Ощутимое влияние на этот стиль оказал и классицизм XVII в., и рококо, а также русские художественные традиции. В результате сочетания всех этих факторов появляются пышные, обильно разукрашенные, богатые дворцы и усадьбы, составляющие единство с парковым ансамблем, с многочисленными вкраплениями динамичной скульптуры. Вообще, для русского барокко характерно главенство дворцов и храмов, понимание красоты как богатства и пышности, преобладание чувства над разумом.
В данном контексте необходимо отметить стремление русских художников к пластике, желание «оживить» мертвую материю (обильное включение скульптуры в системы архитектурного ордера, а также скульптурные формы орнаментов и чисто архитектурных деталей). Следует упомянуть также и о вольном их обращении с античными и ренессансными канонами, об «уничтожении» плоскости стены, к чему приводила волнующаяся поверхность фасада, а также бесконечные прорывы в интерьере — двери, окна, зеркала. Также входит в силу анфиладный принцип построения интерьеров, когда нанизанные на одну ось залы вытягиваются в более или менее длинные вереницы, расходящиеся в стороны от центра здания, нередко анфилады пересекаются, создавая эффекты, неизвестные старому зодчеству. Объемные композиции, фасады, интерьеры почти обязательно строятся по принципу симметрии, но это уже не идеальная симметрия центрических композиций Древней Руси, а двусторонняя симметрия относительно центральной оси.
Важнейшим атрибутом архитектуры Нового времени становится ордер, с помощью которого стремятся показать закономерность построения композиции. В нем проявляется стремление к упорядоченности, восхищение силой разума, значение человеческой личности, так свойственные эпохе Просвещения. Ордер также выступает как носитель гуманистических идей, их порождение и выражение, так как именно он позволяет соразмерить структуру здания с человеком, согласовать с ним пропорции и масштаб компонентов, форму деталей, размещение и рисунок декора.
К середине XVIII в. русская архитектура достигла очень высокого уровня мастерства. Она полностью овладела искусством создания огромного комплекса, состоящего из дворца и парка таких, как «блок-галерея» (Большой дворец в Царском Селе) и «блок-каре» (Зимний дворец). Появилось умение компоновать очень протяженные фасады, избегая монотонности и дробления. Совершенствовалось садово-парковое искусство, причем от излюбленных в петровское время водных каскадов произошел переход к чисто равнинному саду с невысокими террасами и регулярной планировкой (Царское Село).
Главенствующая в эпоху барокко архитектура подчиняла и вбирала в себя все виды и жанры изобразительного искусства (кроме портрета и гравюры), а также скульптуру. В это время статуи, живописные полотна и прикладное искусство, по сути, не существуют вне связи с архитектурой. Плафоны, картины над дверями, панно, объемные фигуры и рельефные изображения располагались в соответствии с законами архитектурного убранства. Эта обусловленность также влияла на форму, композицию, цвет, определяла сюжет.
Участвующая в архитектурном синтезе скульптура обычно была представлена фигурами в полный рост (статуи на кровле Зимнего дворца), полуфигурами атлантов и кариатид, выполненными в высоком рельефе, реже — сюжетными барельефами. Живописное убранство слагалось из мифологических и исторических композиций (изображались на плафонах) и «галантных сцен», пейзажей, натюрмортов. В эмоциональном плане эти изображения были проникнуты патетикой или чуть кокетливой, изящной праздничностью. Эти черты были свойственны даже религиозной живописи и отделке церквей, которая становилось все более светской.
Самым знаменитым зодчим высокого барокко середины XVIII в. был Франциско Бартоломео Растрелли (1700–1771), сын знаменитого скульптора. Среди его работ — дворцы Бирона в Митаве и Руентале (Латвия), Большой дворец в Петергофе, Екатерининский дворец, Зимний дворец, Смольный монастырь. В них он применил свое выдающееся открытие — композицию парадных интерьеров, наполненных светом, льющимся через огромные окна и отражающихся в зеркальных пилястрах и зеркалах, размещенных в простенках. Позолоченная резьба и лепнина, бронза и живописные плафоны дополняли великолепие пространственного решения дворцовых помещений, где от парадной лестницы на пути зрителя разворачивалась анфилада неповторяющихся залов, приводящих к большому танцевальному залу.
