Их было без счету, таких парней, павших в сече между рекой и лесом, кто в латах, а кто в простецкой одежде добриян. По всей видимости, победа осталась за осаждающими город островитянами, и вылазка орланцев для прорыва осады города не увенчалась успехом.
Двое рыжебородых рыцарей в черных доспехах на длинноногих злых заморских конях разъезжали по полю, любуясь грудами убитых или умирающих воинов, толкуя о доблести и славе.
Осажденные, покинув поле битвы, все же не укрылись, пройдя лес, за городскими воротами, а сгрудились на краю поля.
Коренастый веснушчатый Мартий Лютый, верхом на маленькой гнедой лошаденке, горячо убеждал отступивших орланцев обратиться каждому с жаркой молитвой ко всевышнему, который не может не услышать их всех и не допустит победы извергов из-за моря.
Прижав руки к широкой груди, он молитвенно возвел глаза к небесам и первый заметил видение, которое повернуло историю его родины.
— Смотрите, орланцы! Смотрите, добрияне! — громко закричал Лютый. Всевышний услышал ваши мольбы!
Не только отлученный от церкви отступник папийской религии, поднявший голос против самого И Скалия, но и толпы тритцев-захватчиков, готовясь по другую сторону поля к новому натиску, увидели в небе подлинное чудо.
Из-за легких облаков к земле плавно опускалась маленькая фигурка в серебряных рыцарских доспехах. Они сверкали в лучах солнца, и Дева небес, как потом назвали ее, выглядела слепящей звездой, плавно стремящейся к земле.
Скоро уже можно было различить и прекрасное лицо небожительницы; ее распущенные огненно-рыжие волосы, как и подобает воительнице, развевались по ветру.
Исход боя теперь решался тем, в каком месте коснется земли небесная вестница победы: в лагере заранее ликующих тритцев или отступивших с поля лютеров.
Дева небес летела без видимых крыльев, небо над ней было таким же синим, как в любом другом месте, лишь в стороне рассеченное веером перистых облаков.
Прозрачное крыло дельтаплана неразличимо с земли. Оно автоматически раскрылось за спиной скафандра, когда Надя спрыгнула в пропасть с балкона башни Горного замка. Будучи еще на родной земле мастером дельтапланеризма, она умело воспользовалась восходящим потоком воздуха, подхватившим дельтаплан.
Немалое умение понадобилось Наде, чтобы лететь через горы (только бы подальше от замка!) и выйти к восходящим воздушным потокам вдоль равнинной реки.
Летя, она с ужасом вспомнила свои размышления о долге и даже готовность принести себя в жертву целям звездной экспедиции, купить самой грязной ценой помощь владельца замка ее соратникам.
Но поступила Надя по-другому.
Так чего же достигла она своим паническим бегством? Кто знает, как поступит Горный рыцарь? Быть может, властный феодал не привык ни к чьим отказам и теперь способен выместить досаду на звездных пришельцах, предав их церковному деспоту И Скалию? А будь Надя покладистей, он мог бы им помогать, как пообещал!
Тяжелы были мысли Нади, но не менее тяжел был полет над чужепланетными горами. А после вылета на равнину дельтаплан неотвратимо пошел вниз. Приземление неизбежно, а всюду лес… Только полянка могла спасти Надю.
Но вот появилось поле! Два всадника в темных доспехах разъезжали по нему. Как-то они отнесутся к ней?
Повинуясь внутреннему чувству, постаралась сесть возможно дальше от них. Подобно цапле или аисту, она пробежала несколько шагов по земле, приведя тем в действие механизм скафандра, втянувшего в заплечный футляр прозрачное крыло дельтаплана.
И пошла по золотистому полю к лесу, с содроганием пугливо обходя трупы.
Навстречу ей скакал черноволосый человек на гнедой лошадке, бежали люди, размахивая оружием и подбрасывая в воздух шлемы.
Надя остановилась. Ее окружили.
— Кто ты, Посланница небес? — спросил Мартий Лютый, соскакивая с коня и преклоня колена.
— Меня зовут Надеждой Джандаркановой, — еле вымолвила Надя.
— Вы слышите, орланцы? Она говорит с нами по-френдляндски! Она послана к нам! Скажи, Дева, ты действительно летишь с небес? Поклянись всем живым, что окружает тебя.
