- Ну пройдем, а дальше что? - недоверчиво вперился в него Храш.
- А вот что! - морщась, вытащил из-за пазухи Кудесник кольцо на широком шнурке. - Когда мастер нам поддельные камешки передал, я лично по рисунку храмовый перстенек сработал: лучшие умельцы не отличат! Поначалу думал: смогу белобрысому фальшивку подсунуть. Но он, сволочь, вранье будто чует!.. Еще одна причина все дела с ним поскорее закончить! Так почему не сегодня?.. Дождемся в Залах Исцеления, пока мне руку вылечат - и вперед. Сначала келья, потом кабинет. Не думаю, что святоши свои ценности лучше, чем простой люд, прячут! Подменим перстень, отдадим ЕМУ настоящий, деньги получим - и схоронимся где-нибудь на год-другой, от греха подальше. Так что?
- Ты спятил? - уставилась на него Рисса. - Вот так, на пьяну голову? И не готовясь толком?
- А что? - одобрительно крякнул Храш. - Лая часто такое вытворяла...
- И где она теперь? - взбесилась Ночная Леди. - Нет уж, до Залов Исцеления я вас доведу, но дальше не полезу!..
- Значит, будешь лекарей на себя отвлекать! - ничуть не растерялся Кудесник. - Устрой им там настоящую смуту! С воплями, мордобитием и прочей неразберихой. Как когда-то, на Эн-Амарешской ярмарке...
Рисса призадумалась. По части беспорядков среди люда, тем более - пьяного, была она большой мастерицей: там подпихнет, там нашепчет, там на шее повиснет... Глядишь - и уже добропорядочные жены мужей за бороды треплют да волосы друг другу рвут, а недавние собутыльники кулаками направо и налево чешут. Устроить кавардак в Залах Исцеления - дело нехитрое. Да и Храм - не Дворец: стражники по коридорам не бродят и в дверях не стоят, разве что на особо неприятную "кару божию" впопыхах наскочишь, но тут уж как повезет... Нюхом чуял Кудесник, как эти мысли у Леди в голове крутятся, подталкивая на лихую дорожку. Да и слава Насмешницы, так вовремя Храшем упомянутой, покоя не дает...
Словом, вскоре уже (получаса не прошло) сидели все трое на храмовой скамье, смиренно ожидая своей очереди на лечение. Долго ждать не пришлось: всего-то стоило Кудеснику исторгнуть стон погромче и явить усталому целителю золотую монетку, "храму на пожертвование". И пока хмурый юнец кости охотнику прилаживал да перелом залечивал, Ночная Леди отыскала себе первых жертв - унылого мужика с заплывшим глазом и злющую бабу, нависшую над его пьяной головушкой. На миг прильнула Рисса к мужичку, как к родному, охнула горестно, мол: "где ж ты пропадал!" - да быстренько в толпе скрылась, высматривая еще кого подходящего... А под храмовыми сводами вовсю закипела семейная брань.
Досматривать представление Кудесник с Храшем не стали - метнулись к неприметной меж колонн дверце и потихоньку проскользнули внутрь. Вначале еще здорово осторожничали, по углам да в оконных нишах прятались при каждом шорохе, но сердитым, уставшим лекарям и лекаркам, то и дело проносящимся мимо с бинтами и настойками, не до теней в полутемных коридорах было: без того ночь выдалась неспокойной, да и шум потасовки в общих залах набирал обороты.
Охотникам везло. Только раз столкнулись в темноте они нос к носу с сонной послушницей. Та пискнула, делая знак, отвращающий дьяволов, - а "дьяволы" бесшумно и шустро нырнули во мрак под лестницей, оставив за спиной тонкую дрожь молитвы да топотанье убегающих ног.
В жилых коридорах царила благостная тишь. Не было дела здешним обитателям до разгульного Императорского праздника, с ног на голову поставившего всю столицу, - лишь несчастная дюжина ночных дежурных отдувалась в Залах Исцеления за всех. Неудивительно, что к настоятельской келье пробрались охотники споро, без всяких неприятностей. Тут они, однако, прыть поубавили: если и ставить храмовникам "божественный караул", то не по лестницам же, где глупые послушницы шастают, а как раз на такие вот двери - дубовые, окованные железом, будто и не покои святого отца за ними, а пресловутая храмовая сокровищница или, на крайний случай, тот самый, по народным байкам известный, винный погреб...
