«…Извини, Вал» — мысль Драко была полна искреннего раскаяния.
«…Ладно, проехали», — миролюбиво сказала она.
Ученики тем временем вышли из-под гипноза, насланного на них Валькери, и начали недоумённо перешёптываться.
— Как ты думаешь, что случилось со Снейпом? — недоумевающе спросил Рон у Гарри. — Он вдруг так побледнел и выскочил из класса…
— Понятия не имею, — совершенно искренне ответил тот.
Гермиона пожала плечами.
— Старость — не радость, понос — не болезнь, — негромко пробормотала Вал.
Гарри и Рон засмеялись.
— Это… точно, — сквозь приступы смеха выдавил Рон.
«…У нас не будет неприятностей?» — мысль Драко была беспокойной.
«…Только если у меня», — ответила Пэнтекуин.
«…Тебе не стоит так часто использовать свою силу, — пожурил её он. — Ты должна сдерживать себя, не то нас когда-нибудь засекут.»
Валькери незаметно для остальных показала ему язык. Драко закатил глаза и вздохнул. Она так безрассудно швырялась энергией направо и налево… Конечно, она была сильнее всех Алас’саров, вместе взятых, но всё-таки…
Глава 17
Драко вспомнил, как Пэнтекуин впервые рассказала им с Гарри о силе Алас’саров, которыми они и являлись. Она попросила его прийти к озеру на рассвете, что он и сделал. Но подойдя туда, он с ужасом и отвращением заметил того, кого ненавидел больше всего на свете — Поттера. Тот, по всей видимости, тоже не ожидал его увидеть.
— Малфой?! Что ты тут делаешь? — прорычал Гарри.
— Я хотел бы узнать то же самое, Поттер, — как обычно слегка растягивая слова, презрительно сказал Драко.
— Вы пришли сюда, потому что я вас пригласила, — раздался голос Валькери. — Вас обоих.
Драко и Гарри в удивлении уставились на неё. Она появилась настолько неожиданно, что они вздрогнули. Вал кивнула.
— Да, обоих. Мне нужно вам кое-что рассказать. Мне кажется, вы уже вполне готовы меня выслушать. Садитесь.
Она прищёлкнула пальцами, и позади них оказались два удобных кожаных кресла, смотревшихся странно на берегу озера. Юноши недоумённо переглянулись и сели.
— Хорошо, — удовлетворённо произнесла Валькери. Сама она осталась стоять. — Пожалуй, я начну.
Пэнтекуин слегка прикрыла глаза и вздохнула. Затем она вновь открыла их и заговорила.
— Думаю, вы слышали, что издавна люди разделяли мир на четыре стихии — огонь, вода, земля и воздух. Это понимал почти каждый человек, особенно маг. Но никто не знал, что стихии иногда могли принимать человеческий облик и подолгу находиться среди людей.
Она сделала паузу и обвела взглядом двух своих слушателей. Они напряжённо внимали ей. Валькери довольно кивнула и продолжила:
— В конце концов стихии отделили от себя часть своей силы, создав Алас’саров — духов, вселяющихся в человека при его рождении и живущих в нём до самой его смерти, чтобы они могли наблюдать за людьми более внимательно. Каждый из духов — Пиро’сар, Аква’сар, Гео’сар и Аэро’сар — могли выбрать себе только одного человека, причём каждый — своего. Иногда это были ничем не примечательные люди, но чаще всего это оказывались сильные духом деятели, которые порой меняли мир. Помогала ли им в этом сила Алас’саров или нет — неизвестно. Может, они совершили бы всё и без помощи стихий — тем более, что очень редко те проявляли свою силу, предпочитая роль сторонних наблюдателей.
Пэнтекуин остановилась, чтобы перевести дух. Гарри и Драко не отрываясь смотрели на неё.
— Самыми известными носителями Алас’саров были основатели Хогвартса: Гриффиндор — Пиро’сар, Равенкло — Аэро’сар, Слизерин — Гео’сар, а Хаффлпафф — Аква’сар соответственно. Шляпа в начале года пела об этом песню, если вы обратили внимание. Это было невероятное событие, ибо Алас’сары обычно все находятся в разных странах и даже континентах. Но так произошло не случайно: именно тогда Уничтожители — отвратительные существа, стремящиеся опустошить всё на свете — попытались напасть на этот мир, прорвавшись из параллельной реальности, в которой они обычно и существуют. По странному совпадению — а, может, и не совпадению вовсе — они появились в той же стране, что и Алас’сары — в Англии. Именно там была наиболее тонкая граница между двумя мирами, и Уничтожителям удалось её прорвать.
