Эх, если бы Сфинкс всегда был таким, как тогда. Добрым, веселым, открытым. Но, как говорится, мечты‑мечты...
‑ Куда там ты мне хотела третью шестерку прилепить? ‑ весело заявил этот рыжий прохвост, выиграв очередную партию.
Озадаченно осмотрела веер карт в своих руках и четыре шестерки на покрывале. Однако, как он меня!
‑ Лепи! ‑ решительно произнесла и откинула челку.
Он расхохотался и погрозил мне пальцем:
‑ Алиска, не шали!
‑ Даже не начинала, ‑ открыто улыбнулась и, бросив собранных полколоды на кровать, небрежно махнула рукой. ‑ Загадывай.
‑ На‑до‑е‑ло! ‑ раздельно произнес Рей и улегся на спину. ‑ Это была последняя партия.
‑ Но желание ты выиграл, ‑ не то чтобы я так сильно жаждала расплачиваться, но это как раз тот случай, когда не знаешь, каким боком это желание тебе вылезет.
‑ М‑да? ‑ он озадаченно свел брови к переносице. ‑ Чтобы такого напоследок загадать... О! ‑ резко поднялся и улыбнулся настолько хищно и предвкушающе, что с меня слетела вся веселость. ‑ Потанцуй со мной, Али‑и‑иса.
Тяжело сглотнула комок в горле и едва сдержалась, чтобы не побиться головой об стенку.
Мама. Вот тебе и расслабилась одна! Сейчас огребу... мало не покажется.
‑ Я не умею танцевать ваши танцы, ‑ нашла хиленькую, но все же отмазку.
‑ Ерунда, ‑ предсказуемо отмахнулся весьма довольный Сфинкс. ‑ Просто покружимся, как у вас на танцполах двигаются.
Еще хуже. Танцевать, тесно прижавшись... Вдыхать крышесносный для меня запах солнца и ветра... Полный капец моей сдержанности будет!
‑ Алиса, Алиса, ‑ рыжий искуситель улыбнулся кончиками губ. ‑ Что ты опять сжалась, будто я что‑то неприличное предложил?
‑ А что ‑ нет? ‑ не смогла сдержать ядовитого шипения.
Он изумленно вскинул брови, а затем, откинув назад упавшие на лицо пряди, подался вперед:
‑ Я же не предлагаю тебе станцевать танго или бачату. Не дергайся, от нескольких поцелуев, если они будут, еще никто не умирал.
Как‑то меня не успокоило. Ни упоминание поцелуев, ни то, что их может не быть. Зная этого зеленоглазого гада ‑ будут. А помня... последние события ‑ поцелуи бывают разными. Очень. А фантазия всемогущего психа ‑ воистину безграничная.
Видимо, мои мысли можно было без труда считать по лицу, потому что Сфинкс понимающе усмехнулся и, легонько проведя подушечками пальцев по моей щеке, шепнул:
‑ Ах, Алиса, почему же ты меня так боишься? Неужели тебе так не нравятся наши невинные шалости?
Мои глаза чуть на лоб не полезли. Офанареть, какие невинные! Стоит лишь вспомнить то, чем закончился последний тур игры. Вспомнила и почувствовала, как щекам стало жарко. О‑о‑ох!
‑ Не трусь, милая, тебе понравится, ‑ промурлыкал искуситель свою любимую фразу и, скатившись с кровати, поднялся и невозмутимо протянул мне руку.
Шумно вздохнула и опасливо вложила в его узкую ладонь свою. Надеюсь, что мы действительно ограничимся танцами. А если нет ‑ то в принципе чем‑либо ограничимся.
Мне показалось, что зеленые глаза напротив вспыхнули торжеством. Может, и не показалось, кто ж этого Сфинкса знает? Он несильно дернул меня на себя, и мои ноги ступили... на паркет. А вокруг щиколоток на миг обвилась мягкая ткань вечернего платья. От полного офигевания не удержала равновесия на непривычно высоких каблуках и влетела в объятия этого шустрого соблазнителя. Какого... черта?!!!
Решительно отстранилась. Так, что со мной сделал этот всемогущий псих?! Надо осмотреться...
‑ Понимаю, ‑ Рей взял меня за плечи и резко повернул к... зеркалу, а сам остался за моей спиной. ‑ Какой девушке не хочется посмотреть на себя в новом платье?
И только теперь я осознала, что привычный уже интерьер самой обычной комнаты пропал. Перекресток, подчиняясь желанию своего стража, превратил помещение в бальный зал. Высокий потолок, с которого свисала огромная хрустальная люстра, на всех стенах ‑ зеркала. И двое... Нет, это же не можем быть мы!
