– Ты мне должен не только за сегодняшнее спасение. Твой хозяин, знакомый или друг – кто он там тебе не знаю – взял с меня за тебя огромные деньги – шесть коней серебром. Он продал мне тебя. Так что, если по чести, то даже деньгами ты должен мне очень много.
– За один бой ты сможешь выручить все деньги, – не сдавался воин – он хорошо помнил какие кошельки увязывал на свой пояс Кариф после боев в песках и понимал, что здесь гуляют подобные суммы.
– Но ты утверждаешь, что свободный, а по нашим законам свободные граждане не могут выступать на арене. Так что здесь, друг мой, тебе не стоит рассчитывать на выгоду, – покачал головой Партакл – он был уверен в себе как в ораторе и даже не сомневался, что сможет заговорить и убедить этого варвара, в том, что тот должен повиноваться ему при любых обстоятельствах.
– Я умею только убивать, – состроив свою «коронную» гримасу, оскалился воин, – Другого не дано. Больше я ничем не смогу быть тебе полезным.
– Мне надоело здесь стоять, Нартанг! Мы приедем в мой дом. Я дам тебе угол и пищу.
Потом мы решим, как ты отплатишь за мое добро. А сейчас я хочу уйти отсюда! – немного раздражаясь упрямству воина, развернулся и зашагал к колеснице вельможа, махнув воину следовать за ним.
– Хьярг! – Нартанг сплюнул на землю и заковылял следом, зверея еще больше от своей раны. Его бесил этот город, его бесили эти люди и проклятый богач, его просто выводил из себя подлый поступок Карифа и рана, что не давала ему твердо стоять на ногах! Он ступил на платформу колесницы, вовремя взялся за красивый золоченый бортик. Возница щелкнул бичом, два вороных, переливающиеся на солнце блеском здоровой шерсти и силой крепких выпуклых мышц долго ждали этого мгновенья – восемь копыт в один миг оттолкнуло землю, колесницу рвануло вперед, потом она просто полетела за быстрыми животными, которые оказались способными поспорить в своей резвости даже с конями пустыни.
Всю дорогу Нартанг старался не выпасть на крутых поворотах из неудобного «возка», тем более, что ему никто не объяснил, что нужно держаться за ременные петли у бортов и как стоять в нем, чтобы было не так «захватывающе здорово». Спустя несколько мгновений бешеной скачки, колесница влетела в ворота и остановилась.
Нартанг вылез со смешанным и странным чувством, захваченный бешеной скачкой и немного озадаченный масштабами жилища своего спасителя. Дом Партакала по величине напоминал дворец калифа Сухада, но архитектурой отличался значительно – не было каких-то узеньких или маленьких частей: широкие ворота, просторный двор, большие помещения для прислуги и рабов, обширные конюшни и стойла для скота – все было с размахом и роскошью.
Аккуратно подстриженные ровные аллейки сада, прилегающего вплотную к дому, вели к красивой беседке, окруженной белыми статуями. Рядом с ней ползал безногий садовник и пропалывал газон от ненужных сорных трав. Партакл прошел мимо Нартанга и пригласительно махнул ему рукой, призывая следовать за собой:
– Пошли. Патий – хотел сбежать от меня, – как бы невзначай кивнул он на калеку, проходя мимо, – Больше не убежит.
Нартанг оставил его слова без внимания – он понимал, что вельможа пытается его запугать и сделать зависимым – но он давно уже не боялся ничего и зависел теперь только от времени.
– Будешь пока сопровождать мою жену – охранять ее, когда пойдет в город. Охранять дом. Это, надеюсь, тебе можно поручить?! – наконец остановился богач перед входом в свой дом и обернулся на прихрамывающего следом воина.
– Я не буду охранять тебя вечно. У меня нет времени стеречь твое добро, словно пес. Я верну тебе деньги и уйду.
– Послужишь с месяц и начнутся новые игры. Там и решим, что нам делать. Может и найдем выход, который ты хочешь…
– Я не могу ждать месяц!
– Я не могу больше тебя слушать! Я могу просто и быстро избавиться от тебя!
– И потерять свои деньги?! – оскалился воин, применяя свой излюбленный козырь в спорах с Карифом.
– Да мне плевать на деньги! Я на них сижу, с них ем, по ним хожу и разбрасываю, словно горох в саду – мне девать уже их некуда! Понял?! Мне нужно другое! Я за истину! Ты мне должен – и ты мне заплатишь!
Воин немного опешил от такого признания. В этот момент послышалось тяжелое дыхание – к ним торопились двое слуг, что сопровождали господина на арену – их он не взял к себе в колесницу – то ли забыл, то ли просто не захотел – и они торопились поспеть как можно быстрее, чтобы не гневить хозяина промедлением.
– А теперь иди – Одий отведет тебя, а завтра будем говорить – я устал, – махнул на воина вельможа и удалился в дом.
Казначей опасливо покосился на Нартанга и махнул ему рукой, приглашая за собой.
Он все еще не мог отдышаться от быстрого и почти непосильного для своей комплекции бега, но все равно торопился исполнить приказ.
Немного помедлив, воин все же пошел за низеньким человеком – все вновь шло наперекосяк. Вновь Судьба посылала ему новые испытания, а Удача напрочь отказывала в своем внимании.
– Вот эта свободна, – проведя воина по каменистой дорожке в общий барак, махнул на отдельную клетушку слуга, – Теперь это твой угол до нового распоряжения господина Партакла.
Воин не стал говорить, что Партакл ему не господин. Он просто кивнул, шагнул внутрь и опустил тяжелую ткань, служащую дверью. Перед ним был простой лежак и ящик для личных вещей. Из личных вещей у него были только доспехи, но они при всем желании не влезли бы в маленькую коробочку. Нартанг расстегнул пряжки, разделся и лег на старый матрас. Он устал и нужно было отдохнуть, чтобы набраться сил для дальнейшей борьбы за свое существование. Воин еще раз осмотрел свою ногу, продолжающую кровоточить – порез был не очень глубоким, но болезненным и кровь все не унималась. Нартанг оторвал от одежды длинную полосу перевязал себя. Потом лег на лежак и прикрыл глаз. Хотелось есть и пить, но еще больше отдохнуть. Мысли сразу потекли медленно, и почти сразу он провалился в глубокий восстанавливающий сон.
– И где же мой подарок? – встретила мужа недовольная Калиархара – мало того, что купленная рабыня ни на что не годилась, так еще и мужа не было столь долго!
– Твой подарок мне слишком дорого обходится, – ухмыльнулся Партакл, – Убил еще четырех солдат – едва успел выдернуть его оттуда, хорошо что Одий как раз шел его забирать – вовремя меня позвал, – произнес он с таким видом, словно говорил о драчливой собаке, схватившейся на улице с другой, что было не оттащить и люди собирались убить ее, а он вовремя забрал свое злобное и опасное животное.
– Вот как? – повела бровью красавица, – А на рынке выглядел вполне спокойным.
– Он твердит, что свободный, – буркнул Партакл, скидывая с себя одеяния.
– Я же говорила тебе, – победно кивнула жена.
– Это не на руку нам – я же купил его, словно раба.
– Так надо заставить остаться служить у нас! – пожала плечами красотка, словно муж говорил не о человеческой судьбе, а о таком пустяке, что и говорить-то о том не стоило, – Я так хочу!
– Хм. Надо думать как – он опасен, – качнул головой вельможа.
– Заклеймить да и все. Куда он денется с твоим клеймом на лбу? Это все равно его уже не испортит, – засмеялась Калиархара своей выдумке – клейменый раб и вправду не мог далеко уйти – его место было лишь в доме или на поле господина – он считался опасным и не имел права ходить по улицам.
– Думаешь? – с сомнением произнес Партакл.
– Конечно, а чего тут?! – с напором ответила женщина, – Хотя нет. С таким на улице нельзя появляться! А все ведь уже знают, что он показал на арене! – не желая упускать случай покрасоваться своим новым необыкновенным имуществом, надула она красивые губы.
– Ладно, разберемся потом, – устало махнул Партакл, – Мидий, ты сделал ванну?! – крикнул он в глубину своего огромного дома.
– Да, господин, – возник неизвестно откуда покорный услужливый раб.
– Хорошо, – слегка шлепнул его по щеке вельможа и пошел в ванную комнату, где рабыни разбрасывали по поверхности теплой воды лепестки роз.