Кудесник отступил на шаг, предоставив Храшу свободу действий. Тот смерил его сердитым взглядом, вытащил из потайного кармашка в поясе отмычку да принялся, морщась, ковыряться в замочной скважине.
Замок поддался быстро: похоже, не ждали здесь воришек. А может, и ждали - да на "святую молитву" понадеялись: слишком уж подозрительно Храш виски тер. Кудеснику, впрочем, дела до того не было. Опасливо пропустив вперед товарища, он ступил в келью, прикрыл за собой дверь, осторожно зажег висящую на стене лампадку, огляделся, довольно подметив скудость обстановки, да принялся рыскать вокруг. На узкую лежанку, сундук и грубый стол особой надежды не было (хотя и их, конечно, проверить стоило), но вот книжная полка, каменные плитки на полу да потемневшие кирпичи небольшого очага не один тайничок могли скрыть - с них-то Кудесник и начал поиски, предоставив Храшу рыться в настоятельских рясах и портках. Коли повезет - перстень здесь отыщется. Тогда и кабинет в другой части Храма навещать не придется...
- Крак! - тихонько скрипнула плитка под лежанкой, поддаваясь умелым пальцам. В полумраке разглядел охотник углубление и небольшой костяной ларец в нем.
- Эй, Храш! - позвал предвкушающе напарника. - Кажись, нашел...
И отполз в сторонку, встал, с кряхтеньем разгибая отвыкшую от лазанья под чужими кроватями спину.
Бородач пошарил под лежанкой, нащупывая тайник. Без колебаний сунул туда руку, вытащил и открыл ларец.
- Ну как? - чуть не подался вперед Кудесник, но вовремя вспомнил о ловушке и на шаг отступил к двери. - Есть там наше кольцо?
- Да здесь оно, здесь... - с подозрительным злорадством прогудел Храш. - Держи!
Сверкнул серебряный ободок в огне лампады, мигнул тускло синий камень...
Инстинктивно выбросил вперед Кудесник руку, потянулся за летящим перстнем, ловя, сжимая в ладони...
И осел грузным мешком на холодный камень.
Воровская, годами отточенная, ловкость впервые сослужила ему плохую службу.
- А колечко-то Гильдмастерово я в этот раз надел! - склонившись над товарищем, поучительно сообщил бородач. - Очень, очень полезная вещица!..
Широкая ручища дернула безжалостно шнурок на Кудесниковой шее, сорвала фальшивый перстень, сунула в ларец.
- Крак! - захлопнулся под лежанкой тайник, скрывая последние следы чужого вмешательства.
- Дай-ка это сюда, - пропыхтел Храш, с трудом разжимая застывшие Кудесниковы пальцы, себе в карман перекладывая злосчастное кольцо. - Вот так, дорогой, теперь поднимемся, - закинул его руку себе на плечо, без труда вздернул вверх тяжелое тело. - Здесь я тебя помирать не брошу: еще храмовники откачают да на допрос отправят. Мастер такому делу рад не будет...
Задул бородач лампадку, осторожно высунул нос из кельи и, убедившись, что все тихо, переступил через порог. Неторопливо и старательно запер дверь да, все так же волоча на себе Кудесника, двинулся по коридору. Без помех пробрался мимо тихих комнатушек с мирно спящими целителями да запертых кладовых со всяким храмовым добром. Когда же зашумели впереди сердитые голоса и затопали туда-сюда ноги, выкатился Храш из-за угла уже не таясь, пьяно закачался под весом товарища, захрипел похабный куплетик...
- Еще одни! - завидев их, всплеснула руками пожилая лекарка. - Защитницы мои, Светлые Богинечки! Что ж делается-то! Ополоумел народ!
- Ничего нет святого! - поддакнул грузный целитель. - Глаза позаливали и лезут... Куда прешь, спрашиваю? - прикрикнул он на Храша. - Здесь не Залы Исцеления! А второй что? Совсем упился?..
- Хе! - обрадовался бородач, разворачиваясь так, чтоб любопытный лекарь не достал Кудесника. - Кабатчик! Нале-е-ей-ка мне, каба-атчик!.. - затянул фальшиво.
- Здесь Храм, а не кабак! - разгневался целитель. - Давайте, давайте отсюда! - принялся подталкивать охотника все ближе к заветной дверце.