«Как можно скрывать такое под одеждой? Теперь, я понимаю Малфоя…»
Он усмехнулся.
— Соблазнить меня решила? Прости, но я предпочитаю пышногрудых красоток с голубыми глазами и… — что-то во взгляде Грейнджер заставило его заткнуться. — Что случилось?
— Малфой! Ему плохо…Он упал! Там кровь… Много крови! — девушка рыдала.
В какой-то момент Блейзу захотелось подойти и обнять ее, утешить…
«О чем это ты думаешь, старик?»
Он тряхнул головой, прогоняя ненужные мысли.
— Блейз! Нужно что-то делать. Портключ, он у тебя!
— Сейчас! Подожди.
Забини принялся рыться в ящиках, пытаясь вспомнить, куда он дел нужную вещь.
— Забини! Быстрее! Он умирает! — продолжала вопить девушка.
Паника нарастала. Из-за слез она почти ничего не видела. Руки тряслись, а все тело покрылось мурашками. Она должна спасти его. У нее нет права на ошибку.
«А что, если я не успею?»
— Черт, пытаюсь. Мерлин, он в гостиной!
Парень рванул из комнаты, Гермиона крикуна в ответ:
— Прошу тебя! Скорее! Я не выдержу, если он умрет.
Блейз вломился в гостиную, как ошпаренный. Почему же он такой безответственный? Как он мог оставить портключ в гостиной?
Взглядом найдя ключ, он схватил его и побежал к выходу.
На подъеме в спальню, он столкнулся с кем-то.
«Его еще не хватало», — подумал Блейз, сжимая кулаки.
— Хардман, свали с дороги! — проговорил Забини и толкнул парня в грудь.
Ник в недоумении уставился на него.
«Что это с ним? Никогда не видел его таким взбешенным…»
Он потер шею и посмотрел вслед удаляющегося слизеринца.
Осознание происходящего молнией ворвалось в его голову. Он рванул с места.
«Гермиона, нет!»
Блейз поднимался в спальню. Он был несказанно рад, что додумался использовать книгу, как портключ.
Ворвавшись в комнату, он крикнул:
— Грейнджер, скорее!
Он протянул ей книгу.
Гермиона, долго не думая, выхватила ее из рук парня и быстро прыгнула в камин.
— Гостиная старост, — проговорила она.
Забини ошарашено смотрел на гриффиндорку.
— Дура! Ты что творишь? — орал изо всех сил он.
— Прости, Блейз. Ты не должен это видеть, — последнее, что произнесла она, прежде, чем исчезнуть.
Оказавшись в гостиной старост, она стремительными шагами направилась в комнату Малфоя, прижимая к себе заветную книгу.
Открыв дверь, она увидела его. Он все еще лежал на полу в одних штанах.
Бледный. Мерлин, какой он был бледный.
Подойдя ближе, Гермиона поняла, что в сознание он так и не приходил.
Обхватив его своими руками, она отчаянно вцепилась в портключ.
Мгновение.
Телепортация началась, и в сердце девушки не было страха. Наверное…
Оказавшись в пещере, Гермиона взмахнула палочкой, зажигая сотни свечей расставленных вокруг. Мягкий свет озарил каменные стены.
— Мобиликорпус.
Аккуратно подняв в воздух Малфоя, она переместила его в центр, опуская на возвышение. В пещере было холодно, она сотворила согревающее заклятие вокруг Драко, то самое, что вчера использовал Блейз.
Времени было мало. Девушка опустилась на колени перед Драко.
— Проживи эту жизнь за нас обоих…
Слезы капали на обнаженную грудь Малфоя.
— Я люблю тебя! — она наклонилась, слегка касаясь его губ своими губами.
Гермиона поднялась, вытирая глаза. Выйдя из круга, где лежал Малфой, она прошептала заклятие ставящее щит, не позволяющий покинуть этот круг.
Вставая во второй круг, она подняла свою палочку вверх. Девушку трясло, было страшно, но еще страшнее дать ему вот так умереть. Слезы не останавливаясь, катились по щекам. Дрожащими губами она начала читать заклятие, активируя рунные камни.
— Я призываю древнюю магию,
Я заклинаю пять стихий.
Восстань из пепла сила темная!
Придите на зов мой, великие боги!
Первый камень вспыхнул красным светом, проецируя руну в воздухе. Рука Гермионы дрожала, творя в воздухе нужные символы. Сердце гулко стучало, больно ударяясь о ребра.
