– Вы предлагаете использовать против Сталина именно химию? – вступил в разговор жирный коротышка, ставший со времени встреч в Лондоне еще толще.
– Это выглядит логичным вариантом, – высокий джентльмен пожал плечами.
– Ну да. А еще очень логичным выглядело натравить Гитлера на СССР и хорошенько на этом нажиться. Затем логичным стало дать русским заполучить Германию и почти всю Европу – на чем я, кстати, потерял огромные деньги! – коротышка начал заводиться.
– Как будто вы их не отбили за последние пару лет, причем с десятикратной прибылью, – послышалась реплика от еще кого‑то из присутствующих.
– А что у нас еще выглядело логичным? Ах да, быстренькая победа над желтопузыми! А потом? Точно! Вбухивание денег в атомный проект! И в антигравитацию! Сколько мы все на это потратили? Десятки миллиардов! А что получили? Пшик! Дырку от бублика!
То, что лично его дырка от бублика и пшик составляли почти десять миллиардов долларов из бюджетных денег, коротышка решил не упоминать.
– Да на эти деньги мы бы уже давно построили в несколько раз больше бомбардировщиков и вбомбили бы большевиков и их новых немецких дружков в каменный век! А сейчас мы не имеем ни куска достоверной информации о том, что происходит в Союзе. Та тонкая струйка сведений, поступающих нам оттуда, не дает достаточных данных для хотя бы более‑менее приличного анализа. И вы хотите в это лезть? Не боитесь кончить, как Гитлер и его дружки?
– Ну, Мюллер, насколько я знаю, чувствует себя неплохо, – снова последовала реплика «из зала».
– Потому что он пошел на сделку с дьяволом! Или вы тоже побежите к коммунякам, едва запахнет жареным?
– Ладно, ладно, возьмем другой пример. Целая толпа наци скрылась в Южной Америке…
– Да, скрылась. Альверде им это позволил только потому, что они притащили с собою кучу денег, золота и ученых! И живут эти наци не слишком хорошо!
– Но живут же, – хозяин здания снова обратил на себя внимание. – Кроме того, что вы предлагаете? Не трогать Советы? Мы и так дали им целую кучу времени. Да, вы были правы, надо было тогда, в Лондоне, принимать другое решение. Но кто же знал, что Бек и его ублюдская команда успеют раньше наших людей?
– Я предлагаю не спешить! Нам нужно, нужно просто до чертиков, очень нужно, нужно и еще раз нужно, – коротышка едва не сорвался на визг, – получить больше данных! Потому что лично мне кажется, что лезть против коммунистов вот так, без тщательного анализа, – самоубийство!
– А не лезть – еще более верное самоубийство! – Высокий джентльмен грохнул фужером об стол, расколов несчастную посуду на множество частей. – Если дать русским еще времени – вот тогда мы можем даже и не пытаться. В пятидесятых они уйдут в отрыв, и все. Продемонстрировать вам динамику их роста? Да через десять лет мы не спрячемся даже и у Альверде. Мы не сможем спрятаться нигде!
– Я полагаю, что наш коллега не утверждает, что не надо воевать с русскими, – снова заговорил пожилой мужчина. – Он лишь говорит о том, что надо это делать с умом. Ваше предложение о раскачке ситуации на их территориях с помощью национализма не сработало. Наша пропаганда наталкивается на банальный рост жизненного уровня населения. Это быдло помнит, что было всего несколько лет назад и что есть сейчас. Чтобы ваши методы сработали, нам нужно как минимум два десятилетия. А их у нас нет. У нас нет даже четверти этого срока. Но лезть в пещеру к дракону вот так, сломя голову… С абсолютной уверенностью я могу заявить, что это вернейший способ подписать себе смертный приговор.
– Я уверен в нашей авиации.
