болтовни и нервотрепки, как красноречиво пытался заверить ее однажды Гера. Сейчас, например, Клима продумывала, что станет делать, если в сарай принесет кого-то из наставников. Нежелательно, конечно, ну а вдруг?
Надо будет сделать круглые глаза и сообщить, что ее послала сюда какая-то встреченная в коридоре незнакомая наставница. Увидела, да как заорет: "А ну марш в сарай ортоны точить!" Какая наставница? Незнакомая, я же сказала. Как выглядела? Не помню, светловолосая вроде. Или рыжая. Нет, коротко стриженая в лиловом платье. Ха, и пусть они с ног собьются, разыскивая такую! А Климе ничего не будет. Как, впрочем, и всегда. Но не стоит задаваться, ибо можно наделать глупостей.
Снаружи донеслись торопливые неуверенные шаги. Клима насторожилась и прислушалась.
- Она точно придет?
- Точно! - голосишко рыженькой восьмигодки был сердит. Видимо, подружка уже надоела ей со своими вопросами.
- А как она выглядит?
- Ты видела ее! Высокая тощая девятигодка с длинным носом.
- А, вот как ты про нос сказала, я сразу ее вспомнила. Бедняжка, как же ей живется с таким...
Клима терпеливо дослушала все их сплетни до конца. Она никогда не пренебрегала лишними сведениями. А за "длинный нос" перестала мстить еще на третьем году. Хотя до того...
- Доброго вечера, - прохладно поздоровалась Клима, одновременно с этим приоткрывая дверь сарая. Девочки от неожиданности подпрыгнули, а рыжая густо покраснела. - Заходите внутрь.
Воспитанницы устроились поудобнее, если вообще можно было удобно устроиться на низеньких трухлявых лавочках, над которыми точили и маслили ортоны. Клима сразу взяла инициативу на себя.
- Я рада познакомиться с тобой очно, Лейша.
- А разве ты раньше слышала обо мне? - удивилась спутница рыжей.
- Нет. Только твое имя. Но тем приятнее нам узнать друг друга. Не каждый день знакомишься с хорошим человеком. Я верю, Лейша, ты хорошая, и меня не подведешь.