После сеанса ко мне подошёл владелец клуба.
– Что это ещё за разговоры о твоем уходе. Почему я ничего не знаю? – спросил он.
– Потому, что я сам ещё ничего не знаю, – ответил я.
– Тебя переманили? Чем? Скажи, и мы сможем договориться.
– Об этом можешь не думать. Никто меня не переманивал. Да и здесь меня всё устраивает.
– Тогда что? Возвращаешься в «Муравейник»?
– Не для того я оттуда ушёл.
– Понятно… Проблемы? Ты, если что, скажи. Я ведь тоже здесь кое-кого знаю, и если смогу помочь…
– Спасибо, – ответил я, – но с этим делом я должен справиться сам.
– Понятно… Тогда удачи… И знай, что здесь тебя всегда рады видеть.
– Спасибо… Я всё же надеюсь, что никуда не денусь.
– Я тоже.
На этом разговор закончился.
7
Приглашение не заставило себя долго ждать. Оно появилось буквально через несколько дней после сна. Появилось прямо на моём ноутбуке, где его и нашла Грация. Конечно, я подумал, что Грация притащила конверт с приглашением, а потом сама же и «нашла» его на ноутбуке. Но я отогнал эту мысль. При желании ведь можно открыть любой замок. Само «желание» говорило о стремлении произвести на меня впечатление. И они бы произвели, не будь я поэтом торчков, насмотревшимся на всевозможные понты. Так что их старания, если они вломились в квартиру не из страха перед тем, что письмо не дойдёт по почте, пропали даром.
– Этого и следовало ожидать, – назидательно сказала Грация, вручая конверт. И, как ни пыталась скрыть, было видно, что она расстроена. Из-за меня.
– Я тебя люблю, – сказал я, и попытался обнять, но она отстранилась.
– Теперь уже не надо, – ответила она, и её глаза заблестели от слёз.
– Я ещё жив.
– Вот именно. Ещё. И ведь я говорила, чтобы не лез…
Она отвернулась и торопливо вытерла слезу.
– Любой из нас может сдохнуть в любой момент – так устроен этот мир, так что давай не будем растрачивать время на всякую чепуху, – сказал я, обнимая её сзади.
– Мне надо идти, – бросила, отстраняясь, Грация и торопливо вышла из квартиры. Я так и не понял: ушла она, чтобы не показывать чувства, или помчалась докладывать о приглашении начальству.
Минут через тридцать она позвонила.
– Тебе сообщили, где, с кем и когда ты должен встретиться? – спросила она деловым тоном.
– Ещё нет.
– Прежде, чем куда-то идти, позвони мне.
– Хорошо.
– И ещё. Ты сообщил Диве?
– Нет.
– И не сообщай.
– Не буду.
– Тогда до встречи.
Я и сам не хотел ничего сообщать Лене. Если она не при делах, то нечего её втягивать; а если одна из них, то и так в курсе. Грацию я бы тоже втягивать не стал, но она нашла приглашение.
Самое удивительное, что я тогда не боялся. Почти. Страх, конечно же, был, но такой, щекочущий нервы, как после просмотра ужастика. Скорее всего, я ещё полностью не осознавал, во что вляпался.
По-настоящему я испугался, когда получил приглашение. Оно пришло во сне. Посреди обычного сновидения я вдруг отчетливо увидел двухэтажный старой постройки дом, табличку с адресом, увидел, как туда добраться. Затем пришло понимание, что меня ждут, и что я должен прийти один. А потом меня вытолкнули из сна. Меня ждали прямо сейчас, и информацию об этом мне попросту засунули в голову, пока я спал! Вот тогда-то я и испугался до чёртиков.
Чтобы хоть как-то сбить мандраж, я принял холодный душ. Затем побрился. Надел новые трусы, чистую, почти новую, рубашку, брюки, приличные носки и туфли, и вышел из дома. Мои руки тряслись, а ноги были ватными, но я не пустился драпать подальше от этих… кем бы они ни были, а пошёл по указанному во сне маршруту, пешком, на максимально возможной скорости. Минут через двадцать мне полегчало. А ещё через тридцать минут я уже стоял у приснившегося дома. Прежде, чем постучать, подумал: а что если приглашение во сне – просто сон. Получив конверт, я только и думал о тех, кто мне его прислал, так что не мудрено, что приснилось приглашение. Я представил себе, как звоню в дверь, а потом объясняю ничего не подозревающим людям, что я тот, кого они пригласили, забравшись ко мне в сон. Эта картина заставила меня нервно рассмеяться. А ведь такой исход был бы идеальным, – пришло в голову, – лучше быть живым идиотом, чем мёртвым умником. С этими мыслями я и нажал на кнопку звонка на двери.
