— Что вам нужно? — спросила она. Логан с трудом оторвал взгляд от ее губ.
— Хотел предложить вам свои услуги.
— Услуги?
Да, вот уж кому бы он с радостью услужил, так это ей… Только бы она сказала ему, где сейчас Питер!
— В качестве вашего защитника.
— Защитника? Но ведь вы всего лишь сокольничий!
— Если по замку и в самом деле бродит убийца, то для девушки небезопасно ходить одной, особенно во внутреннем дворике.
— Так, значит, вы все-таки шпионили за мной!
— Нет. Просто я был там и случайно заметил вас, — рассмеялся Логан.
— О! — смутилась Солейс. — Что ж… спасибо. Но сомневаюсь, что в отцовском замке мне грозит какая-то опасность.
Это признание мгновенно отрезвило Логана. Ах, как она еще молода и наивна!
— Напрасно вы так уверены в этом. Ведь где-то в замке бродит убийца. И он может оказаться кем угодно… даже тем, кому вы доверяете. — Он тут же заметил, как изменилось ее лицо. Глаза Солейс выразили решимость. Логан догадался, что задумала эта плутовка. Брови его сдвинулись. — Стало быть, вы охотитесь за ним! Верно?
Она вздрогнула и отшатнулась от него, пряча глаза:
— Вы несете вздор!
Логан быстро приподнял подбородок девушки, заставив ее взглянуть ему в глаза. Он увидел вызов: Солейс недвусмысленно давала понять, чтобы он не становился у нее на пути. Она была так трогательно беззащитна, и вместе с тем глаза ее выражали такую решимость, что у Логана защемило сердце.
— Солейс… — хрипло прошептал он. При одной мысли о том, что придется, возможно, оборвать эту юную жизнь, если девушка подберется слишком близко к его тайне, Логана замутило. Рука его упала. — Будь осторожна, — добавил он.
Молча кивнув, Солейс ушла. Логан все смотрел вслед девушке, даже когда темнота уже поглотила ее.
Склонившись над столом, где была расстелена огромная карта замка Фултон, Солейс внимательно разглядывала ее.
— По всей внешней стене замка выставлены дополнительные часовые, — проговорил стоявший рядом капитан Монтгомери.
Капитан обвел на карте очертания замка и задумчиво взъерошил большой загорелой рукой пышные белокурые усы, потом пригладил светло-каштановую бородку. Карие глаза его устремились на план замка. Наконец он вздохнул и посмотрел на Солейс:
— Держу пари, теперь па нас в любую минуту может обрушиться шквал стрел. А катапульта будет готова самое позднее завтра утром. Если только нам не улыбнется удача и не польет дождь. Тогда им волей-неволей придется прерваться.
— Вы удвоили число воинов в караульне? Капитан кивнул:
— И еще несколько человек засели в погребах — я велел им держать ухо востро на случай, если они готовят подкоп. Так что, уверяю вас, сейчас даже мышь не проскользнет незамеченной в замок Фултон!
— Отличная работа, капитан. Барону Баркли придется немало потрудиться, чтобы проникнуть в Фултонский замок.
— Спасибо, миледи.
— А леди Элисса… вы уже видели ее? Монтгомери утвердительно кивнул.
— Миледи ничего не сказала, поскольку не смыслит в обороне замка.
— Однако прошу вас, если вдруг леди Элисса что-то предложит вам… постарайтесь запомнить каждое ее слово. И держите в тайне наши с вами встречи. Вы меня поняли, капитан?
Монтгомери склонился в низком поклоне.
— Конечно, миледи.
— Послали гонца сообщить моему отцу, что барон Баркли осадил замок?
— Да, миледи. Он выехал из Фултона сразу же, как нам стало известно о приближении войска барона.
— Значит, очень скоро отец со своими воинами будет здесь и положит конец этому безумию, отправив проклятого ублюдка Баркли в ту же темную нору, откуда он вылез. А нам остается только продержаться до его прихода.
Капитан Монтгомери не отрывал встревоженного взгляда от карты замка.
— Что-то не так, капитан? — спросила Солейс.
— Не знаю, что затевает Баркли, но вот что странно… Вы заметили, что он не приказал разбить шатры для своих людей?.. Ничто не напоминает лагерь, хотя бы временный. В этом есть что-то загадочное. И мне это не по душе. Похоже, Баркли не собирается задерживаться у стен Фултона.
