Между тем готы под руководством Витигиса уже целый год, до марта 538 г., осаждали Рим. Они вновь и вновь шли на приступ с таранами, осадными башнями и лестницами. Вновь и вновь сформированные Велизарием из конных гуннов и мавров специальные отряды совершали опасные вылазки. Окрестности города: усадьбы, виллы, роскошные дворцы - все было опустошено. В Риме были разрушены прекраснейшие архитектурные творения греков и римлян, а камни, добытые из этих невосполнимых шедевров искусства, обрушивались на головы осаждавших готов. К тому же свирепствовали зной, голод и эпидемии. Лица сенаторского сословия платили золотом за отвратительную колбасу из мяса падших мулов. Осажденные получили экстренную помощь из Константинополя. Но две тысячи всадников из подкрепления под командованием Иоанна, «кровавого пса», по выражению хронистов, истязали в Пицене готских женщин и детей, чьи мужья и отцы стояли под Римом. После почти семидесяти отбитых приступов, Витигис отступает, понеся колоссальные потери. А армия Велизария, превосходящая готов как в тактике, так и в вооружении, занимает почти всю Италию до долины реки По146.
Зимой 538-539 гг., когда византийцы изгнали из Эмилии всех готов, а Витигис укреплял стены Равенны, на северную часть Центральной Италии обрушился страшный голод. От него погибли многие тысячи. Очевидец событий Прокопий сообщает, что только в Пицене их было около пятидесяти тысяч. А в северных областях еще больше. «Мне хотелось бы подробнее рассказать о том, во что превратились люди и как они умирали, так как я видел это собственными глазами. Они все стали невероятно худыми и бледными, поскольку их тела из-за недостатка пищи, как говорится, пожирали самих себя, а желчь в результате этого стала преобладать, и желтоватобледная окраска распространилась на весь организм. По мере развития недуга тела обезвоживались, а иссохшая кожа производила впечатление натянутой прямо на кости. Ее бледная окраска переходила в черноту, так что люди начинали походить на дотла выгоревшие факелы. На их лицах был написан ужас, их взгляд был как у умалишенных, взирающих на нечто ужасное… Некоторые, обезумев от голода, бросались друг на друга. Рассказывали, что две единственно уцелевшие во всей округе женщины, оставшись одни в крестьянской усадьбе близ Ариминума (современный Римини), съели семнадцать мужчин. Путники имели обыкновение останавливаться на ночлег в доме, где они жили. Женщины убивали их во сне и питались их мясом… Многие от голода бросались на траву и, стоя на коленях, пытались вырвать ее из земли. Но будучи слишком слабыми, поскольку силы их совершено покинули, они падали на свои собственные руки и на траву и испускали дух. Никто не предавал их земле, никому не было дело до погребения. Но даже птицы, хотя многие из них и питаются падалью, не садились на трупы. Им нечем было поживиться, так как все мясо, как уже говорилось, было иссушено голодом»157.
Страшная нужда царила и в Милане.
Даций, архиепископ города, который согласно Прокопию был на Западе вторым после Рима по величине, численности населения и благосостоянию, на третий год войны поспешил в Рим, чтобы уведомить Велизария о назревавшем антигот-ском восстании по всей Лигурии и о возможности возвращения области под власть Византии, а также чтобы настоять на занятии византийцами Милана. Что и происходит в апреле 538 г., в нарушение заключенного с Витигисом перемирия. Но вскоре племянник Витигиса Урайя с сильной армией и при поддержке присланных франкским королем Тойдебер-том десяти тысяч бургундов, которые прежде всего хотели совершить рекогносцировку, окружил Милан. Вскоре в городе начинается ужасный голод. Жители едят собак, крыс и человеческие трупы. В конце марта 539 г. византийский гарнизон под командованием Мундилы капитулирует, получив право свободного выхода. Но сам Милан, пишет Прокопий, готы «сравняли с землей; всех мужчин, от юношей до стариков, в количестве не менее трехсот тысяч, они перебили, женщин же обратили в рабство и отдали бургундам в качестве платы за их помощь». Дж. Б. Бьюри/ J. В. Вигу называет миланскую резню одной из самых страшных в длинном ряду сознательного варварства за всю историю человечества. «Столь ужасных поступков не числится даже в военной биографии Аттилы». Все церкви уничтожались. Католические - готами-арианами; арианские - бургундами-католиками. Поистине прогрессивная экуменистическая кооперация, имя которой: история христианства… Сливки общества, в том числе префект Репараций, брат папы, изрублены и скормлены собакам. Но сам архиепископ Даций, истинный виновник кошмара, заблаговременно дал тягу158.
