![Жизнеописание Сайфа сына царя Зу Язана i_031.png](https://litlife.club/books/93664/read/images/i_031.png)
Сакрадион ответил:
– О царь, дело посланца – ясно изложить мысль пославшего.
И они возвратились к царю Араду и рассказали ему о том, какой ответ дал им Сайф, а Арад сказал на это:
– Я хочу сам услышать его слова!
Тогда Сакрадион и Сакрадис сказали царю Араду: «Пойдем с нами» – и снова отправились к Сайфу, а царь Арад пошел следом и спрятался недалеко от вершины горы, чтобы подслушать их разговор. Но Айруд сказал Сайфу:
– Знай, о царь, с советниками пришел сам царь Арад.
Тогда Сайф крикнул:
– О царь Сайф Арад Громогласный, тебе не подобает прятаться! Если хочешь взять Шаму – убей меня и возьми ее, я сказал уже об этом твоим послам, и они, наверно, передали тебе мои слова. Если в тебе есть мужская гордость – выходи сам на поле боя и сражайся, как можешь. А если ты надеешься на других, то, Аллах мне свидетель, это недостойное дело!
Тогда царь Арад вскричал в гневе:
– Завтра ты получишь войну и сражение! – и вернулся в свой шатер.
А Сакрадион и Сакрадис поспешили за ним, крадучись, словно волки, и стали радостно нашептывать воинам царя Арада:
– Не бойтесь поединков и сражения, вам не грозит поражение, вы ведь будете сражаться с одним человеком, а он поклялся не призывать против вас джиннов.
И когда Аллах ниспослал утро, суданские всадники выехали на конях, подобных орлам. Увидев их, царь Сайф сказал Айруду:
– Подай мне коня, где мое оружие и броня и все воинское снаряжение, чтобы мне выступить на поле боя и сражения, биться копьем и рубиться мечом и поразить всякого, кто выйдет против меня, йеменским клинком и одарить каждого кровавым плащом.
– Слушаю и повинуюсь, я тотчас же принесу тебе все, что ты просишь, – сказал Айруд, скрылся на мгновение, а потом вернулся, ведя за собой темного как ночь коня из конюшен царя Арада и неся драгоценную броню из его сокровищницы. Тогда Сайф спустился с вершины горы, надел все доспехи, сел на коня и двинулся к полю боя, подобный высокой скале или могучему утесу и грозный, как неотвратимая судьба. Выехав на поле, он несколько раз повернулся в седле, так что поразил своим искусством всех суданских всадников, а потом крикнул:
– Кто выедет ко мне, о герои Судана? Кто узнал меня, тому этого достаточно, а кто не знает меня, я не скрываю своего имени – я царь из рода Тубба племени славных химьяритов Сайф сын царя Зу Язана, а теперь вперед на бой, выходи, противник, я сражусь с тобой!
А царь Арад, обратившись к своим воинам, воскликнул:
– Я дам всякому, кто возьмет его живым или мертвым, сто динаров золотом и эфиопскую невольницу. Я одарю победителя одеждой, которая стоит тысячу царских динаров, и сделаю его своим советником, везиром и старшим над всеми моими подданными!
Услыхав эти слова, все воины бросились, опережая друг друга, на поле боя. Но царь Арад крикнул им:
– Не толкайтесь, лучше бросьте жребий, кому из вас выезжать сражаться.
Всадники бросили жребий, и он пал на одного из хаджибов царя Арада, неустрашимого героя. Этот хаджиб обрадовался и, выехав на поле, остановился против царя Сайфа. Потом он обнажил меч и бросился вперед, но Сайф стойко встретил его удары и вступил с ним в жестокий бой, при виде которого поседел бы малый ребенок. Сайф напал на своего врага и стал теснить его, осыпая градом ударов и не давая возможности защищаться, и, наконец, пронзил его плечо так, что меч вышел, сверкая, с другой стороны. Тогда на Сайфа двинулся брат убитого, но не успел он пустить коня вскачь, как Сайф подъехал к нему и, убив на месте, избавил от него мир. Потом против Сайфа вышел третий воин, но Сайф не медля и его убил, и четвертого также сгубил. Сайф убивал одного всадника за другим, и так продолжалось до полудня. А всего он убил тридцать молодцов, повергнув их в прах, и отослал их туда, где были души их дедов и отцов. Тогда воины царя Арада остановились возле поля сражения и больше не хотели выходить на поединок с Сайфом. А царь Арад крикнул им:
– Горе вам, выезжайте против него вдесятером!