Открыла милая барышня лет двадцати.
– Здравствуйте, – сказал я.
– Здравствуйте, – ответила она, лучезарно улыбнувшись, – Валентин Леонидович вас ждёт. Пойдёмте, я провожу.
Что ж, приглашение не было сном. Вот только барсучья нора – дорога с односторонним движением, а раз так, то мне ничего не оставалось, как двигаться в пугающую неизвестность.
Валентин Леонидович принял меня в некисло обставленном кабинете. Он встал при моём появлении из-за стола, и сделал несколько шагов навстречу.
– Рад познакомиться лично, – сказал он, протягивая руку.
Не зная, что ответить, я молча кивнул, и руку пожал.
– Принеси нам, пожалуйста, кофе, Валюша, – попросил он барышню.
«Валентин и Валентина», – промелькнуло в голове.
– Сию минуту, – ответила она, и скрылась.
– Присаживайтесь, – Валентин Леонидович указал на удобное кресло сбоку стола.
Дождавшись, когда я сяду, сел в своё кресло.
– Понимая, что вам наговорили про нас ваши очаровательные подруги, я хочу начать знакомство с заверений в том, что сегодняшняя встреча будет носить исключительно характер знакомства. Я постараюсь ответить на ваши вопросы. Потом вы свободно отправитесь домой, или куда хотите. Ну а следующая встреча состоится лишь в том случае, если вы сами, без принуждения, захотите продолжить знакомство с нами.
Сказав это, он улыбнулся располагающей улыбкой.
В голове у меня был полный сумбур, в чём я и признался:
– Знаете, я так много хочу спросить, что не знаю, с чего начать.
– Тогда, – улыбнулся он, – я попробую рассказать сам. А если что пропущу, спрашивайте.
– Хорошо.
– Как вы уже поняли, мы не кружок воскресных эзотериков. И не секта. И тем более не клуб убийц или самоубийц. Мы – очень ограниченная по составу группа людей, получающих и хранящих некое знание, которое можно познать только опытным путём, ну да вам не надо объяснять, что такое гнозис. Мы приглашаем в свои ряды только тех, за кого поручился один из нас.
– А, если не секрет, кто поручился за меня? – перебил его я.
– За вас поручился Андрей. Вам о нём рассказывала Дива.
– Но он меня совершенно не знал.
– Это вы его не знали. Он же за вами наблюдал с тех самых пор, как вы разместили в сети приглашение совершить квантовый переход через дверь. Тогда он решил, что вы – один из нас, а он настойчиво искал с нами встречи.
– Так это он приговорил меня к смерти? – вырвалось у меня.
– К смерти вас приговорили родители, произведя на свет. Теперь смерть – это единственная вещь, которая вам гарантирована на все сто процентов. Мы лишь сообщаем нашим коллегам о том, что их час пробил. В результате они умирают сознательно. Обычно же смерть застает человека врасплох, как охотник добычу.
– А осознанная смерть – путь к пробуждению, – вспомнил я Ошо.
– Вот видите, вы кое-что знаете.
– И все же, почему я?
– Помните свой повторяющийся сон: Остров, костёр, над костром книга с нечётным количеством страниц… А потом ваши ощущения, как будто вас кто-то зовёт. И, наконец, ваш приход сюда. Вы ведь были почти уверены, что мы вас убьём, и всё равно пришли.
– После того, как вы забрались в моё сознание, вы бы достали меня, где угодно.
– Это да, но до этого?
– До этого я толком не понимал.
– А сейчас понимаете? – спросил Валентин Леонидович и посмотрел прямо в мою душу. Взгляд меня успокоил. Страх сменился пониманием того, что ничего плохого мне не сделают. По крайней мере, в обычном, житейском смысле.
А тут и барышня, я уже забыл её имя, принесла кофе. Напиток оказался просто великолепным. Так что дальше мы сидели, пили кофе, и разговаривали, как приятели.