— А чем они плохи, мистер? Они не первый сезон стреляют…
— Ну, ладно, ладно… Налей джину, двойную…
Бармен налил стакан, покосился на Арефа. Тот, как ни в чем не бывало проговорил:
— Двойную джина…
Бармен медлил. Ареф вытащил из кармана радужную купюру, припечатал ее ладонью к стойке, спросил:
— Надеюсь, вы не станете нарушать закон? Если у вас отсутствует предупреждающая табличка, что несовершеннолетним вход воспрещен, следовательно, вход несовершеннолетним разрешен. Логично?
С точки зрения юриспруденции Ареф был прав. Просто, в барах охотничьих баз на Венере никому и в голову не пришло развешивать подобные таблички. Потому как ни один охотник с Земли еще не додумался тащить на Венеру своих детей. А венерианские дети, тем более не могли попасть на базу. Венерианский ребенок лишь в двадцать лет имел право покинуть свое поселение. Разумеется, земные школьники бывали на Венере с познавательными целями, но исключительно в прекрасно оборудованном природном парке. Содержать такой парк влетало в копеечку; все эти защищенные отражательными полями пешеходные дорожки требовали уйму энергии и неусыпного внимания.
По физиономии бармена было видно, что по молодости лет ему еще не доводилось иметь дала с вольными астронавтами. Впрочем, и была в нем какая-то несообразность, будто принц крови напялил куртку бармена и с тщательно скрываемой брезгливостью угощает клиентов.
Зотик спросил, вертя стакан в пальцах:
— Давно с Земли?
— Третий месяц… — тут же ответил бармен, но почему-то настороженно зыркнул на Зотика.
— Понятно… Ты что, ни разу не видел вольных астронавтов?
— Ни разу. На Земле, в информационных сообщениях, их называют не иначе как грязными, вшивыми бандитами…
— Ну-ну… — Зотик зловеще оскалился. — Я сюда отдыхать прилетел, и счет оплачу, каким бы длинным он не получился. Так что, любезный, обслуживайте меня как положено. И мой штурман, по законам Нейтральной зоны, полноправный член экипажа и старший офицер корабля. Кстати, какие тут еще имеются развлечения, кроме стрельбы по несчастным зверушкам?..
— Сейчас соберутся все клиенты, и вы узнаете кое-что интересное. Возможно, захотите принять участие в игре.
— А кто всем этим заправляет?
— Как, кто? Директор парка, разумеется — господин Демидов…
Изредка Зотик ловил на себе любопытные взгляды, однако к нему никто не подходил, и не пытался завязать знакомство. Видимо тут не было принято составлять охотничьи группы по принципам личной симпатии.
Тем временем зал заполнился до отказа. Публика расслаблялась на удивление чинно, все явно чего-то ждали, поглядывая на неприметную дверь в задней стене зала. Зотик, вертя стакан на стойке, размышлял, как бы раскрутить бармена на откровенный разговор? Но, похоже, подходов к нему не имелось, по причине его недолгой работы в этом баре. А главное препятствие — это его превратное представление о вольных астронавтах. А может, сыграть на этом? Припугнуть, и допросить?..
От столь привлекательных и привычных размышлений Зотика отвлекло то, что деликатный гул голосов за спиной смолк, он резко развернулся на табурете — у противоположной стены зала стоял рослый, широкоплечий человек в элегантном русском охотничьем костюме, на поясе его висел антикварный охотничий нож, умопомрачительной красоты и ценности. Лицо у человека было загорелым до черноты, жестким и гладким, что свидетельствовало о постоянных тяжелых физических тренировках. Зотик мгновенно угадал в нем серьезного противника. За его спиной молча и неподвижно стояла троица парней, тоже в охотничьих костюмах, но менее элегантных, и с простыми десантными ножами-саморезами на поясах.
— Ну, дела-а… — ошарашено протянул Зотик, разглядев невзрачные эмблемки, приколотые над клапанами левых нагрудных карманов парней.
— Чего ты? — шепотом спросил Ареф.
— Потом… — коротко бросил Зотик, с любопытством ожидая продолжения.
— Господа! — хорошо поставленным голосом возгласил господи Демидов. — Нынче у нас собралась потрясающе сильная команда! Игра, я думаю, должна получиться захватывающей.
