– Все‑таки ты авантюрист, – печально покачала головой девушка. – А если они призовут Вечных? Двое из них – аватары, я правильно поняла?
– Да, аватары, – скривился Раильен, с яростью вспоминая отказ Тьмы. – Но у Вечных есть нерушимый принцип – они вмешиваются лишь в самом крайнем случае. Я таковым не являюсь, иначе уже был бы мертв.
– Я все равно за тебя волнуюсь. – Голос Рины упал до шепота.
– Не стоит, милая. – Мужчина хищно улыбнулся и направился к кровати. – Лучше покажи, как ты рада меня видеть.
Девушка откинула покрывало и протянула к магу руки.
После обеда, так и не дождавшись Флэсса, Ри и Керрин, перебрасываясь шутками на тему внезапной сонливости друга, направились в библиотеку.
– В «Монополию»? – Девушка лукаво посмотрела на оборотня и не мудрствуя лукаво опустилась на ковер.
– Нет уж, спасибо, – хмыкнул он в ответ, садясь напротив. – Мне достаточно того, что ты вчера меня шесть раза обыграла.
– А чем тогда займемся? – Дериона не смогла скрыть разочарования в голосе – обставлять мужчин хоть в чем‑то ей очень нравилось. – Мне кажется, обсуждать ситуацию с магом без Флэсса – пустая трата времени.
– Подождем, – пожал плечами барс. – В конце концов, не вечность же они будут в спальне сидеть. Тем более Тирэль сегодня нужно возвращаться в Тинталэ. А насчет того, чем займемся… Я тут кое‑что интересное накопал… – Он принялся задумчиво водить пальцем по ковру. – У тебя же на плече есть значок меча, оплетенного лозой?
– Да, есть такой. – Ри уже и думать забыла о символах на своих метках. – А ты знаешь, что он значит?
– Знаю, но сначала… – Керрин состроил невинное лицо и посмотрел в потолок. – Может, покажешь мне вторую метку?
– А книжкой по лбу? – нелюбезно ответила на это провокационное предложение девушка, нервно одергивая подол платья.
– Не надо! – Оборотень сделал вид, что испугался, а потом миролюбиво предложил: – А там хоть есть такой знак? Я так и не смог найти тот листок, на который ты вторую метку перерисовывала…
– Вроде бы есть, – нахмурилась девушка, пытаясь вспомнить, что за знаки расположились у нее на внутренней стороне бедра.
– Так вот. – Керрин окончательно разлегся на ковре и заложил руки за голову. – Этот значок, по сути, и дает четко понять, что ты – аватара Тьмы. И если он у тебя есть на обеих метках, значит, твое аватарство – это не приобретенное, а врожденное состояние. Что возвращает нас к вопросу о том, кто ты такая и кто твои родители. – По губам мужчины скользнула странная улыбка. – Ты точно ничего не помнишь?
– Нет. – Ри печально вздохнула. – Первое мое воспоминание – я бреду по тракту, где вскоре меня подобрал Тарим.
– Жаль. – Оборотень ободряюще улыбнулся девушке и тихонько, сам для себя, пробормотал. – Значит, попробуем по‑другому…
Дериона, которая прекрасно расслышала последнюю реплику друга, нахмурилась и уже хотела было спросить, что же он имеет в виду, как дверь в библиотеку с грохотом открылась, явив всклоченного темного. Ри и Керрин, переглянувшись, громко рассмеялись – видок у Флэсса был еще тот. Босой, в небрежно наброшенной на плечи рубашке, с темными кругами под глазами, он являл собой яркий пример хронического недосыпа. Только сияющий взгляд и счастливая улыбка скрашивали этот портрет.
– Вы хоть спали? – поднял бровь оборотень, внимательно посмотрев на друга.
– А зачем? – недоуменно ответил вопросом на вопрос Флэсс, усаживаясь между девушкой и барсом. – У нас была всего лишь ночь…
– И прошла она не зря, – хмыкнула Дериона и попеняла брату: – Ты сейчас в таком состоянии, что от тебя только художественного храпа, а не идей по темному магу можно дождаться…
– Поклеп! – взвился мужчина в ответ. – Да я даже в таком состоянии готов хоть тысячу идей придумать!
– Вперед, – коротко бросила девушка и, сложив руки на груди, выжидательно уставилась на друга.
Флэсс как‑то сразу замялся и отвел глаза.