Невысокая худенькая девушка с широко распахнутыми удивленными глазами и серьезный огненноволосый мужчина за ее спиной, который покровительственно, я бы даже сказала ‑ оберегающе положил руки на плечи своей спутницы.
В светло‑голубом шелковом платье, которое мягко облегало до пояса, а дальше плавно расширялось к полу, я сама себе казалась сказочной Золушкой. У меня никогда не было таких красивых платьев... Да что там, будем откровенны, в наш век джинс и футболок в моем шкафу даже юбки не завалялось. А ведь мне шло. И даже очень. Открытые плечи, вышитый серебряной нитью лиф, провокационный разрез до середины бедра, обнажающий ногу в синем босоножке. На спине явственно ощущался довольно глубокий вырез. Да, такую девушку можно хотеть. В такую можно влюбляться. Но ведь это не я! Или... все же я?!
‑ Пожалуй, начнем, ‑ мягким тоном проговорил Рей и нежно улыбнулся. ‑ Музыка.
И полилась мелодия. Первые же звуки заставили меня шумно сглотнуть и посмотреть на отражение мужчины в костюме расширенными от паники глазами. Бежать! Срочно! Потому что... под эту композицию я сама соблазнюсь. И с удовольствием! Откуда этот рыжий мерзавец знает, что именно эта песня Xandria всегда казалась мне самой чувственной и... порочной?
Искуситель за моей спиной медленно растянул губы в понимающей улыбке. А потом резко крутанул меня. Мы оказались лицом к лицу.
Черт... Черт. Черт! Сочетание этой песни и этого мужчины ‑ слишком для маленькой и совсем неопытной меня!
А Сфинкс притянул меня за талию, и пришлось двигаться.
Танец начался. И мне оставалось только молиться, чтобы он не стал последним в моей жизни.
‑ Sigh ‑ for they make you fell alive (Вздохни ‑ ведь они заставляют тебя чувствовать себя живым), ‑ вдруг прошептал мой самый опасный соблазн на ухо.
Я вздрогнула и попыталась отодвинуться. Ага, размечталась... Что же он делает?! И это ‑ просто потанцевать...
Но Рей и не думал останавливаться. Одна его рука медленно поползла с талии вверх, легко лаская голую кожу на спине.
‑ Try ‑ it's just one step aside (Пробуй ‑ это ведь всего лишь один шаг в сторону), ‑ продолжал искушать его низкий голос.
Кажется... я этот шаг сейчас сделаю. Или уже сделала. Не знаю. Не хочу думать. Попалась ты, Алиска. Как муха влипла в его паутину.
Приподняла голову и зачаровано провела кончиками пальцев по гладкой и холодной щеке. Его рука на моей талии на миг сжалась, а затем притянула меня еще ближе, буквально впечатывая в худощавое тело.
‑ Don´t dive too deep ‑ too deep into the sea (Не ныряй слишком глубоко ‑ слишком глубоко в море), ‑ выдохнул он последнее предупреждение, а затем, обхватив мое лицо ладонями, властно накрыл мои губы своими. А я... привстала на носочки и сама к нему потянулась. Хочу.... Ну а думать, бояться и переживать ‑ не хочу!
Когда Рей оторвался и, прикрыв глаза, глубоко вдохнул, я сделала невероятную для себя вещь. Сжав пальцы на его плечах, требовательно прошептала:
‑ Еще!
А затем сама к нему потянулась.
И под продолжавшую звучать песнь Русалок я впервые поцеловала свое зеленоглазое наваждение без принуждения, страха или чего‑либо другого, плохого. Лишь потому, что мне этого хотелось. Хотелось чувствовать твердые губы, как ладони сжимают мою талию и как бешено, грозясь проломить грудную клетку, бьется его сердце. А мое ‑ стучит в унисон.
А в следующий момент Сфинкс мягко толкнул меня. Я полетела на что‑то мягкое, еще успев краем глаза отметить, как сияние бального зала сменяется почти забытой тьмой перекрестка миров.
Прохладная ткань, кажется, атласа приятно холодила спину в вырезе платья. А я зачаровано смотрела на хищно улыбающегося соблазнителя, который остановился у меня в ногах. Он склонился и оперся рукой рядом с моей головой. Коснулся легким поцелуем лба. Прочертил языком полоску на щеке. И, замерев напротив приоткрытых губ, промурлыкал:
‑ Маленькая, смелая Алиса...
С нажимом провел большим пальцем по нижней губе, а потом... опять поцеловал. Сначала нежно, ласкающе, затем... неистово и даже как‑то голодно. Я застонала и выгнулась ему навстречу. Внизу живота разгорался нестерпимый пожар, который заставлял ерзать и хныкать, требуя не понятно чего. Да хоть чего‑нибудь! Ну же! Рей, ты же мужчина! Сделай что‑то с этим! Со мной...