Неприятный холодок пробежал по спине Солейс.
— Что ж, боюсь, нам придется разочаровать его, — ответила она, но беспокойство уже закралось ей в душу.
Побывав на утренней мессе, Солейс вышла во внутренний дворик замка и вдохнула прохладный воздух. Над головой нависло серое небо. В воздухе пахло дождем. Девушка вдруг поняла, что ей отчаянно не хватает Гвен. Теперь ей не с кем было даже поговорить по душам. Гвен и ее отец покинули замок, как только стало известно, что осада Фултона неизбежна. Им не хотелось оказаться в ловушке, да еще, возможно, на много месяцев. Однако Солейс очень скучала по Гвен.
Войдя во двор, Солейс остановилась перед свинарником Тома Рида, который наливал черпаком теплое дымящееся пойло своим откормленным маткам. Взглянув на стену замка, девушка нахмурилась. Простая изгородь… вряд ли послужит надежной защитой, когда начнется осада. Солейс знала, что ее долг — уберечь замок и его обитателей от града стрел и камней, который скоро обрушится на их головы.
— Так дело не пойдет, — пробормотала она. Том поднял голову и бросил на девушку недоуменный взгляд. — Один хороший залп, и все свиньи будут перебиты, — объяснила она. — Надо бы построить для них хороший хлев и обязательно с крепкой, надежной крышей.
Том кивнул.
— Непременно, госпожа.
— Если тебе что-нибудь понадобится… инструменты или помощь, скажи Неду.
— Миледи… — Том нерешительно взглянул на девушку. — Как вам кажется, что задумал барон? Уморить нас голодом? Или… Неужели он и впрямь решился на приступ?
Солейс охватило теплое чувство к нему. Вот он стоит перед ней — один из многих обитателей замка, не знающих о том, что происходит снаружи. Эти люди питаются самыми невероятными слухами. И однако Том спокоен!
— Надо приготовиться ко всему, — ответила она. — Вот так-то, Том. А тебе советую позаботиться о свиньях. Возможно, наши жизни будут зависеть от них.
Том мрачно кивнул.
Солейс двинулась дальше. В спешке она перевязала волосы шнурком, надела простенькое коричневое платье и накидку чуть более светлого оттенка. Одежда была удобной, да и Лилиан не станет ворчать, если она перепачкается. Солейс знала, что сегодня ей предстоит немало, дел.
Задумчивый взгляд девушки устремился на подъемный мост. Сейчас он был поднят, а тяжелая решетка у ворот опущена. Те самые ворота, которые раньше, казалось, гостеприимно приглашали всех желающих заглянуть в Фултон, теперь превратились в неприступную преграду. Солейс рассеянно подумала о монахах, часто посещавших Фултон. Теперь, когда ворота замка закрыты, кто приютит их на пути в аббатство святого Михаила? А ведь раньше их смиренные фигуры в грубых коричневых плащах были неотъемлемой частью замка. Проклятый барон! Это из-за него Гвен и ее отцу пришлось уехать из Фултона, а теперь вот и монахов не видно! А без них замок уже не тот, что прежде.
Солейс окинула взглядом донжон и кладовые. Она уже давно собиралась заглянуть туда, поговорить кое с кем из заключенных, да все руки не доходили.
Девушка потерла глаза. Полночи она провела без сна. Боже милостивый, убийца в замке Фултон! Какой ужас! Значит, жизни каждого из них угрожает опасность. И ее долг — защитить людей. Значит, она должна найти убийцу. Солейс окинула взглядом толпу крестьян и воинов. Многих из них она хорошо знала: одних — по имени, других — в лицо. Неужели один из них подкуплен бароном? Солейс нахмурилась. Конечно, она понимала, как притягательна сила серебряных монет, но твердо верила в то, что все ее люди верны замку Фултон и его обитателям.
Однако вовсе не страх перед убийцей, бродившим по темным закоулкам замка Фултон, не давал ей покоя. Девушка чувствовала, что она под защитой. Под защитой человека с такими необыкновенными глазами цвета жидкого серебра.
Отбросив со лба прядь волос, она окинула взглядом внутренний дворик замка и почти сразу заметила могучую фигуру сокольничего — он почти на голову возвышался над всеми. Сокольничий разговаривал со старым Беном, а сокол, как обычно, сидел у него на плече.