— Преклоняю пред вами колени,
Склоняю свою голову.
Откройте врата неземные!
Одарите силой своей.
Второй камень загорелся зеленым светом, воссоздавая руну в воздухе по линии круга. Воздух стал тягучим, стало тяжело дышать. Нервно облизав сухие губы, Гермиона продолжила читать заклятие.
— Я готова отдать свою душу.
По своей воле пришедшая.
Открываю для вас портал,
Жертвую жизнь свою.
Третья руна озарила белым светом круг, зажигаясь в воздухе. Гермиона с трудом дышала, боль в груди разрывала, словно ей разом сломали все ребра. Струйка крови потекла из носа. Девушка, не обращая на это никакого внимания, продолжала произносить.
— Приди в мир наш, ангел темный,
Когда закончат танец руны.
Озарит небо молния,
Даруя проклятому душу, в круге заключенную.
Четвертый камень вспыхнул синим цветом, извещая о правильности совершаемого ритуала. Говорить стало сложно, воздуха катастрофически не хватало. Гермиона читала, что во время чтения заклятия рун, жертвующий чувствует на себе все, что чувствовал проклятый.
«Как же Малфой с этой болью жил?»
— Отрекаюсь от мира земного!
Отрекаюсь от души своей!
Отрекаюсь во имя проклятого!
Отрекаюсь трижды!
Пятый камень ярче всех озарил пещеру золотым светом, вознося руну вверх, замыкая круг. Руны в воздухе начали медленное вращение. Гермиона зашлась в кашле, почувствовав во рту вкус крови.
Малфой сквозь пелену небытия услышал такой знакомый голос…
— Отрекаюсь от души своей…
С усилием разлепляя веки, он возвращался в этот мир. Вокруг мерцали разные цвета, присмотревшись, он увидел руны, проскальзывающие мимо глаз.
«Что происходит? Где я?»
Он приподнялся, осматриваясь. Каменные стены, свечи горящие вокруг. Грейнджер стоящая неподалеку, сжимая в руке палочку, другой рукой она держалась за грудь и кровь каплями стекающая по ее лицу.
Сердце сжалось, ужасная догадка озарила его голову.
«Этот ритуал, этот чертов ритуал!!! Тот, про который говорил отец с врачом. Тот самый, в котором мать так долго искала лазейки обмануть проклятие! Но какого черта? Грейнджер, какого черта тут происходит?»
Драко с трудом поднялся на ноги.
— Грейнджер!!! — ее фамилия эхом разнеслась по пещере.
Девушка подняла глаза, с облегчением понимая, что Малфой очнулся. Но в глазах, была такая обреченность.
— Грейнджер, прекрати все это! — крикнул он.
Она лишь улыбнулась, понимая правильность своего решения.
«Он очнулся, он будет жить».
— Ты не понимаешь, что ты творишь! Ты не знаешь, что это такое, это жертвование души! Ты умрешь, Грейнджер!!! — паника накатывала на него волной.
Накопившаяся во рту кровь, капала с уголка губ. Вытирая ее рукой, она тихо ответила:
— Я все знаю… Я слишком хорошо, все знаю.
Драко рванулся к ней, но невидимая стена круга, где он стоял, не дала ему пройти.
— Сними заклятие, чертова дура! Прекрати все это! Ты умрешь! Ты не понимаешь, я смирился со смертью, я готов ее принять. За все плохое, что я принес в этот мир, за все плохое, что я сделал тебе. Грейнджер, прекрати, ты же можешь!!!
Руны ускорили вращение, по пещере пробежал ветерок, своим дуновением, колебля пламя свечей.
— Я не хочу жить без тебя, — тихо ответила она.
— Не сходи с ума, это все какой-то жуткий сон! Ты не можешь так поступить!
Гермиона с трудом сделала шаг к его кругу.
— Тебе не понять меня. Что было в моей жизни до тебя? И что ждало бы меня после? Ты озарил мою тихую размеренную жизнь. Ты показал мне нечто важное.
— Грейнджер, что может быть важнее жизни, твоей жизни? — кричал Драко, срываясь на хрип.
Она стояла так рядом, а он не мог к ней даже прикоснуться. Руны снова ускорились, их было уже невозможно различить.
Гермиона ответила, кладя ладонь на невидимую стену между ними.
— Важнее моей жизни, любовь! Я люблю тебя, Драко Малфой! Люблю больше жизни, больше этого мира…