3
Где мысли этого мужчины?
Куда стремится дух бессмертный?
Он на таких блуждает высях,
Куда взлететь способны только
Безумцы или полубоги!
Заботы дня, заботы дома
Он сбросил, как птенец скорлупку,
И мчится.
Человек в нем умер,
В нем только гражданин живет.
Кто прежде был привязан к дому,
Теперь привязан только к миру.
Он не троих
В объятьях держит,
А миллионы.
И крылья духа плещут в высях,
Откуда очи видят землю
Такою крошечной, как искра
В бумажном пепле.
И дух крылатый мчится к звездам,
И эти звезды
Трепещут от его полета,
Как пламень свечек!
Мильоны миль в одно мгновенье
Летят светила,
Но дух людской летит быстрее,
И отстают миры, как будто
В лесу от всадника
Деревья!
Когда же он взвился превыше
Скоплений звездных,
Когда уже проник, наверно,
Он в центр вселенной,
Тогда предстал пред ним создатель
Всего живого.
Тот, кто мирами управляет
Единым взглядом,
И свет живет во взгляде этом,
И света этого крупица
Зовется Солнцем,
Вокруг которого вращаться
Назначено Земле с Луною.
И воззвала душа людская,
Купаясь в божьей благодати,
Как лебедь нежится в прозрачной
Воде озерной:
«Господь, мой бог, мое блаженство,
Вот я – одна твоя пылинка!
К тебе взлетел, чтоб распластаться
Перед тобой
И рассказать: я сын твой верный,
Тобою послан в путь жестокий,
Но не ропщу, благословляя
Тебя, отец небесный, ибо
Ниспосланное испытанье
Есть знак любви твоей, о боже!
Я знаю, что тобой я избран!
Земные люди измельчали,
Забыв тебя, рабами стали,
А рабство – всех грехов начало.
В грехах погрязли
Дети рабства,
И человек пред человеком
Склоняется! А кто способен
Вот так склоняться перед ближним,
Тот, господи, есть твой хулитель!
Тебя, господь, позорят люди,
Но так не может длиться вечно –
Вновь обретешь свое величье!
Ты дал мне жизнь, отец небесный,
Я посвящу ее тебе,
И будет ли за то награда -
Не думаю об этом я!
Ведь каждый раб готов трудиться,
Когда награду посулят,
Но без надежды на награду
И без желания наград
Трудился я и снова буду
Трудиться точно так и впредь!
И будет мне вознагражденьем,
Что из несчастнейших рабов
В людей вновь превратятся люди…
Хоть грешники они, но все же
Я их люблю. О боже правый,
Дай света, боже, дай мне сил,
Чтоб ради ближних потрудиться
Мне не напрасно удалось!»
Такую речь душа сказала
И возвратилась с небосвода
Обратно в тесную каморку,
Где тело ждет ее, застыв.
И вот мужчина содрогнулся,
Озноб прошел по телу,
Холодный пот блеснул на лбу
Въявь это было или снилось?
Въявь. Потому что спать хотелось.
Устал летать. И на ресницы
Уселся сон. И человек
Свое измученное тело
Приподнял и понес, шатаясь,
К соломенному тюфяку.
И вот Тот самый,
Кто недавно
Беседовал на небе с богом,
Теперь валяется на грубой
Подстилке, где-то на полу.
Пал на солому благодетель
В тот час, когда владыки мира,
И палачи, и нечестивцы
На шелковых подушках снят.
В последний раз ночник мигает,
И гаснет язычок усталый,
Рассеивается за окошком
Ночная тьма.
Вдаль уплывают тайны мрака,
Заря, садовница вселенной,
Проснувшись, рассыпает розы
На стекла окон городских.
А вот и солнце. Луч рассвета
Ложится на чело мужчины,
Как золотой венок,
Как теплый
Блестящий божий поцелуй.
4
Кто ты, чудесное созданье?
Кто ты, мужчина?
Одеянье
Твоей души -
Плащ огнецветный,
Из звездных сотканный лучей,
Но тело у тебя одето
В лохмотья! А в карманах – пусто.
Тебя с семьею мучит голод,
И праздником считаешь ты,
Коль свежим хлебом удается
Украсить непокрытый стол,
Но осчастливить мир ты хочешь
Такими благами, каких,
Увы, не можешь обеспечить
И для семейства своего!
Свободный вход имея к богу,
Попробуй-ка явись ты в гости
В господский дом. Тебя не впустят.
Ты вольно с богом говорить,
Но если богача окликнешь,
Он даже и не обернется…
Есть люди, что тебя сегодня
Святым апостолом зовут,
Другие же тебя готовы
Назвать злодеем, святотатцем.
Кто ты? Откуда происходишь?
Родители тобой гордятся,
Иль от стыда горят их лица,
Коль о тебе заходит речь?
На чем рожден ты? На дерюге?
А может быть, и на парче?
Я мог бы рассказать подробно
О жизни этого мужчины.
Я расскажу… А если б кистью
Изображал я эту жизнь,
Меня преследовал бы образ
Ручья, берущего начало
Среди неведомых утесов,
Текущего через ущелья,
Где стаи воронов ютятся,-
Ручья, который с гор стремится
И спотыкается о камни,
И вечной болью стонут волны…