Внимательно оглядев каждого и тщательно проверив прочность кольчуг и состояние оружия, Валькери довольно кивнула.
— Неплохо. О такие кольчужки скрийлы все мечи пообломают.
— А ты будешь сражаться так? — спросил Вольдеморт.
Пэнтекуин удивлённо посмотрела на него.
— А что тебя не устраивает?
— Но ты могла бы выбрать какую-нибудь аниформу, которая дала бы преимущества в бою, — предложил Вольдеморт. — Она бы сохранилась и во время прибытия Джелара.
Валькери задумчиво кивнула.
— Но какая подойдёт лучше всего?… Хм… а если соединить несколько в одной?…
Она скинула кольчугу и замерла на секунду, а затем начала невероятно быстро, но при этом плавно изменять свой облик. Тело вытянулось, увеличившись в росте, и покрылось иссиня-чёрной чешуёй; глаза стали больше и их целиком заполнил зрачок с кружащимися внутри него искорками света; пальцы удлинились и на них появились внушительных размеров острые, как бритва, когти; ноги тоже перестали быть человеческими — теперь Валькери стояла на пальцах, сместив вперёд центр тяжести, обликом напоминая древнего хищного ящера. Ещё большее сходство придавал длинный хвост, раздвоенный на конце и переходящий в два тонких ядовитых шипа. Уши заострились, длинная коса превратилась в гребень из острых загнутых зубцов; и без того выступающие клыки стали просто огромными, похожими на стилеты; шея теперь была защищена перепончатым капюшоном, состоящим из двух отдельных частей и способным разворачиваться по бокам головы, как у некоторых видов драконов и ящериц.
Кроме того, появилась дополнительная пара рук, а главное, за спиной развернулись два могучих перепончатых драконьих крыла, на концах которых угрожающе поблескивали загнутые когти, способные разорвать любого.
Трое юношей оцепенели от неожиданности и даже страха — Пэнтекуин выглядела поистине ужасающе.
— Н-ну, что-то вроде этого, — слабо выдавил Вольдеморт.
Чудище ухмыльнулось.
— Мне идёт? — произнесла Валькери тем же голосом, что и обычно, теперь совершенно не подходившим к её новому облику.
— Экстравагантно, — хмыкнул Драко, оправившись от потрясения.
Пэнтекуин усмехнулась, а затем насторожилась и прикрыла глаза.
«Через полчаса. Подождём», — тихо сказала она, а затем начала медленно скользить по залу, плавно перетекая из одной боевой стойки в другую, рассекая воздух мечами (в верхней паре рук) и когтями, взмахивая хвостом, точно плетью, словно пытаясь поразить невидимого противника, затем резко отпрыгнула в сторону, точно уворачиваясь от удара, прикрываясь крылом, как щитом, и, резко выдохнув, замерла на месте, расслабившись и убрав мечи в ножны.
Так, не шевелясь, она стояла около десяти минут, однако Гарри, Драко и Вольдеморту показалось, что прошла целая вечность.
Затем она внезапно встрепенулась.
«…Пора, — решительно сказала она. — Станьте возле дверей… нет, подальше. К Джелару не смейте даже соваться — он проткнёт вас, точно цыплят, и даже не заметит. Он — мой. Как только он пройдёт в зал и отойдёт от дверей, начинайте уничтожать входящих скрийлов, сначала — сюрикенами; постарайтесь поразить как можно больше. И держитесь подальше друг от друга, чтобы ненароком не поранить…» — мысль резко оборвалась, точно отрезанная ножом.
— Магия исчезла… — тихо прошептала Валькери.
Внезапно она сорвалась с места и подбежала к Гарри, быстро обняла его, затем повернулась к Вольдеморту и тоже обняла, коснувшись губами его щеки. А потом приблизилась к Драко, но не стала прикасаться к нему, боясь, что ему неприятен её теперешний облик. И поняв это, Драко сам шагнул вперёд и приник к её губам, неожиданно оказавшимся всё такими же мягкими и тёплыми. Единственное, что мешало поцелую, так это громадные клыки, но Драко постарался не обращать на них внимания. Валькери тихо вздохнула и, отстранившись, вернулась в центр зала.
Спустя минуту она негромко сказала:
— Они вошли в замок. Да будет Хаос милостив к нам и поможет победить!
— Во имя Хаоса! — хором отозвались юноши.
Шорох вынимаемых из ножен мечей был заглушён скрежетом тысячи когтей по каменному полу коридоров Хогвартса.
