Я открыл закладку форума свободных и удостоверился еще раз: «Никогда сами не покупайте симбионту подвида Б защитные ткани, а также другие «вещи», так как самка их все равно утилизирует и потребует лично выбрать себе гардероб».
«Ясно. Отмена», – скомандовал я.
– Мы согласны, – известил я полковника.
– А комната еще прилагается? – спросила шепотом подошедшая к группе «лилипутов» Ира.
«Ты чего так тихо?»
«Ну они крошечные такие. Чтобы перепонки не лопнули…»
Я усмехнулся: «Воспринимай их как взрослых. Ты когда с земной мышью разговариваешь, тоже шепчешь?»
«Я еще не дошла до ручки, чтобы с мышами разговаривать. К тому же я их боюсь».
Сделал пометку в базе: «По возможности избегать контакта симбионта с представителями 16-й Лиры». Если она мелких грызунов боится, что же случится, когда столкнется с двухметровыми саблезубыми монстрами?
– Ангар в вашем распоряжении в течение года, – подтвердил «большая шишка». – Если будете регулярно снабжать нас тербием, сможем обсудить продление аренды.
– Хорошо, вывозите товар.
Пока хлюпы занимались разгрузкой руды, Ира в сопровождении патрульного катера отправилась осмотреть помещение.
– Вот ваш ангар.
Мини-корабль, похожий на детскую игрушку, завис рядом с симбионтом и выпустил в стену луч. Перегородка отъехала в сторону. Самка ахнула. Я не понял почему: отсек был узким, не шире двух с половиной метров, но довольно длинным, будто зажатым высокими металлическими стенами. И совершенно пустым. Только противоположная стена была полностью прозрачной от пола до потолка, открывая вид в космос.
– Ну вот, – подытожил полковник, – обживайтесь. Ключ вам доставят дроиды.
Катер хлюпов плавно развернулся и рванул с места в неизвестном направлении. Симбионт двинулся к «окну» в дальнем конце ангара, осторожно пощупал стекло, проверяя, на месте ли оно и не вывалится ли прямо в вакуум. Потом долго стоял, наблюдая за тройкой солнц системы Индейца, и наконец сказал:
– Отличный офис!
Глава 10
ООО «Вимакс»
– Офис? Что еще за офис? – запаниковал я.
– ООО «Вимакс» – частные пассажирские перевозки, красиво? Надо бы комнату обставить и рекламу повесить.
Я пытался переварить услышанное. В нейронной сети родилось несколько десятков вопросов, из которых я почему-то выбрал случайный:
– Почему «Вимакс»? Я тут как бы на втором месте стою, вроде подсобного рабочего.
– Ах… не бери в голову! – Ира махнула перчаткой. – Подумаешь! Так звучнее!
– Да уж, конечно, – буркнул я. – А вот, например, агентство «Мира»? – попробовал я «потащить одеяло на себя».
Но самка тут же отбрила меня моим же аргументом:
– Сам же сказал: побудешь пока Викторией Ивановой.
Возразить было нечего: как бы лихорадочно я не переставлял буквы, получалось слабовато даже на универсальном.
– Ну хорошо, для чего он, собственно, нужен?
– Говорю же – заявки от пассажиров принимать, – бодро откликнулся симбионт.
После чего начал перечислять таблицу необходимых товаров для благоустройства своего нового обиталища: два стола, четыре кресла, кожаный диван, сейф (что она собирается в нем хранить?), шкаф (аналогичный вопрос!), два зеркала во всю стену (тут я насторожился), тумбочки, цветы в горшках, картины, статуэтки (лишенные смысла) и прочие предметы интерьера. Я отключил микрофон, так как мой буфер переполнился, а мысли внезапно потекли по ранее неведомому пути: «Похоже, она стремится обустроить здесь гнездо, дом, очаг. – Меня действительно беспокоил этот вопрос. – Но отчего у всех немеханоидов возникает такая неутолимая потребность в стабильном прибежище? И почему ее нет у меня? Ведь я тоже разумное создание, как и они. Тем не менее я никогда не ощущал какого-либо стремления укорениться на какой-нибудь планете или станции. Космос – вот мой дом, и только там я чувствую приток электронов в проводах. Неужели есть что-то, что может сравниться с этой абсолютной свободой, с этой непостижимой бездной?!»