— Погодите, босс… — проговорил один из парней, тот, что был постарше. — Похоже, сюда затесалась подсадка…
Он в полной тишине прошагал к Зотику, остановился в двух шагах, и смерил его хмурым взглядом, проговорил медленно:
— Босс, почему вам не показалось подозрительным, что сюда приперся вольный астронавт? Мало ему развлечений в Дальнем космосе?..
— А что тут подозрительного? — пожал широкими плечами г-н Демидов. — Рано или поздно и пираты прознали бы об игре…
— Босс, вы плохо знаете пиратов. Они с большим удовольствием играют во всякие азартные игры, но только сами. Они всегда предпочитают быть активными участниками игры, а не пассивными…
— За чем же дело стало?! — широко улыбнулся г-н Демидов.
— Эгей, господа, полегче! — воскликнул Зотик. — Я понятия не имею, что за игры у вас тут. Я просто залетел отдохнуть, поохотиться на обычных земных зверушек. Соскучился, понимаете, по родному и близкому… А ты, уважаемый, зря назвал меня пиратом. Это может доказать только суд…
— Ты — вольный астронавт!
— Ну и что? Не все вольные астронавты пираты.
— В том-то и дело, что все!
— Прекрасно. Что дальше? — Зотик слез с табурета и уставился тухлым взглядом в переносицу арейца.
— Эй, Гренджер, прекрати… — предостерегающе проговорил г-н Демидов. — Это Отто Заремба…
— А кто видел Отто Зарембу? — ухмыльнулся Гренджер. — Может, его никогда не было? Может, под этим именем время от времени всякие ищейки шастают, вынюхивают…
— Гренджер, да ты, похоже, нарываешься?! — с наигранным изумлением спросил Зотик.
— Гренджер! Отставить! — рявкнул г-н Демидов. — Извините, господин Заремба. Как вы понимаете, охрана должна быть бдительной…
Гренджер, еще раз смерив Зотика взглядом, отошел, ворча что-то себе под нос. Конечно, для поддержания имиджа, Зотику следовало бы самому продолжить ссору, но дуэль на Венере вряд ли можно организовать, — тут наверняка где-нибудь поблизости крутится парочка переодетых полицейских, — а для вульгарного мордобоя у Зотика не было настроения.
Тем временем Демидов продолжил свою речь:
— Итак, господа, познакомьтесь с участниками игры, которая начнется завтра на рассвете, — г-н Демидов эффектным жестом щелкнул пальцами и на том месте, где он стоял, возникла голограмма: мрачный субъект, заросший недельной щетиной, что-то говорил, горячо и убедительно, но звука не было, лишь голос г-на Демидова ровно вещал: — Афанасий Дормидонтович Шелапугин — потомственный разбойник и контрабандист. Рост — два метра семь сантиметров. Вес — сто тридцать килограмм. Способен выдержать пятьдесят раундов по правилам бокса. На дистанции в сто метров обгоняет призовую скаковую лошадь. Владеет всеми видами холодного и легкого стрелкового оружия.
Весь зал бара взорвался аплодисментами. Зотик плохо знал контрабандистов, однако про Афанасия Шелапугина слышал. Крутой, бесшабашный и бесстрашный капитан крошечного грузового кораблика, по слухам, провозил грузы даже на блокированные флотами федераций планеты. Картинка сменилась, возникло неподвижное и невозмутимое лицо восточного типа.
Демидов продолжал:
— Игураши. Потомственный наемник из рода ниндзя. Заккзные убийства, хищения семейных реликвий, похищение людей. Виртуозно владеет мечом и ножом, а также всеми видами легкого стрелкового оружия…
И так было перечислено девять человек; пиратов, контрабандистов. Наемников, и прочих представителей свободных профессий. По мере перечисления титулов и подвигов участников игры, Зотик впадал во все большую задумчивость. Все было неправильно. Эти люди зарабатывали хорошие деньги своим ремеслом, так что приз должен быть шибко уж жирным.
— Условия игры прежние, — продолжал Демидов, — все игроки высаживаются в охотничьих угодьях в исходной точке ровно тридцати километрах от реки. Задача простая — дойти до реки. Там у берега стоит катер с миллионом галларов в багажнике. Достигший реки первым, садится в катер и вместе со своим призом уплывает в ближайший город. Ставки будут приниматься завтра, сразу же после начала игры.