– Посол, – осторожно начал Глущенков, – похищение. Не слишком ли это радикально? Мы могли бы допросить его тут, на Сол-3, или передать землянам.
– Чтобы они начали нам выставлять условия? – изумился М’хак-о-Пло. – Нет уж, увольте. Он слишком опасен. С его знаниями русские никогда бы не выдали его, если бы нашли первыми. – Суперинтендант заглянул в глаза 24-го, угадав в них сомнение, поэтому добавил: – Миссия завершена! Блестяще, Двадцатый!
Агент радостно встрепенулся, сделал вращательное движение кистью:
– Служу Федерации!
– Пойдемте на корабль.
Первым, что спросила Ира, очнувшись, глядя в белоснежный потолок медотсека, было, как ни странно:
– Макс, я хоть в кого-нибудь попала? – Она еле ворочала языком.
– Формально – нет, – ответил я. – Не двигайся, пожалуйста.
Самка слабо улыбнулась:
– Когда ты говоришь «формально», за ним обычно следует «но».
– Да, – теперь уже внутренне улыбнулся я и добавил: – Но ты своими залпами окончательно раскурочила потолок, а над ним располагается система переработки отходов жизнедеятельности. В результате вся масса жидкости, смешанная с обломками трубопроводов, обрушилась на наступающих касториан и завалила их.
– Так им и надо, козлам!
– Мы еле разгребли завалы, – донеслось справа.
Ира попробовала повернуть голову, но собеседник сам поспешил появиться в поле обзора ее световых датчиков – это был перотрианин.
– Здравствуйте, я – Первый, – сказала «палочка».
– В очередь! – прохрипел симбионт.
Инопланетянин растянул безгубый рот в улыбке.
– Как там пассажиры? – спросила Ирина.
– Нормально, все целы, только напуганы.
– В трюме еще два «суслика», – заметила она.
– Не беспокойтесь, мы их обезвредили, – ответил за меня перотрианин.
– Вы? – насмешливо сказал симбионт инопланетянину, который как раз вытирал медицинские инструменты. – Да вы же едва на ногах стоите!
– Я лучший агент Федерации, просто временно нахожусь в этом теле, – без намека на бахвальство в голосе уведомила «палочка». – Скажем так, «мы» обезоружили: я и мой дроид, с некоторой помощью вашего зеленого возлюбленного.
– Солн’гха?! – Ира попробовала пошевелиться, но перотрианин мягко придержал ее за плечи. – Никакой он мне не возлюбленный!
– Он утверждал обратное… Впрочем, это не имеет значения, – поспешно добавил Первый.
– Для меня имеет! – возразил симбионт, снова пробуя подняться. – Где, кстати, этот брехун?! С ним все в порядке?
– Да, – ответил я. – Он сейчас в рубке, ведет корабль на ручном управлении.
– Хорошо, – самка расслабилась, – значит, мы скоро будем на этом Дафтане.
– Нет, – сказала «палочка», – туда лететь слишком опасно. Касториане, или кто там они на самом деле, не собирались угонять ваш корабль.
– А что же это было?
– Они охотились за мной, точнее, за тем, что у меня внутри. – Первый провел тонким щупальцем по стволу.
– И что же это такое?
– Не могу вам сказать. Но «сусликам», как вы их называете, во что бы то ни стало надо было завладеть этой вещью, даже если для этого пришлось бы разделать тела всех пассажиров. Но тут объявились вы, да еще и ускользнули от них в центр управления. «Суслики» поняли, что они обнаружены и на Дафтан вы немедленно свяжетесь с полицией. Поэтому они активировали заранее внедренный в сеть корабля вирус. Видимо, они занесли его, когда проводили своими магнитными карточками или во время установки нового навигатора.
– Я же говорила тебе, Макс, что она – стерва! – вставилась Ира.
– В результате вирус взял под контроль ваш бортовой компьютер и изменил координаты выхода, – спокойно продолжал Первый. – Думаю, где-то поблизости Дафтан их ожидает другой корабль.
– Куда же мы летим?
– На Грумбридж, – ответил я за агента.
– Так, я вас, пожалуй, покину на время. – «Палочка» быстро сложил инструменты и моментально слинял из отсека, промямлив что-то типа «проверю пленников».
«Сразу видно, что Первый: мгновенно сообразил, куда дует солнечный ветер, хотя знаком с симбионтом минут пять от силы, – вздохнул я. – Придется самому отдуваться».
