Есть!
Вместе с первыми лучами солнца, что легли на траву, позади Гаврилы легла и его тень.
Задрожавшей рукой Игнациус дотронулся до талисмана. Он ждал чего угодно, того же вихря, но все вокруг оставалось спокойным. Хранители талисмана, а может быть и сам талисман, не возражали против того, что он выполнил свою часть сделки.
Он вернул тень, и теперь талисман стал его собственностью! Стражу талисмана не в чем было его упрекнуть!
Голову дикаря можно было отрезать, но он не захотел пачкаться и просто сорвал "Паучью лапку" с шеи.
Подняв талисман, он повернулся к солнцу и в исступлении закричал:
- Мое! Мое!
Крик улетел в небо вместе с напряжением последних недель. Он сделал! То, что не удалось многим, удалось ему одному! Удалось!
Он не стал задерживаться.
Платок поднялся над травой, оставив внизу два тела. Прощальным жестом маг снял с колдуна Печать и засмеялся, представив, что сделает с беззащитным колдунишкой жестокий славянин. С этим смехом он развернулся спиной к Солнцу и поплыл домой.
Его движение в Зеркале было едва заметным и оттого, Хайкин испытывал неодолимое желание смахнуть его, словно муху, что присела на обычное зеркало. Сделать это можно было, но только хозяин сумел бы сделать это как нужно, чтоб ни костей не осталось и даже мокрого места. Хайкин ждал, ждал… Но Белоян так ничего и не предпринял. Просто сидел и с удовольствием смотрел как "Паучья лапка" уплывает с Руси.
- Чего ждешь? - крикнул журавлевский волхв. - Уйдет!
Белоян засмеялся. Хайкин наклонился над зеркалом, глядя как платок делается все меньше и меньше.
- Роняй его!
Смех Белояна стал громче. С довольным рычанием он чесал лохматую грудь, сквозь вырез вышитой крестом рубашки. Вид улетающего врага будил в нем не злость, а радость.
- Светлые Боги с тобой! Зачем его ронять? Злой ты какой, оказывается. Пусть уж летит… Он для нас с тобой хорошо поработал, большое дело сделал.
Хайкин отвернулся от зеркала и внимательно посмотрел на довольного жизнью киевлянина.
- Так талисман же…
Голос киевлянина стал строже, но не на много. За словами все еще слышался сдержанный смех.
- Кем бы я был, если позволил ему около настоящего талисмана круги делать…
Хайкин прищурился. Белоян чувствовал как в его голове быстро-быстро пристраиваются один к одному кусочки разных событий и разговоров, составляя новую картину.
- Настоящего?
- А ты думал…- усмехнулся волхв. Он ухватил здоровенную кружку кавы и прихлебнул с удовольствием, глядя как ветер несет Имперского мага все дальше и дальше. - Много их, хитрых, до чужого добра охочих. А талисман у нас один.
Хайкин сидел, понимая, что что-то изменилось, но не понимая, что все уже кончилось. Белоян тронул его за плечо, отвлекая от ненужных уже мыслей.
- Ты бы лучше про Гаврилу подумал. Сними его оттуда, пока он колдуна не пришиб. Попадет еще бедолага под горячую руку.
- Так, значит это все…
Хайкин хотел сказать "обман" но сдержался.
- Нет, - серьезно сказал Белоян. - Не обман. Испытание…
Он махнул ладонью в сторону зеркала, где уже и не видно было Имперского мага Игнациуса. Голос его стал тверже и смешинки только что переполнявшие его куда-то исчезли.
- Нам с тобой с Имперскими магами еще схлестываться и схлестываться, а врага знать нужно. Вот мы одного из них на прочность и проверили. Теперь пусть приходят. Пусть попробуют.
Конец