– Да мы все в ней уверены. Вот только войны не выигрываются в воздухе. Земля считается захваченной тогда, когда над ней висят яйца твоего пехотинца, – и не ранее. А с этим будут проблемы – что русские прекрасно доказали в своей последней войне. Да и немцы тоже не слабые вояки. Где будем брать пушечное мясо? Если помните, предполагалось, что оным будут русские, немцы и прочие европейцы, вроде лягушатников или итальяшек. А теперь это самое пушечное мясо будет против нас…
– Вы абсолютно правы. Ошибаетесь только в одном. Да, авиация не может выиграть войну. Обычно. Вот только наша авиация сможет за несколько недель угрохать половину населения Советов. И Европы. Да вообще всех. Если мы разрешим использовать химическое оружие.
В комнате воцарилось молчание. Пожилой джентльмен подошел к окну и посмотрел на вечерний город. Тот горел тысячами огней, подавляющих тьму на улицах. Но тьму здесь, наверху…
– А вы не боитесь, что русские применят в ответ на это симметричные меры?
– У них практически отсутствует дальняя авиация. Чем они будут доставлять бомбы? Полусотней самолетов? Да мы их посбиваем за пару‑другую дней. К тому же после нашей же первой операции им должно стать понятно, что если они не сдадутся и не откажутся от своего красного варварства, то им конец. Крышка. Потому что мы не будем применять отраву против их войск. Зачем? Это неэффективно – что доказано еще тридцать лет назад, во время Первой мировой. Мы будем бомбить их города. Согласитесь, это очень эффективное средство. Сколько жителей осталось в Хиросиме и Нагасаки после нашего «налета мести»? Пять процентов? Десять? Просто подставьте вместо «Хиросима» или «Нагасаки» что‑нибудь другое. Например, «Берлин», «Москва», «Ленинград». Да русские после второго, максимум третьего налета прибегут капитулировать. И если вы считаете, что это будет не так – мы можем проверить метод на япошках.
– Не знаю, – покачав головой, пожилой мужчина вернулся в кресло.
– Мы сделаем все возможное, чтобы получить больше информации о состоянии дел в Союзе. Более того, я даже предлагаю вам заняться решением этой проблемы, – обратился хозяин небоскреба к коротышке. – Делайте все, что считаете нужным.
Жирдяй нехотя кивнул. Худощавый джентльмен подошел к столику с вином и, налив себе немного в новый фужер, залпом выпил дорогущий напиток. После чего повернулся к остальным:
– Мы должны решить со сроками и методами сегодня. Не завтра. Сегодня. Нам нужна война. Нам нужна победа в этой войне. Нам нужен коллапс коммунизма. Нам нужен мир. И мы получим все, что хотим.
Все… или ничего…
15 января 1946 года. Москва, Кремль
– Таким образом, основным штурмовиком советской авиации на сегодняшний день является Су‑8М, – главком ВВС Новиков с удовольствием посмотрел на появившуюся на экране железную птицу.
Русский штурмовик выглядел весьма и весьма внушительно. Обладая мощнейшим вооружением (включавшим в себя в том числе и шестиствольную тридцатимиллиметровую пушку‑монстра, вытребованную лично Сталиным, не пожелавшим слушать разговоры об ее избыточной силе), советский самолет обладал лучшим среди своих собратьев бронированием и шестисоткилометровой скоростью.
– На данный момент пятнадцать штурмовых авиаполков полностью перевооружены на данный образец боевой техники. К осени сорок седьмого года количество оснащенных Су‑8М полков должно достигнуть двадцати пяти. Летчики оснащаемых частей со всем возможным рвением обучаются использованию нового самолета и уже скоро будут способны успешно применять его для выполнения боевых задач! – Главком всем своим видом выражал уверенность.
– Теперь о нашей истребительной авиации. Основным вооружением этого рода авиации станет МиГ‑15. – Щелчок проектора явил на экране зрителям самолет необычных форм, в котором опытный наблюдатель узнал бы усовершенствованный МиГ‑15бис. – Поставки в войска уже идут, самолет активно осваивается личным составом. Сильнейшее вооружение данного образца авиатехники, а именно две ракеты и две пушки, при высоких скоростных характеристиках позволяет с абсолютной уверенностью говорить о качественном превосходстве над вероятным противником.
Последовал еще один щелчок. Демонстрируемый самолет выглядел значительно красивее всех показанных ранее.