– Слишком мало данных, – буркнул он наконец. – Если бы мы знали, кто именно принес это письмо, можно было бы работать. А так… Только сидеть и ждать, когда этот Раильен сделает очередной ход.
– Вот и поговорили, – фыркнул Керрин и обвел друзей ехидным взглядом. – Раз уж дела обсудить не получается, предлагаю поиграть.
– В «Монополию»? – тут же загорелась Дериона.
– Нет, милая. – Оборотень лукаво улыбнулся девушке. – Сегодня для разнообразия выигрывать будем мы. Потому играем в карты.
Флэсс радостно поддержал друга – проигрывать Ри ему изрядно надоело. Девушка попробовала было надуться на мужчин, но потом махнула на это рукой и с азартом включилась в игру.
А на следующий день началось.
Утром Дериона проснулась оттого, что не смогла повернуться – что‑то ей мешало. Сначала она не могла понять, что же именно не так, и только подергав рукой, осознала, что произошло. Девушка села и недоуменно посмотрела на красную атласную ленту, которой была привязана к столбику кровати. Подавив подступающую панику, она отвязалась и внимательно осмотрела комнату. На прикроватном столике белел сложенный вдвое листок.
– «Милая Ри. К моему большому сожалению, это пока все, что я могу себе позволить. Но обещаю тебе – как только найду способ закрыть тебя от покровительницы, мы продолжим наше интересное знакомство. Р.», – вслух прочитала девушка и, яростно скомкав записку, прошипела: – Вот урод!
Дериона заметалась по комнате, торопливо одеваясь. Через десять минут она, злая, как тысяча голодных демонов, ворвалась в комнату Флэсса, потрясая запиской.
– Сестренка, какие мухи тебя с утра покусали? – Темный, доселе сладко спавший, попытался прийти в себя и продрать глаза.
– Флэсс, ты должен что‑то придумать! – зло выпалила Ри, бросив другу на кровать смятую записку. – Ознакомься!
Зевнув, эльф взял в руки листок, расправил его и начал читать. Постепенно его брови взлетали все выше и выше.
– Он что, был у тебя в комнате? – завопил темный, подрываясь с кровати. – Но как?!
– Не знаю! – рявкнула Ри. – Но ты просто обязан что‑то сделать!
– Что у вас тут творится? – В комнату темного заглянул взлохмаченный оборотень в одних штанах и босиком.
– Полюбуйся и ты, – прошипела девушка и, подхватив оброненную Флэссом записку, передала ее Керрину.
Барс внимательно прочитал послание и сурово сжал губы.
– Либо он совсем сумасшедший, либо уверен в собственной неуязвимости. – В голосе оборотня звучали отголоски с трудом сдерживаемой ярости. – Но меня больше заботит вопрос, как он пробрался в дом. Помнится, после памятного похищения наши дражайшие родственнички вокруг дома такое накрутили, демон ногу сломает. Как можно через это все тихо пролезть, а потом удрать, я не понимаю.
– И я, честно говоря, тоже, – удрученно сознался Флэсс.
– Тогда думайте! – продолжала злиться Ри. – А то в следующий раз я к вам приду уже с распустившимся цветком на плече!
– Ну уж нет! – Ярость оборотня все же выплеснулась наружу. – Этого допустить ни в коем случае нельзя!
– Я сейчас же позову наших магов, – проговорил эльф, торопливо натягивая штаны. – Пусть они проверят защиту на доме. Может, этот мерзавец просто нашел лазейку?
Через час Флэсс вернулся с пятеркой темноэльфийских магов. Они проверили дом вдоль и поперек, подновили кое‑где защиту, накрутили сверху еще заклинаний и успокоили друзей тем, что теперь даже мышь через это плетение не пролезет.
Ночью Ри проснулась оттого, что ей показалось – хлопнула дверь. Девушка сонно потянулась, отмечая, что вроде бы никаких сюрпризов нет, и хотела уже заснуть дальше, как ей пришла в голову мысль проверить прикроватный столик. Дериона зажгла светильник, и весь сон с нее слетел в один момент – там опять лежала треклятая записка.
– Что же сегодня… – пробормотала она и торопливо вчиталась в строки.
«Милая Ри, ты же не возражаешь, что я сегодня украл у тебя поцелуй? Твои губы так манят, что я просто не смог удержаться. Р.»
Девушка испуганно прижала ладонь к губам, а затем зло прошипела: