– А ведь я пре… – ехидно начала Ирина, мельком взглянув на экран.
– Я понял, – покорно сказал я. – Что же делать?
– Поставь что-нибудь ненапряжное, чтобы всем было интересно, – выдал симбионт, доставая из микроволновки очередного готла.
– А ты можешь точнее сформулировать? Что именно?
– Ну, если фильм, то чтобы там были и любовь, и страсть, и драма, и боевик, и смешно местами. – Симбионт тряхнул шевелюрой, укомплектовывая очередной поднос.
– Это очень широкий запрос, конкретное что-то можешь посоветовать?
– О! Вот! Танго!
– Чего?
– Поставь танго – оно всем нравится!
Я прошерстил свою коллекцию земных передач и отыскал несколько сотен клипов с этим танцем. Прокрутил парочку, и меня тут же взяли сомнения: неужели это может пользоваться успехом? Однотипные движения двух гуманоидов под рваный ритм… С другой стороны, моя спутница уже неоднократно доказала свой профессионализм (или это та самая загадочная «интуиция»?) в подобных вопросах… Поэтому я решил прислушаться к рекомендации симбионта.
И это работало! «Мужики» в отсеке, конечно, повозмущались минут пять, но страсти быстро улеглись. И вскоре все пассажиры уже тупо глядели на потолок, будто загипнотизированные витиеватыми последовательностями мелких шагов и махов, перемежающихся отрывочными поддержками. Мне самому начало казаться, что я впадаю в транс: самка в паре танцоров на короткий миг игнорировала силу притяжения, взмывая в воздух, словно у нее есть крылья. Это было настолько завораживающе, что даже один из «сусликов» высунул морду из-за ширмы. Правда, в следующий момент его собрат влепил тому увесистую оплеуху, и он снова скрылся за перегородкой.
Ролик закончился, существа в трюме недовольно зашумели. Почему-то особенно громко шуршали «фантики». Я поставил следующую запись и сформировал плей-лист. Да, танго – это нечто! Какой-то первобытный танец землян, видимо.
Ирина тем временем методично обслуживала клиентов, в сопровождении дроидов перемещаясь с подносами по трюму. Только грумбриджийца тщательно обходила стороной. С лица того не сходила надменная улыбка, однако его чувства с головой выдавали чуть помутневшие глаза. Мне стало даже жалко Солн’гха. Но симбионт был непреклонен.
– Так, – деловым тоном возвестила самка, поднимаясь в который раз в рубку с грудой посуды. – Что у нас есть для «сусликов» и «комаров»?
– А зачем? Мы их кормить не обязаны – они взяли билеты прямо перед отправкой. Да они, насколько я понимаю, и не настаивают.
– И что? – Ира явно вошла во вкус. – Если осталось что-то подходящее, мы им предложим.
– Ну касторианцам… «сусликам»… злаковые, желательно твердые.
– Ясно. – Симбионт начал рыться в шкафу. – Тут еще хлеб был где-то.
– А рою с Шагулы Б-4, пожалуй, икра подойдет, – предположил я. – Если, конечно, твоя «медуза» всю не съела.
Ира с выпечкой под мышкой уже заглядывала в холодильник.
– Тут остался пакетик. А «медуза» довольна, мне кажется, – заявил симбионт, – снова меня ощупывала, долго так.
– Похоже на то, – внутренне улыбнулся я, – прихвати с собой тогда еще эти тубусы.
– Эти? – Ирина вынимала контейнеры с напитками.
– Да, розовую смесь «комарам», серую – «сусликам».
– Спасибо, Макс. – Самка суетливо распределила подносы двум БТ-82. – Там еще «фантики» добавки просили, этих ампул светящихся.
– Тахионную пульпу? – забеспокоился я. – Обойдутся: этот коктейль разгоняет их матрицу до сверхсветовых скоростей, так они скоро станут совсем невменяемыми. Не давай – «нажрутся, как свиньи», будут проблемы. Имперцы вообще везде себя считают хозяевами жизни. Так что поосторожнее с ними, вежливо откажи.
– Я поняла… – Ира гремела подносами уже где-то на лестнице средней палубы.
– Ну давай посмотрим теперь! – Симбионт нетерпеливо воткнул карту памяти Солн’гха в приемник, а сам расположился на кровати.
«Попкорна только не хватает», – усмехнулся я.