– Мне вот интересно, Макс, – вкрадчиво начала Ира, – и кто же это такой умный предложил лететь на Грумбридж?
– Гм… ну… я это…
– Давай я угадаю с одного раза? – Голос симбионта был хоть и тихим, но очень грозным.
– Ну да! Да! – выпалил я. – Солн’гха предложил, и что? Грумбридж – ближайшая отсюда система Федерации. Да и Первый согласился с этим планом! К тому же мать Солн’гха – интендант Грумбриджа. Там мы точно будем в безопасности!
– Мать, значит… – огрызнулась Ирина.
– Отец умер, а его мать была пятой женой, она теперь член Совета Федерации от Грумбриджа.
Самка хмыкнула еще язвительнее:
– И как же так получилось, что пятая жена управляет планетой? Почему не первая?
– Ну формально, – начал я, – ее должность выборная, то есть за нее проголосовали…
– НО! – оборвал меня симбионт.
– Но по традиции грумбриджийцев пост интенданта планеты переходит к старшему сыну правителя. У Солн’гха есть родной брат, и он старше остальных четырнадцати наследников от других жен. Поэтому, опять же формально, временное… как это по-вашему… регентство перешло именно к матери Солн’гха, хоть она и была пятой. Тут нет никаких уловок, поверь, – успокаивал я Иру.
– А я думаю – есть! – убежденно сказала она.
– Какая же?
– Этот хитрый зеленый подлец хочет познакомить меня со своей матерью!
Я призадумался, чем это грозит лично мне.
Глава 12
…и пока смерть не разлучит вас
Ира сидела на широкой террасе, залитой бледным розовым светом Грумбридж 34-Б, отчего простиравшаяся на сотни километров вокруг пустыня еще больше походила на внутренности плавильной печи. Симбионт угрюмо смотрел на это унылое однообразие, вдыхал горячий воздух, изредка сокрушаясь по поводу утерянного наноплатья: «Скоты, такую вещь испортили… Хорошо хоть комбинезон догадалась в душе снять». Именно в белом костюме она и была сейчас, даже не удосужилась вставить какие-либо модификаторы. Действие стимулятора, который ввел ей Первый после операции, закончилось. И теперь самка страдала от подступающей боли, периодически поправляя повязки под нанотканью то на плече, то на животе. Но на самочувствие она ни разу не пожаловалась.
За спиной раздался приглушенный плотными пыленепроницаемыми шторами стук в дверь. Ира, кряхтя, поднялась:
– Идем, Макс. Наверное, это Мул’тху.
Но это была вовсе не мать Солн’гха, а агент в сопровождении своего дроида-паука, цокающего металлическими лапками по мозаичному полу.
– Первый. – Симбионт улыбнулся, открыв дверь.
Кажется, перотрианин был единственным существом в загородной резиденции семьи Солн’гха, которого Ира действительно была рада видеть.
– Проходите. – Она сделала приглашающий жест рукой в сторону неглубокого круглого бассейна в самом центре апартаментов с плавающими цветами, похожими на кувшинки.
– На самом деле я попрощаться пришел, – сказал «палочка», не спеша входить.
– Значит, вы нас покидаете? – грустно спросила Ира.
– К сожалению. Через полчаса. Вылетаю на Фомальгаут. Как вы себя чувствуете?
– Хорошо – благодаря вам, – соврал симбионт.
Первый явно не поверил, но акцентировать не отважился.
– В общем-то это я вас должен благодарить: вы спасли не только мою жизнь, но и нечто более ценное, о чем даже не догадываетесь. – Он протянул тонкую ветку-отросток.
– Что теперь с нами будет? – Ира мягко пожала кончик его руки. – Макса арестуют федераты?
– Нет, я об этом позабочусь. – Первый загадочно улыбнулся.
– А хотите, мы вас довезем до Фомальгаута? – предложила моя спутница. – Я просто не могу находиться здесь: все эти братья, сестры и мать Солн’гха… Я им не нравлюсь, и они мне тоже.
Она не упомянула жену грумбриджийца, но я не удивился: это было странно, но именно к Пиэ’тху моя спутница почему-то не питала неприязни. Возможно, она просто лукавила, пытаясь сблизиться с соперницей, с целью выяснить, каково это – быть замужем за зеленым.