Прекрасен Екатерининский дворец, строительство которого было начато еще до Растрелли, но именно он закончил его переделку, а также собрал множество отдельных помещений в единый ансамбль так, что с юго-востока дворец воспринимался во всю огромную длину, замыкая ярко расцвеченной полосой фасада низкий стриженый регулярный Старый сад. Парадная лестница вела на второй этаж, где анфилада пяти приемных, занимавших всю ширину здания, подводила к громадному тронному залу. Далее помещения делились на два ряда — с окнами во двор и с окнами в сад. Все, начиная с размеров здания и кончая его яркой расцветкой (сочетание интенсивно-голубого, белого и позолоты), должно было соответствовать происходившим во дворце пышным приемам и празднествам.
Иначе выглядит Зимний дворец, который представляет собой большое квадратное в плане здание с внутренним парадным двором. Фасады дворца обращены к Неве и к бывшему «лугу», где теперь находится Дворцовая площадь. Основные помещения дворца заключались в угловых массивах: в северо-восточном — парадная лестница, в юго-западном — театр, в северо-западном — тронный зал, в юго-восточном — жилые помещения.
Одним из самых совершенных творений зодчего является здание Смольного монастыря, композиция которого отличается ясностью и стройностью, органично сочетающимися с насыщенной декоративной отделкой. Здесь архитектор проявил себя мастером загородного ансамбля — крестообразный в плане монастырь был возведен в излучине Невы.
Продолжала развиваться также и русская живопись. В это время во главе русских живописцев становится Иван Вишняков, сменивший Матвеева. Он был известным портретистом, среди его лучших произведений — портрет Сары Фермер, представляющий собой уникальное переплетение парсунного и нового стилей. Фигура полностью лишена объема, одежда исполнена в плоскостной технике живописи, но при этом очень достоверно передан внутренний мир героини — маленькой девочки, доверчиво смотрящей на мир.
Вообще искусство живописного портрета составляет одну из вершин эпохи. Русские художники освоили немало его разновидностей. Так, был очень любим ими парадный портрет, перекликавшийся по духу с барочным интерьером, с его характерной пышностью и пафосом. Эти портреты передавали не только характер, но и социальное положение человека. Вишняков работал в основном в жанре парадного портрета, который отличается содержательностью, изяществом образов, красотой цвета и легкой графической орнаментальностью.
Более значителен и перспективен был камерный портрет, хотя расцвет этого жанра приходится на вторую половину XVIII в. Главной для мастеров камерного портрета стала физиономическая характеристика, внимательная и заинтересованная передача внешности модели, а также черт ее характера. Эти произведения невелики, изображения на них приближены к передней плоскости холста, как бы взяты крупным планом. Но в нем ощутим отзвук свойственной парадному портрету репрезентативности, которая не дает превратиться камерности в интимность. Крупным мастером камерного портрета стал Алексей Антропов, который в своих работах выразил эстетику барокко в наиболее законченной форме. Герои его портретов изображаются статично, просто, в них подчеркивается трехмерность, весомость. Портреты выполнены почти с фотографической точностью, что придает его полотнам живой колорит и выделяет их среди других работ, где было принято смягчать не слишком красивые детали натуры.
Нельзя не упомянуть творчество Ивана Аргунова, крепостного художника графа Шереметева, который, хотя и учился у придворного художника Гроота, работал исключительно по велению хозяина, диктовавшего ему не только кого он должен писать, но и как это делать. Поэтому его портреты представляют собой работы полупарадного типа — поколенные портреты, с пышными одеждами персонажа и богатством аксессуаров. Таковы портреты князя и княгини Лобановых-Ростовских, генерал-адмирала князя М.М. Голицына. Но ему же принадлежат лишенные официальности, отражающие внутренний мир героев, и прекрасные камерные портреты Хрипуновых, Толстой, а также автопортрет и широко известный портрет крестьянки в русском костюме (1784).