Сейчас мой корпус был всего в паре миллионов километров от «мертвой зоны» системы Бормотун. Вскоре можно будет совершить гиперпрыжок. «Пассажиры, кажется, удовлетворены сервисом. Такое желанное затишье! – сладостно подумал я, включая запись спектакля глазами грумбриджийца. – К тому же Ира устала, очень устала, – это было видно по глазам, полным решимости и чувства выполненного долга, – пускай посмотрит, расслабится».
– Макс, это что такое? – спросил симбионт, глядя на свою копию в белом купальнике посреди пустыни.
– Это образ Селсии в представлении твоего друга, – расшифровал я очевидное.
– Хорошо хоть не голая, – заметила самка, накрываясь одеялом.
– Ну голой он тебя не видел, поэтому и воспроизводит те события, которые повлияли на него больше всего. Похоже, водные процедуры в твоей компании произвели на него неизгладимое впечатление.
На сцене объявился клон Солн’гха. Ира хмыкнула: «Еще бы!» Клидинг преклонил колено и начал пафосный монолог, высунув язык. Удивительно, как он при этом еще умудряется говорить. Глаза иллюзии загорались все ярче, а толстый язык, исходя слюной, тянулся и тянулся все ближе к бедру самки. Вот он уже почти коснулся кожи симбионта…
– Выключи! – заорала Ира, скривившись. – Фу! Фу-у-у! Извращенец чертов.
Я остановил запись.
– Так он тебя видит, ничего необычного.
– Да уж, – прорычал симбионт. – А что это у меня на лбу такое?
– Брачная татуировка.
Ира хмыкнула:
– Брачная! Он хоть за сюжетом следил? Они еще не поженились, а этот кобель меня уже заклеймил, как скотину какую…
– Капитан, – произнес мягкий женский голос, – вышел из строя пространственно-световой датчик в грузовом отсеке.
– Это еще кто такая?! – Глаза Иры округлились.
– Наш новый навигатор, – пояснил я.
– Почему женщина?! – Такой разъяренной мою спутницу я ранее не наблюдал.
– Это просто искусственный интеллект, он бесполый пока.
– Пока? ПОКА?! – Симбионта будто подбросило с кушетки.
Не зная, что еще добавить, Ира нервно зашагала по рубке. Мне показалось, что сейчас она начнет ломать что-нибудь.
– Капитан, – настойчиво, но таким же ровным тоном повторил компьютер. – Жду распоряжений.
– Кы-пыы-тыы-н, – передразнила в камеру самка. – У-у-у, стерва!
Я выслал дроида в трюм заменить датчик.
– Не пойму, чем ты так раздражена? – попробовал я успокоить Иру. – Это всего лишь шаблон, голос, не более.
– Да уж, конечно… – пробубнил симбионт.
– Если ты насчет Глюка, то с момента установки он налетал с предыдущим хозяином более ста темпов. За пятьсот лет, знаешь ли, даже программируемый тостер сможет обрести свое «я».
– Да, но почему ты выбрал именно ее?
– Остальные шаблоны просто жуткие, поверь. С ними невозможно общаться. Если хочешь, я покажу.
– Давай!
– Не сейчас, когда приземлимся.
– Почему?
– От них трудно добиться какого-либо подчинения. Не хочу рисковать в космосе.
– Капитан, – донесся знакомый голос из динамика, с недавних пор так ненавистный Ире. – Связь с БТ-82 утрачена. Выслать второго?
– Нет. Ира, пойди глянь, что там в трюме происходит. Может, они там перессорились все из-за твоего танго?
– Кы-пыы-тыы-н, – повторил симбионт, поправляя платье. – Чего изволите, кы-пы-тын? Коза! – Самка на полсекунды показала язык и нехотя направилась на среднюю палубу.
Как только открылся люк в грузовой отсек, Иру схватила пара мягких рук и, буквально оторвав от лестницы, бросила на пол трюма.
– А-а-а-у-ххх!
Симбионт больно ударился об титановую обшивку. Перевернулся на бок. Вскочил, воскликнув: «Суслики, блин!» И тут же получил удар лапой в лицо.
– Молчать! – завизжал пушистый касторианин, оскалив резцы.
Ирина упала навзничь, чуть отползла, помогая себе локтями, пока не уперлась спиной в остатки моего ремонтного дроида, грудой металлолома лежащего у лестницы. Самка машинально стерла кровь со щеки и зло уставилась на обидчика. Один из «сусликов» в упор смотрел на нее, направив излучатель прямо в грудь симбионта.