Тогда вперед двинулось десять суданских всадников. Увидев это, царь Сайф пустил своего коня вскачь и стал кружить по полю, настигая то одного всадника, то другого, отсекая им головы своим йеменским мечом и разрубая их пополам, так что не прошло и двух часов, как из десяти воинов стало двадцать. Потом против него выехало еще десять всадников, но их постигла та же участь. И так продолжалось много раз, пока Сайф не убил семь десятков воинов царя Афраха. Пришел вечер, а за ним ночь, и царь Сайф вернулся с поля боя цел и невредим.
А царевна Шама вышла ему навстречу, говоря:
– Вот каким воинам дано защищать женщин и свершать достойные дела!
А Айруд говорил ему:
– О господин мой, если бы ты приказал мне, я не оставил бы в живых ни одного из твоих врагов.
Но Сайф ответил ему:
– Лучше подай нам поесть.
– Еда готова, вот она, перед тобой, – отвечал Айруд. И когда они все трое поели, Айруд обтер пот с коня, накормил и напоил его, а потом вернулся к своему господину, и они сидели и беседовали в радости и спокойствии.
А царь Арад был вне себя от того, что сделал царь Сайф ибн Зу Язан с его воинами, и сильно огорчился, увидев, как доблестно сражается его противник. Он позвал к себе Сакрадиона и Сакрадиса и, пылая от гнева, сказал им:
– Ну, что вы скажете обо всем этом? Сколько я потерял людей, сколько убито доблестных мужей, а наш враг цел и невредим!
Тогда мудрецы ответили ему:
– Знай, о величайший царь нашего времени, война переменчива, сегодня успех на стороне врага, а завтра – на твоей. Сегодня побеждает он, а завтра – ты.
Царь Арад ответил:
– Ну что ж, придется потерпеть, посмотрим, чем кончится дело.
Так они провели ночь, а когда наступил день, войска снова построились для поединков и сражений.
Теперь против царя Сайфа выступил сильный всадник, подобный высокой башне. Он напал на царя Сайфа, но тот встретился с этим смелым воином лицом к лицу, и тут над ними поднялись клубы пыли и бой их от взглядов скрыли. Царь Сайф сначала ускользал от своего противника, стараясь его утомить и сил поскорее лишить, а потом он взял в руки копье и направил на врага острие, так что оно в грудь вошло, а из спины вышло.
Потом на бой вышел второй – и Сайф убил его, вышел третий – и Сайф погубил его, и четвертого Сайф не оставил в живых, и так продолжалось до конца дня. А всего в этот день Сайф убил сто семьдесят воинов царя Арада, и то же самое повторилось и на третий день.
А царь Арад насыпал возле своего шатра кучу денег и богатых подарков и говорил своим людям:
– Тот, кто убьет Сайфа, получит от меня столько денег, богатых подарков и прекрасных невольниц, что ему хватит этого на всю жизнь.
И всякий раз, как воины смотрели на это добро и деньги, их охватывала жадность, и они выходили на поле боя, но надежды их не сбывались, и все они там оставались. Так продолжалось целых двадцать дней. Царь Арад совсем потерял терпение и изнемогал от гнева, а царь Сайф день ото дня становился все сильнее, и никто не мог одолеть его.
А у проклятых Сакрадиона и Сакрадиса от бессильной злобы чуть не лопнула печень, и от страха пересохло во рту, когда царь Арад приказал им явиться к нему и спросил, что ему делать, ведь Сайф ибн Зу Язан обрушил на него бесчисленные беды и погубил множество его людей. Сакрадион сказал:
– О царь, дождись, когда он выйдет на поле боя, а потом выпусти на него все свое войско, всех эфиопов и суданцев, всех своих прославленных храбрецов, и пусть они разорвут его на клочки прямыми копьями и острыми мечами.
Но царь Арад ответил:
– О Сакрадис, это невозможно: ведь тогда получится, что он держит слово, а я – лгун. К тому же подобные поступки не в обычае царей. Нет, так поступить я не могу. Ведь мы условились, что всадники будут сражаться мечами и копьями один на один, а сами посылали против него по десять воинов сразу, но он устоял против них и одолел их всех. Ты говоришь, чтобы я приказал всему моему войску напасть на него, но если мы сделаем так и изменим своему слову, то он вышлет против нас ифритов, которые обрушат камни и скалы и сотрут нас с лица земли. А потом все цари станут порицать нас, говоря: «Все войска царя Сайфа Арада оказались бессильны против одного всадника!» Как же вы об этом не подумали, ведь это будет несмываемый позор на вечные времена!