— Я готова поклясться всем сущим, что истинно прилетела со звезд, расположенных на небесах, — старательно выговарила Надя, как ее обучала Лореллея.
— Надежанна! Воительница Надежанна д'Арки, — упростил ее имя Мартий Лютый. — Дева небес! Провозвестница победы! Коня Надежанне! Коня! Прими, Дева небес, командование войском осажденных в Орлане мирных френдляндцев, потерявших родные гнезда, разграбленные негодяями-тритцами с благословения кровавого папия И Скалия!
Ее назвали Надежанной д'Арки, то есть Жанной д'Арк, кумиром ее детства! Судьба этой воительницы страшила, становясь ее собственной судьбой. А что может она, Надя, в жизни своей не бравшая в руки даже палки?
— Коня воительнице! Коня! — командовал меж тем Мартий Лютый.
И перед Надей предстал великолепный конь алебастровой масти, нетерпеливо переступая копытами и косясь на свою новую хозяйку умными агатовыми глазами.
Как же кстати пришлись совместные прогулки верхом с Лореллеей, преподавшей ей искусство верховой езды!
Надя поняла, что отступать некуда, пусть судьба ее предрешена сходным развитием исторических событий на планетах-двойниках, но сейчас осада Орлана должна быть снята, и ей придется сыграть в этом свою роль.
Мартий Лютый сбросил синий плащ и накинул его на серебряный скафандр звездолетчицы, посчитав его рыцарскими доспехами. Протянул к ней руку, чтобы подсадить в седло, но Надя к всеобщему восхищению прыжком натренированной спортсменки без посторонней помощи, даже не касаясь стремян, вскочила в седло.
Синий плащ серебряной всадницы лег на круп гарцующего коня.
Ликующий крик лютеров потряс воздух. И Мартий на своей гнедой лошаденке, размахивая мечом, поскакал рядом с взявшим с места галопом белым конем Надежанны, а за ними следом через поле битвы на тритцев покатилась сокрушительная лавина френдляндцев.
Как известно, исход многих битв неравных сторон решался не превосходством силы, которая была на стороне тритцев, а духом войска.
Френдляндцы, видя перед собой серебряную Деву-воительницу на белом коне, сошедшую с неба у них на глазах ради их победы, были так одержимы в своем напоре, что смяли растерявшихся тритцев, которые видели чудо; страх, охвативший их, перерос в панику, вызвав всеобщее бегство недавних победителей.
Напрасно рыжебородый Дордий IV рубил тяжелым мечом дезертиров своей армии, напрасно герцог Ноэльский сорвал голос, требуя от своих воинов остановиться. Все было напрасно.
Столько времени осаждавшие город, готовые к грабежу войска бежали, не помня себя от ужаса.
Вылазка орланцев, скорее бывшая разведывательной, из-за появления Надежанны д'Арки, обернулась сокрушающей победой френдляндцев.
Осада Орлана кончилась.
Победители во главе с серебряной воительницей на белом коне, сопровождаемой неистовым Мартием Лютым, торжественно въехала в Орлан.
Из замка престолонаследника Кардия VII прискакал командующий гарнизоном Орлана генерал Дезоний, успев доложить о победе Девы Небес.
Он осадил коня перед серебряной всадницей и торжественно провозгласил:
— О, посланница неба, святая воительница! Прими из моих недостойных рук пожалованный тебе маршальский жезл. Все мы, френдляндцы, включая короля нашего Кардия VII, коленопреклоненно молим тебя быть отныне маршалом Френдляндии, ведя наши войска на гнусных захватчиков-тритцев и примкнувших к ним предателей, вроде Дордия, разбойника.
Надя смущенно приняла переданный ей жезл, понимая, что отныне поток событий несет ее, помимо ее воли, и ей ничего не остается, как подчиниться стремнине и честно играть роль кумира своего детства. Повторение пути земной Орлеанской девы здесь, на Иноземле, стало ее долгом.
— Король Кардий VII приглашает маршала Френдляндии Надежанну д'Арки пожаловать в его замок на победный пир.
Наде пришлось ответить Дезонию на френдляндском языке:
— Во имя страдающих от войны людей я готова способствовать их освобождению от чужеземного гнета и приветствовать в лице короля Френдляндии его страждующий народ.