– Макс, ты слушаешь?
– Да-да, – спохватился я. – Идем на корабль. Дроида уже доставили.
По дороге я напомнил Ирине о ее обещании поговорить с навигатором.
– А, не беспокойся, – откликнулась самка. – Я буду говорить, а ты яростно возражай мне, как ты обычно это делаешь. Давай порепетируем.
Кажется, у нее был готов алгоритм.
– Давай.
– Например: «Макс, а дроида могут подбить по дороге?»
Я задумался: возражать так возражать.
– Нет, что ты!
– Да не в этом случае! Бестолковый!
Я растерялся:
– А в каком?
– Когда дело касается вещей, в которых я разбираюсь.
– А разве есть такие вещи?
– Не ерничай! Давай еще разок: «Макс, нашего дроида могут подбить по дороге?»
– Вероятно, – осторожно ответил я.
– Так, уже лучше. «Давай тогда я сама его поведу».
– Но там же нет системы жизнеобеспечения симбионта!
– Нормально, только больше жизни!
– Но там же нет системы жизнеобеспечения симбионта! – заорал я в динамик так, что обернулась парочка прохожих.
– Вот видишь, – улыбнулась Ира.
Я просканировал окружающее пространство – ничего необычного.
– Вижу что?
– Вот в таком ключе и веди себя, пока я не уговорю Глюка.
– Да что это доказывает, создатель тебя побери?! Как это поможет-то?
– Увидишь, – уверенно заявил симбионт. – Но если не хочешь – убеждай его сам.
Я прекрасно понимал, что мои шансы в таком деликатном деле стремятся к нулю, поэтому пустил все на самотек. И, пока мы шли, тихонько повторял свои реплики, подбирая интонацию. Как оказалось, делал я это впустую.
В доке нас встретил новенький Ди-Эйч с разверзшимся чревом, в которое БТ-82 деловито загружали запчасти для буровой. Ирина окинула его взглядом и начала подъем на корабль.
Добравшись до рубки, симбионт попросил меня включить зеркало.
– Зачем? – тут же начал «возражать» я.
Самка прислонила браслет к губам так, что я почувствовал ее теплое дыхание.
– Ты что, совсем дурак? – прошептала она. – Все должно естественно выглядеть.
Я вывел на стену голограмму Иры. Симбионт безмятежно начал свой обычный ритуал вращательно-извивательных движений. Потом вывалил содержимое сумки на кровать и занялся перестановкой узоров на платье.
– Так когда мы отправляем транспорт Хейви? – будто невзначай спросила Ира.
– Предпочтительно сегодня, как только навигатор проложит курс, – спокойно уведомил я.
– Я уже рассчитал, – откликнулся компьютер и добавил гордо: – В том числе альтернативный маршрут через Глизе, но он длиннее, конечно.
– Глюк, ты такой молодец! – похвалила Ира. – Что бы мы без тебя делали?!
«Ну вот, началось, – пронеслось в нейронной сети. Я разочарованно вздохнул. – Только тактика умасливания тут не прокатит». Я думал, что на следующем этапе самка начнет сперва мягко уговаривать, потом ныть, потом канючить, как она обычно это делала. Но я ошибся.
– Макс, а как летит транспортный дроид?
К этому я был не готов, мы репетировали другой алгоритм.
– Н-ну как… – заикаясь, начал я. – Совершает гиперпрыжки из одной системы в другую.
– А потом? – спросила самка. – Когда достигнет Лейтен?
– Да просто очень: будет двигаться по прямой к поясу астероидов, да и все…
Ирина задумалась или только сделала вид – однозначно истолковать было невозможно.
– Помнится, там есть газовый гигант…
– Есть, – подтвердил я.
– Что, если наш дроид врежется в него или в какой-нибудь астероид?
При иных обстоятельствах я бы вежливо попросил Иру не задавать глупых вопросов, но раз уж она решила отыгрывать свою роль до конца, то пускай ощутит провал всей своей оболочкой. Так как Глюк никак не реагировал на нашу бессмысленную беседу. Было даже интересно посмотреть, чем это закончится.
– Не врежется – у него самый современный автопилот.