Глава 39
Первый десяток скрийлов вбежал в зал, и юноши, замершие за дверями, смогли рассмотреть этих существ. Уродливые, насекомоподобные, грязно-серые, покрытые слизью, с длинными лапами, сжимающими мечи, скрийлы производили невероятно отталкивающее впечатление; в довершение всего, от них воняло чем-то напоминающим тухлую рыбу. Малфой невольно наморщил нос, в первый раз пожалев, что у него есть Длань Силы… стоп, она ещё работает? Это хорошо. Это очень хорошо!
Увидев Валькери, монстры остановились и переглянулись, а затем обернулись к дверям и зашипели отвратительными голосами. С трудом юноши разобрали слова языка Хаоса:
— Джелар! Здесь какое-то чудовище! Это она? Та, кого ты ищешь?
И вслед за этими словами в зале появился Джелар. Действительно, он был невероятно схож с Тёмным Лордом — но их невозможно было перепутать. От Джелара веяло смертью; лицо его было перекошено ненавистью и злобной жестокостью. Взглянув на Валькери, он захохотал.
— Эй, человеческое отродье, неужели ты думаешь, что я тебя не узнаю? Хотя сейчас ты хотя бы не так уродлива, как всегда!
— О, я преследовала чисто практические цели, — презрительно процедила Пэнтекуин. — С чешуи легче будет смыть твою кровь, которая непременно брызнет на меня, когда я срублю твою мерзкую башку!
— Фу-ты, ну-ты, какие мы крутые! — оскалился Джелар. — Что, забыла уже, как висела на дыбе и как орала, когда я на тебе выжигал узоры? Как я приковывал тебя к стене и имел, как последнюю шлюху?
Верхняя губа Валькери непроизвольно дёрнулась. Резким движением она вытащила мечи; Джелар сделал то же самое, но как-то неторопливо, словно бы скучающе. Медленно каждый из них сделал пять шагов вперёд в полной тишине.
А затем, словно бы по команде, они прыгнули навстречу друг другу, и чёрные клинки, встретившись в воздухе с кроваво-красными, высекли искры, и, отпрянув, вновь бросились в атаку.
В ту же секунду в зал хлынули скрийлы, но Алас’сары были наготове. Сразу шесть сюрикенов со свистом расчертили воздух, впившись в шеи монстров, и те рухнули на пол, а вслед уже летели новые и новые блестящие звёздочки, несущие смерть скрийлам.
Зашипев, скрийлы кинулись на юношей — и первые атакующие были вновь встречены сюрикенами. Ни Драко, ни Вольдеморт не промахнулись ни разу; но звёздочек было мало, гораздо меньше, чем скрийлов. К тому времени, как монстры добрались до юношей, последний сюрикен нашёл свою жертву, и теперь два клинка ждали своей очереди вкусить крови.
Вспомнив совет Пэнтекуин, Вольдеморт и Малфой успели разбежаться в разные стороны и прижаться ближе к стене, и скрийлам пришлось разделиться, выбрав только одну жертву.
В зале были уже все скрийлы, их оказалось, как и предполагала Валькери, около сотни, и теперь они наседали на двух Алас’саров, пытаясь смять их количеством, но пока лонохарсские клинки успешно отражали удары антимагических мечей.
Дождавшись, когда все скрийлы накинутся на Малфоя с Вольдемортом, Гарри, до того остававшийся незамеченным, выскользнул из-за другой двери и напал на монстров, не ожидающих атаки сзади. Прежде чем они сумели разобраться, пятеро были пронзены клинком Гриффиндора. Но скрийлы быстро сориентировались и разделились уже на три группы; теперь на каждого Алас’сара приходилось по два с лишним десятка противников. Хуже всех пришлось Вольдеморту: на него наседали сразу со всех сторон — скрийлам удалось оттеснить его от стены, и Лорду приходилось выкладываться полностью, уже даже не нападая, а скорее, защищаясь. Увидев это, Малфой поморщился, но не мог ничем помочь: у него самого дела обстояли немногим лучше. Поттера тем временем оттеснили в угол, и хоть теперь он был менее уязвим, но и выйти оттуда уже не мог.
Драко почувствовал, как в нём вскипает бешеная ярость и, клокоча, разливается по венам. Он глухо зарычал и стал биться с удвоенной силой, почти забыв о защите, все силы бросив в нападение. Скрийлы не выдержали такого напора и попятились, испуганно шипя: «Берсерк! Этот светлый — берсерк!» Малфой резко взмахнул мечом, разрубая одного из монстров почти надвое. И вдруг он снова услышал тихий голос Энаисши: