Она на миг задумалась, нахмурив брови.
- Вчера вечером она заснула прямо в гостиной во время разговора с матушкой!
- Ого! - не сдержалась я, и Летти бросила на меня победный взгляд, а Сибил, сидевшая молча на краю кровати, улыбнулась.
- Во всем виновата дорога, от которой нежное тело маркизы подбрасывало вверх и швыряло по всей карете! - сообщила я, передразнивая томный голос гостьи. - Подобные гимнастические упражнения, похоже, стоили ей огромных усилий и энергии.
- Храпеть ей отсутствие энергии почему-то не помешало! - тут же возразила Летти.
- Тебе нужно думать не о ее храпе или молодости, или других слабостях. А о том, как склонить чашу весов в твою сторону. Тетя говорит, что она еще не решила окончательно - протежировать тебя или нет.
- Та приличная сумма, которую отец заплатит ей за протекцию, должна полностью избавить меня от всех недостатков. Так что я абсолютно уверена в ее решении.
Ее цинизм уже не в первый раз поразил меня.
- Разве у маркизы денежные проблемы? - спросила Сибил.
- И еще какие! - доверительно сообщила Летти. - Ее муж, игрок и пьяница, осмелился умереть, не оставив ей ни пенса. И, говорят, она даже спасалась от кредиторов на континенте, пока не решила зарабатывать на жизнь таким способом. Конечно, она не совсем то для первого выхода. Актриса... Она была у маркиза третьей женой. Похоже, он начал впадать в детство, когда женился на ней в восемьдесят лет.
- Теперь понятно, почему она ведет себя так, будто бы находится на сцене, - заметила я.
- А я восхищаюсь ей! - неожиданно твердо сказала Сибил. - Она достаточно мужественна, чтобы зарабатывать себе на жизнь в обществе людей, которые, в силу предубеждения к ее профессии, презирают и ненавидят ее.
- Не думаю, что ее это волнует, - сказала я, и Летти закивала головой.
Зато маркизу волновал любой драгоценный час, который можно было потратить на благо ее подопечной, и потребовала у миссис Тернер, чтобы "портниха со служанкой" ночевали в Оурунсби и уже на рассвете могли приниматься за работу. Миссис Тернер сделала слабую попытку вразумить маркизу и довести до ее занятого делами сознания, что мисс Уилоуби вовсе не "портниха", а Сибил - не "служанка". Самой тетушке было все равно, как к ней обращались. Но со всей прямотой и достоинством, присущими ей, возвестила, что у портнихи есть собственный дом, и ночевать они будут в нем, и что работать они будут столько же, сколько до этого, но согласны пожертвовать ради блага Виолетты ленчем, который, так уж и быть, будут проводить в Оурунсби. Обладая достаточной рассудительностью, маркиза пришла к выводу, что в данной ситуации лучше не ввязываться в утомительный спор и, пожаловавшись на головную боль от какого-то загадочного шума, удалилась к себе.
Мы отметили страстную любовь маркизы к совещаниям. За эту неделю она провела пять совещаний, где не уставала отмечать явные улучшения, произошедшие в Летти со дня ее приезда. И всегда зеленые глаза маркизы оценивающе следили за девушкой. Поначалу она явно собиралась добиться от нее беспрекословного подчинения, но вскоре поняла, что встретила достойного противника. Главным, что занимало мысли маркизы, - была возмутительная, просто невероятная косолапость, которая по ее словам, была характерна для походки девушки.
- Ты не танцуешь, а ползешь, как телега, груженная бочками с рыбой! - в раздражении вскричала как-то маркиза, когда они уже второй час отрабатывали некоторые особенно не удававшиеся девушке движения. - Надо двигаться грациозно, а не переваливаться!
Оскорбленная до глубины души, Летти потеряла голову, как всегда с ней бывает, когда задеты ее чувства, и в ответ выпалила не менее оскорбительные для маркизы слова:
- А вы, видно, неоднократно имели дело с телегами, гружеными бочками с рыбой, раз имеете о них такое превосходное представление!