Едва бургунды, отягченные богатой добычей, вернулись домой, как уже весной 539 г. в Лигурию вторгся Тойдеберт со своим войском.
Юстиниан уже в начале конфликта призвал франков, как выразился уже в XX в. католик Даниель-Ропс/ Daniel Rops, на «великую облаву на готов». Меровинги: Хильдеберт I, Хло-тарь I и их племянник Тойдеберт - пообещали императору свое содействие, приняли от него деньги, но также приняли 2 тысячи фунтов золота и от готов. Прованс же они приняли и от императора, и от готов. Эта область была формально уступлена им Юстинианом, а фактически - Витигисом. Именно ему Тойдеберт отправил в 537 г. алеманнское, а в 538 г. - бургундское войско и помог ему отвоевать земли Лигурии, а также весь север Италии вплоть до реки По. Но посчитав, что готы слишком усилились, он весной 539 г. выступил из Южной Галлии, перевалил через Альпы со 100 тысячами франков и ударил им в спину. После этого он опустошил Лигурию, Эмилию, а при переправе через По, как пишет Прокопий, «они убивали готских детей и женщин, которые попадались им в руки, и бросали их трупы в реку, как жертвоприношение в честь первых военных трофеев». В панике готские воины бежали к Равенне - под римские мечи. Но голод и эпидемии настолько подкосили войско Тойдебер-та, что, потеряв большую часть солдат, он был вынужден удалиться из Италии159.
В мае 540 г. осажденная с моря и с суши Равенна пала в результате предательства. По заданию Велизария были подожжены амбары с зерном в черте города, и Витигис сдался. Вместе с Матасвинтой и Амадабергой, вдовой тюрингского князя, которая в 535 г. перебежала к готам, вместе с их детьми и со всей казной его отправляют в Константинополь. Там Юстиниан присваивает отрекшемуся королю титул патриция. Но многие другие готы, как и некогда вандалы, отправлены на войну с персами. Племянник Витигиса Урайя, разрушив ший Милан, отказывается от короны в пользу Ильдибальда, и тот становится королем. По его приказанию убивают Урайю, сам он также погибает от рук убийцы, а его преемник король ругав Эрарих кончит тем же после изменнических переговоров с Юстинианом. На смену ему является комендант города Тревизо Тотила, поставивший убийство Эрариха условием своего вступления на трон160.
Война затянулась, тем более что силы Византии были сосредоточены на персидском направлении.
По старой римской и христианской традиции (кн.1, стр. 250) Юстиниан и Византия непрерывно воевали с Сасанида-ми: в 530-532 гг.; в 539-562 гг.; в 572-591 гг. и в 604-628 гт. При этом персидские христиане при первой возможности выступали на стороне Византии. Так, в 551 г. они поддержали, если не организовали дворцовый переворот против шаха Хосрова I (531-579 гг.). Шах, ослабивший эксплуатацию крестьянства, не поладил со своим старшим сыном Аиушзадом, который проявлял в отцовском гареме большую активность, нежели в армии. Когда во время тяжелой болезни шаха было объявлено, что он уже скончался, начался мятеж. Христиане Персии во главе со своим католикосом Мар Абой примкнули к Анушзаду, поскольку его матери, одной из жен шаха, удалось обратить его в христианство. Но после того как юг страны был превращен в ад с пылающими дворцами и бесчисленными пытками и убийствами, мятеж был подавлен161.
Война с персами продолжалась, равно как и война с готами. Готы никогда ее не хотели. Они всегда желали иметь право жить в Италии и готовы были за это служить императору. Этого они продолжали желать. Пока шла истребительная война, это желание находило выражение в постоянных попытках достижения компромисса. Это проистекает из вполне определенной готской традиции, завещанной еще Теодорихом: почитать короля, любить римлян и после Божьей милости искать милости у императора. Но все готские предложения мира и даже покорности отвергались Юстинианом. Жестокость возрастала. Жестокость со стороны католиков византийцев. Жестокость со стороны ариан готов162.