— В Алас’сарах была заключена невероятная сила — почти треть силы стихий, — продолжала она. — Но их носители не знали об этом — память и сила Алас’саров были сокрыты глубоко в их душах. И тогда стихии собрались вместе и создали Хара’сара — воплощение знания, мудрости стихий, того, кто смог бы пробудить память духов. Этому сару досталась половина от всей силы каждой стихии, ведь он должен был не только обучать Алас’саров, но и защищать их от Уничтожителей — ведь если бы они убили носителя духа, то он бы возродился опять младенцем, не помнящим о своей силе, и пришлось бы ждать, пока он достаточно вырастет, а затем вновь обучать его. Но, в отличие от них, Хара’сар всегда осознавал свою мощь — ведь вселялся этот дух не в людей, известных своей забывчивостью, а в нежить или демонов, или в других магических существ. К тому же, возраст не играл для него особой роли.
Валькери вновь замолчала и опустила голову. Затем она — не без усилия — заговорила снова.
— Тогда Уничтожителей общими силами саров удалось выгнать из нашего мира. Но плата была велика: погиб Хара’сар — Влад Цепеш-Дракула, мой предок. Он был сражён на поле боя Королём Уничтожителей во время их поединка, хотя и сам нанёс своему врагу смертельную рану.
Гарри и Драко молчали. Словно странные обрывки далёких воспоминаний возникали у них в голове во время её рассказа.
— Сила Хара’сара была пока не нужна, ведь Алас’сарам не грозила опасность, и дух вернулся к стихиям. Но сорок лет назад он возродился. А значит, нашему миру вновь грозит опасность вторжения.
— А мы-то тут при чём? — спросил Гарри, хотя уже знал ответ.
Валькери улыбнулась.
— При том, Пиро’сар и Аква’сар. Именно вам придётся расхлёбывать то, что сейчас намечается. А я буду по мере своих слабеньких Хара’сарских сил вам помогать.
Гарри издал странный всхлипывающий звук. И, как ни тяжело было Драко это признать, Поттер был абсолютно прав.
— Класс, — мрачно промолвил Малфой. — Вот свезло, так свезло.
Что самое интересное, он был ни капли не удивлён. Видимо, память Аква’сара уже начала в нём возрождаться.
— И мало того, что вам предстоит стать спасителями этого проклятого Хаосом мира, вам ещё и придётся учиться этому, — жизнерадостно продолжила Вал. — А заниматься нам придётся… по ночам, так как ваше обучение в Хогвартсе никто пока не отменял.
…Вспомнив о том давнем разговоре, Драко мрачно улыбнулся. Да, Валькери была истинным Хара’саром — она не давала им покоя. Учёба давалась им с Гарри со скрипом и стоном. Работали они в Комнате Необходимости, проникая туда под мантией-невидимкой Гарри. Они занимались уже почти месяц, и всё, чему они научились — это входить друг с другом в ментальный контакт. Штука, конечно, хорошая, но в битве с бесчисленными ордами Уничтожителей мало полезная. Почувствовать же истинную силу своих стихий им пока не удавалось.
Часами Пэнтекуин заставляла Гарри просиживать перед свечой, чтобы он сделал её пламя ярче. Ничего! Оно только слегка дрожало — да и то только если Гарри случайно дышал на него.
У Драко, впрочем, дела шли не лучше. Заставить воду в стакане закружиться водоворотом — что за фигня! Это же невозможно!
Как-то раз он ей так и сказал. На это она лишь ухмыльнулась и посмотрела на стакан. Вода в нём задрожала, а затем начала кружиться — быстрее и быстрее. Затем она замерла, а потом выплеснулась из стакана на пол и растеклась, образовывая буквы: «Аква’сар, ты тупой лентяй!»
Гарри издевательски заржал. В эту же секунду пламя свечи, до того еле заметное, сверкнуло и превратилось в столб огня высотой с добрый метр. Гарри отпрянул. Пришла уже очередь Драко смеяться — у Поттера были опалены брови.
— Вот когда и вы сможете сделать так же, тогда я не стану мучить вас ночами, — совершенно спокойно заметила Валькери. — А до тех пор будете сидеть до полного посинения. Ну? Чего ждёте? Работайте! — рявкнула она.