После этих слов, услышанных во всех уголках дома, все семейство окаменело в ожидании неминуемого скандала. Миссис Тернер успела даже представить за эти короткие несколько секунд, какая судьба ожидает их, после того, как Виолетта своими сказанными в горячке словами погубила репутацию их многоуважаемой семьи.
Но маркизе настолько пришлась по душе безрассудность подопечной, что она расхохоталась и заявила, что девушка, безусловно, вызовет фурор в свете, и среди серых и скучных девиц будет блистать своей страстностью и остроумием.
- Это не значит, что тебе не надо трудиться, отрабатывая свою походку! Даже алмаз нужно огранить, прежде чем он засверкает во всем великолепии, - веско закончила она.
Когда я наведывалась в Оурунсби, то только и слышала о том, что в тот знаменательный день, когда Летти представят ко двору, она станет "открытием сезона". Но накануне отъезда леди Грэдфил нанесла подопечной сокрушительный удар, обнаружив у нее недостаточно тонкую талию. Возмущению маркизы и обидам Виолетты не было предела. В срочном порядке было приказано сшить для нее новые корсеты, и затягивать тело девушки так, чтобы шнурки лопались от натуги. А ее саму, согласно строжайшей инструкции, держать на хлебе, воде, вареной морковке и маленьком, очень маленьком кусочке холодного мяса.
В конце концов, когда леди Грэдфил покинула гостеприимный Гарден-Роуз, Летти выразила огромную надежду, что ее отец все-таки сумеет уговорить дорогих дядюшек и тетушек, чтобы она дебютировала под их покровительством. Летти зашла так далеко, что даже пообещала ради любимых ее сердцу кузин не присутствовать на нескольких балах, предоставив, таким образом, им шанс обзавестись мужьями.
Одним вечерком нам с Сибил удалось вырваться от всевидящего ока маркизы, и мы прогулялись с ней до утиного пруда, где договорились встретиться с Рэем, который должен был пробраться в Китчестер к Билу Стоуну и узнать новости о старике. Он уже ждал и молча присоединился к нам. Втроем мы направились вдоль пруда к навесному мосту, радугой перекинутому через воду.
Слава богу, присутствие кавалера лишило нас удовольствия выслушивать пламенные дифирамбы майора Коулби. Мы прошли мимо троицы старичков, приветливо кивнув им. Старина Томас, поглощенный мыслями о ревматизме не заметил нас, впрочем, он редко что замечал вокруг себя, если дело не касалось всяких приятных его сердцу болезней. Майор Коулби ревностно оглядел Рэя, но, как и подобает бывшему секретному агенту, тут же овладел собой, скрыв свои чувства за маской холодности и равнодушия, и ответил нам джентльменским поклоном. Зато бедняга сумасшедший Чарли при виде нас обрадовался за троих. Он широко заулыбался, обнажая редкий ряд почерневших от табака зубов, и замахал нам обеими руками, растопырив пальцы. Но, вдруг заметив, что Коулби не выказывает нам обычного радушия, с силой заехал ему локтем под ребра и с возмущенным возгласом "мисс Рид!!!" стал тыкать в нас пальцем до тех пор, пока тот вымученно не улыбнулся.
Я шла немного впереди и увлеченно бросала уткам крошки хлеба, который неизменно брала с собой, приходя сюда. Через пару минут я разбросала практически все угощение, а другой причины держаться в стороне от парочки и дать им немного побыть вдвоем, у меня не было. Я стала экономно крошить оставшийся кусочек. Уткам эта резкая перемена не понравилась, и они затеяли кутерьму, нагло вытягивая шеи в поисках крошек и налетая друг на друга.
Но парочка не заметила разыгравшегося побоища. Хотя они шли, не разговаривая, даже не посвященному человеку было заметно, как они поглощены друг другом. Расстояние между ними было позволительное, и если бы какая-нибудь степенная матрона увидела их сейчас, то совершенно расстроилась бы, не найдя абсолютно ничего неприличного в их поведении. Однако я успела уловить, как в момент встречи его красноватая огрубелая от работы ладонь обвила ее узкую ладошку, полностью утонувшую в ней, и на краткий миг сжала, с неожиданной и от того еще более удивительной нежностью.